Ревизор - Олег Шелонин

— Веня, Златовласка, разворот на сто восемьдесят градусов и полным ходом назад!

Оборотень с баньши недоуменно переглянулись.

— Приказ не обсуждать! — жестко сказал Иван. — Ваша задача встретить партизан и предупредить их насчет психованного леса. Лишние жертвы мне не нужны.

— Ну предупредим, и что дальше? — потребовал уточнения Вениамед.

— Дальше поступаете в распоряжение Эзры. Выполнять!

Баньши с оборотнем развернули коней и скоро исчезли в глубине леса.

— Вообще-то и я бы мог слетать, — осторожно сказал Семиграл. — Туда-обратно за полчаса бы обернулся.

— Дурак ты, Сема, — хмыкнул Варг, вытаскивая из ножен меч. — Неужели непонятно, что наш шеф как истинный рыцарь удаляет с поля боя дам.

— Наш Веня — дама? — хихикнул Палыч, кладя руку на эфес своего меча. — Какая маскировка!

— Я убрал всех, кто слишком долго терся рядом с Черным Эльфом, — хмуро буркнул юноша. — Генеф все еще силен. Очень силен. Нет, даже не так: он уже стал очень силен. Так что не стоит ребятишек лишний раз вводить в искушение.

— Шеф, ты стратег. Я тобой горжусь, — уважительно кивнул Варгул. — Ну что, на абордаж? — Меч героя со свистом рассек воздух.

— Рано шашками махать. Убери ножичек, — приказал Иван и начал колдовать. Волшебство давалось ему легко. Он наводил личины уже не хуже баньши.

— Недурственно, — одобрил Варг, ощупывая свой плащ, превратившийся в кардинальскую мантию.

— Вы мне льстите, отец Серафисей, — улыбнулся император, запрыгивая обратно в седло своего коня.

Так как их осталось только четверо, парень решил проблему просто: вряд ли охрана посмеет задержать короля Лугонии со свитой, тем более что в свите кроме храмовника (Семы) и паладина (Палыча) едет сам кардинал ордена Серой Мглы. Император и его когорта бессмертных развернула коней и, сдав метров триста назад, выбралась на тракт.

— Ну с богом! — Иван направил своего коня в сторону Гиблой пустоши. Бессмертные поскакали следом.

К тому времени как они вновь приблизились к границе, бешеный лес успел утихомириться.

— Едем гуськом, — приказал юноша. — Старайтесь держаться центра дороги, чтоб ненароком чего не задеть.

— Плавали, знаем, — успокоил его Варгул, пристраиваясь в хост коню Ивана.

Неспешной рысью команда императора без особых приключений пересекла притихший лес и двинулась сквозь строй раскидистых стеблей гигантской травы, вплотную подступившей к дороге. Огромные, метра в три высотой зеленые растения тихо шелестели на ветру, распространяя вокруг себя терпкий, сладковатый аромат.

— Шеф! — запаниковал Варгул. — Ходу!

— Что случилось?

— Это дурман-трава! И она цветет!

— Вот это травку здесь разводят, — ахнул Иван, пораженный размерами дурман-травы. — Слушай, да это же натуральная конопля. Но какая она здесь вымахала! Явно мутант…

— Шеф, скорее! — заорал Палач. — Нас сейчас накроет!

— Блин! Не дышать! — опомнился Иван и пришпорил коня.

К счастью, эта полоса препятствий закончилась раньше, чем кислород в легких императора и его друзей.

— Если детей местных олигархов заставляют этой гадостью дышать, то мы сдадим им готовых нариков, — с трудом переведя дух, сказал император.

— Шеф, ты не о них, ты о себе и нас лучше подумай, — взмолился Сема. — Нас всего четверо…

— Не ной, — оборвал друга Варг. — Уверен, что наш шеф уже придумал план.

— Спрашиваешь, — шмыгнул носом император, глядя круглыми глазами на циклопическое сооружение, к гигантским воротам которого они уже подъезжали.

— И что это за план? — поинтересовался Палыч.

— Въезжаем, строим всех, а тем, кто возражает, чистим морды.

— Гениально, — умилился Варг. — Я ж говорю, с нашим шефом нигде не пропадешь.

Герой запустил руку в свою безразмерную котомку, пошарил в ней, извлек на свет божий три массивных серебряных креста, два из них отдал Палычу и Семе, третий повесил себе на грудь, замаскировав сутаной.

— Готовишься? — усмехнулся Иван.

— Лишними не будут. В прошлый раз помогло, может, и на этот раз пронесет. Слышь, братва, в случае чего хреначьте этими крестами императора без всякой жалости!

— Чур, ниже пояса не бить, — потребовал Иван.

— Мы что, больные — по самому ценному бить? — хмыкнул Сема, заталкивая крест в карман.

— Нас Виана самих потом за это кастрирует, — добавил Палыч.

— Так, тихо! — прикрикнул на них Варг. — Подъезжаем. Сейчас я начну качать права.

— А почему не я? — возмутился император.

— Королю по чину не положено под дверью глотку драть.

Однако глотку драть не пришлось. Ворота с громким скрипом распахнулись перед ними сами, явив взору императора и его друзей комитет по встрече. Тридцать мрачных воинов, одетых во все черное, щелкнули каблуками и, шурша черными кожаными плащами, выстроились в две шеренги вдоль ворот, организуя живой коридор. Черные рогатые шлемы скрывали лица воинов. Рогатые? Только проезжая сквозь строй, Иван сообразил, что это не рога. Металлические наросты с боков шлемов в точности копировали остроухие эльфийские уши.

Ворота за спиной императора и когорты бессмертных со скрипом затворились. Иван спрыгнул с коня, друзья последовали его примеру.

— Задайте им овса. — Император небрежно кинул поводья воинам в черном, по-хозяйски осмотрелся и двинулся в сторону центра тюремного двора.

Прекрасно понимая, где находится, Иван, внешне расслабленный, был внутренне предельно напряжен, в любой момент ожидая нападения. Но, как он ни старался, первой атаки отразить не смог.

На него навалилась сила. Мощнейший магический удар заставил пошатнуться. В глазах потемнело, в голове забились чьи-то стоны, проклятия, вопли. Иван каким-то внутренним чутьем сообразил, что это стоны тех, кому пришлось закончить жизнь в этом проклятом месте на жертвенном алтаре. Голова юноши буквально раскалывалась от нестерпимой боли. Иван застонал, прикрыл лицо руками…

— Что с тобой, шеф? — всполошился Варг, забыв про конспирацию.

— Все в порядке, кардинал, — просипел Иван. По реакции друзей он понял, что удар пока был нанесен только по нему. — Не стоит беспокоиться.

Боль начала уходить. Юноша убрал руки от лица, и его команда невольно отшатнулась. Наведенный императором морок исчез. Он слетел не только с него. Но если бессмертные просто стали самими собой, то юноша изменился кардинально. Волосы его почернели, а на иссиня-бледном лице заполыхали адским пламенем глаза.

— Блин! Началось, — простонал Варгул, сдергивая с шеи крест.

— А здесь симпатично, — как можно более непринужденно выдавил из себя Иван, борясь с накатывающими волнами дурноты. — Обратите внимание, господа, какой простор! Есть где заключенным разгуляться.