Царица - Эвелина Тень

– Я знаю, – кивнул он. – Ни о чем не беспокойся, я все улажу.

– Но как?!

– Поезжайте! – Это он крикнул Брэду, настойчиво подталкивая меня к машине. – Я позвоню вечером.

И после этой многообещающей реплики развернулся и радостно помахал рукой:

– Офицер!

И надо же, полицейский тут же направился к нему, как и бригада «скорой помощи» и несколько любопытных, которых не удалось разогнать. Все отвлеклись на синеглазого аполлона, и мы совершенно беспрепятственно загрузились в автомобиль.

– Он их гипнотизирует, что ли? – фыркнул Ронн, кряхтя размещаясь на заднем сиденье.

Я промолчала, сосредоточившись на том, чтобы унять левую руку, которая продолжала мелко трястись. Брэд завел мотор, и мы наконец-то отчалили, никем не удерживаемые. Кстати, мысль вернуться на работу даже не заглянула мне в голову. Закрыв глаза, я позволила себе десять минут передышки и, только подъезжая к Канинг-роуд, заметила, как неестественно прямо сидит Брэд, обеими руками настолько крепко вцепившись в руль, что побелели костяшки пальцев.

Я посмотрела на него с подозрением.

– Слушай, ты когда последний раз машину водил?

Брэд неопределенно пожал плечами, не отводя напряженного взгляда от лобового стекла.

– Что ж, тогда нам хоть в чем-то сегодня повезло: добрались без происшествий, – философски произнесла я. – Ронн, ты как там, жив?

Молчавший до сего времени качок вдруг принялся душераздирающе постанывать и жалобно подвывать.

– Странно, что, когда было действительно больно, ты терпел, – усмехнулась я.

– А тогда нельзя было, – хмыкнул Ронн. – Ты и так еле держалась.

– А сейчас можно?

– Ага, – уверенно закивал футболист. – Опасность позади, ты успокоилась, и мне хочется внимания и сочувствия!

Я улыбнулась, сокрушенно покачав головой.

С заднего сиденья донеслось пыхтение, и недовольный голос Ронна пробурчал:

– Ну?

– Что «ну»?

– Я жду! Внимания и сочувствия!

Я подумала. Прокашлялась.

– Бедненький ты мой… – жалостливо затянула я, но сорвалась на какое-то блеянье.

– И это что, все? – хмуро осведомился средний Дарт.

– Хороший ты мой… – неуверенно начала я.

– Прекратите стенать, вы оба! – сурово прервал меня Брэд. – Вести мешаете.

– Да все уже, приехали, с божьей помощью, – проворчала я. – Паркуйся аккуратно, чуть левее… Да влезем мы, влезем… Стоп! Отлично.

– Уф! – облегченно выдохнула я. – Ну что, выходим? Надеюсь, огорченный неудачей киллер не перебежал к нашему дому?

Брэд покосился на меня.

– Посиди здесь, – попросил он и покинул автомобиль.

– Эй! – окликнул его Ронн. – Я помогу.

– Сиди уже, раненый герой, – остановила его я.

– Ну вот, можешь же, если захочешь! – просиял качок.

Я утомленно возвела очи к небу, открыла рот, подумала и… закрыла. Тут и Дарт-старший материализовался.

– Вроде никого, – сказал он, распахивая дверцу.

На всякий случай я выставила вокруг нас защиту, вернее, вообразила, что выставила, ибо никаких теоретических знаний по этой теме не имела. Мы двинулись к родной обители дружной троицей, плечом к плечу, Брэд слева от меня, Ронн справа. Я нервно прыснула:

– Мы что, теперь все время так передвигаться будем?

– Надеюсь, что нет, – сухо ответил Брэд.

– Я тоже на Дилана рассчитываю, – поддержал его Ронн.

Захлопнув дверь любимого дома и тщательно ее заперев и физически, и магически (оставив только лазейку для Дарта-младшего), я почувствовала себя увереннее. Прямо в прихожей сбросила туфли и сумочку, сняла с плеча Ронна пиджак и ревниво его осмотрела (пиджак, не Ронна). Горько вздохнула. Конечно, он замарался кровью с футболки! Чуть-чуть, но все равно, как теперь выводить? Качок сверлил меня возмущенным взглядом.

– Я думал, это ты ко мне устремилась, а она о тряпке волнуется! – взревел он.

– О фирменной, между прочим, и очень дорогой, – посчитала я нужным оправдаться. – К тому же тебя Сташек лечил, так что…

– Что? – Ронн вызывающе упер руки в бедра. – Все плечо горит, а рука еле двигается!

– Серьезно? – Я удивленно отвлеклась от изучения пиджачной подкладки. – Почему?

– Пожадничал твой Сташек! – мрачно предположил Ронн.

– Скорее просто времени не хватило, – вступилась я за целителя, проигнорировав использованное качком притяжательное местоимение. Я подошла к Ронну, задумчиво покусала губы:

– Смой всю кровь, а там посмотрим. Не думаю, что все так плохо, просто еще рано для полного выздоровления.

Спортсмен что-то проворчал.

– А пиджак я в холодной воде отстираю. – Брэд забрал вещь у меня из рук. – Сейчас замочу и будет как новенький.

Он исчез в ванной комнате, я проводила его растроганным взглядом. Едва ли не всхлипнула умиленно. Если и есть какое-то положительное приобретение в моей новой жизни – то это, несомненно, хозяйственный смуглый красавец.

Ронн, пыхтя, отправился за Брэдом, торопя его, чтобы принять душ, а я прошла на кухню и налила полный стакан воды. Выпила его залпом, подумала и наполнила заново. Раздался приглушенный сигнал мобильника, я поплелась в прихожую и вяло закопошилась в сумке.

Звонил начальник. Упс!

– Слушаю, – боязливо сказала я в трубку.

– Регина, как ты себя чувствуешь? – сурово осведомился Березин.

– Э-э? – растерянно переспросила я, в то время как в голове запрыгала резвой кусачей блохой паническая мысль: что ему известно?

– Сташек предупредил, что тебе стало плохо, и он отправил тебя домой, – продолжал шеф.

– Ах да! То есть нет… В смысле… – Я предприняла волевое усилие и смогла собрать мысли в кучку, а слова – в предложение. – Спасибо, Роман Андреевич, мне гораздо лучше.

– То-то же, – удовлетворенно хмыкнул полковник. – Думаю, это обычная слабость, надо было сразу съесть чего-нибудь после анализов.

– Не подумала, – покаялась я, про себя же удивилась: «Это ж сколько крови надо выкачать, чтобы дурно стало? У кого как, наверное… Кому-то и одного вида хватает… Кстати, а в самом деле, сколько крови у меня забрали? Я же совсем не следила, все порхала над Критом…»

– Болеть сейчас не время! Даже не пробуй! – рявкнул Березин, и я вздрогнула, резко вырванная из размышлений.

– Конечно, конечно! – поддакнула я.

– Пока отдыхай, и даже завтра в офис можешь немного опоздать, – великодушно разрешил начальник и, предупреждая мои пылкие благодарности за неожиданно проявленную щедрость, добавил: – Но чтобы к вечеру была полна сил, здоровья и служебного рвения!