Второй шанс. Книга 2 - Юлия Ляпина

Еще два служителя, поклонившись, распахнули нам дверь в алтарную комнату. Здесь четыре огромных витражных окна выходили на четыре стороны света. В каждом окне застыло изображения одного из Светлых: две мужские фигуры в темных одеждах и две женские в светлых.

Я подошел к Луноликой Силен и рассыпал зерно и цветочные лепестки на серебряном алтаре. Покровительница осеннего плодородия приняла жертву – цветы стали сочными плодами, а зерно осыпалось мягкой мукой. Ездовые коровы, изображенные на краю алтаря, на миг словно ожили и потянулись к угощению.

Инира подошла к Солнцеликому Сиану и насыпала горсть цветов и зерен на золотую пластину. Покровитель лета, такой же огромный и мощный, как его ездовой бык, принял жертву, собрав дар в плотный венец.

Потом мы поменялись местами, щедро рассыпая пожертвование Старшим богам.

Затем я шагнул к Розосветной Эр, а Ини к Звесдосветному Нау. Алтарь дочери Луны и Солнца был вырезан из розового камня, лепестки на нем начинали распускаться, а зерно прорастать. Лань с пестрой шкуркой и птички, сидящие на краю алтаря, вздрогнули на миг, словно просыпаясь, в воздухе разлилась трель и все стихло.

Алтарь Звездосветного был вырезан из темно-синего камня с серебристыми прожилками. Покровитель воинов милостиво принял дар. На его жертвеннике зерно и цветы словно подернулись инеем, напоминая о времени года, в которое царствует звездосветный.

Закончив приносить малые дары, мы встали на каменный круг в центре зала и, взявшись за руки, попросили:

– Благословите нас, Светлые!

Откуда-то сверху тихо зазвучали храмовые гимны, а круг плавно двинулся с места. Вот мы оказались напротив Солнцеликого Сиана, огненное копье в его руке нестерпимо засияло, и на круг упал алый луч. Следом нас встретила его супруга – Луноликая Силен. В ее руках покоился сноп колосьев и чаша с плодами. Серебристый лунный свет лучом лег на круг.

Покровитель воинов, Звездносветный Нау, потряс своим ледяным мечом и синий луч заискрился у наших ног.

Последней с ласковой улыбкой встретила нас Розосветная Эр. Весенняя ветвь в ее руках расцвела, и на круг упал розовый луч, нежный и трепетный, как любовь, покровительницей которой была Розосветная.

Вращение круга замедлилось, потом остановилось. Держась за руки, мы сошли с платформы, чувствуя себя парящими в воздухе от легкого головокружения.

Те же служки, что отворяли нам дверь, вновь распахнули ее. Оказалось, что зал для служения полон народу. Стоило нам появиться – и со всех сторон понеслись благодарственные гимны, поздравления и здравицы.

Немного ошарашенные шумом и гамом, мы взглянули друг на друга: оказалось, наши храмовые накидки окрасились в четыре цвета, и теперь сияли, словно посыпанные алмазной пылью.

С почтительными поклонами приблизились служители и приняли накидки. Теперь настало время подносить дары, принятые обычаем. Глашатай громко выкликал:

– Хлебы медовые от его величества Вайнора Вадерского Солнцеликому Сиану!

Служители приближались к носилкам, брали указанное и несли в алтарную часть, возлагая перед изображением Светлого. Мы же с Инирой в это время уже сидели в особых креслах и сопровождали каждое подношение мысленным молением.

Поскольку традиционных даров было много, то церемония затянулась едва ли не до вечера. Я был счастлив держать Иниру за руку, заглядывать в ее глаза и ловить легкую, почти незаметную улыбку.

После поднесения даров мы вышли на площадь перед храмом: здесь служители от нашего имени раздавали булочки, украшенные четырехцветным знаком разделенного круга. Мы милостиво прошли среди толпы, лично раздавая булочки из небольших корзинок.

У ворот храма застучали барабаны, возвещая окончание церемонии.

Следом заиграла музыка и тут же на площади начались танцы. По заведенному обычаю, я распорядился выкатить бочку медовухи, и веселье тотчас набрало новые обороты.

Даже придворные щеголи не погнушались этих танцев – в толпе то и дело мелькали синие камзолы и цветочные венки. Дамы Иниры и Аделаиды тоже не могли оторвать глаз от танцующих.

Я понял, что это мой шанс, и, притянув к себе любимую, шепнул:

– Давай сбежим?

– Давай! – Моя соколица не усомнилась во мне ни на миг.

Задержавшись буквально на минуту, чтобы оставить распоряжения, мы скрылись в толпе.