«Черные бушлаты». Диверсант из будущего - Александр Конторович

Полицай затряс головой так, будто собирался забивать подбородком гвозди. Я оттащил его к простенку, так, чтобы нас не было видно с улицы.

— Отвечать шепотом. Чуть повысишь голос — кирдык тебе. Понял?

— Да…

— Вот и отлично. Сколько вас тут?

— Всех?

— Сколько вас и сколько немцев?

— Нас двадцать два человека.

— С вами?

— Да.

— Немцев сколько?

— Чуть меньше двух сотен.

— Где они все?

— Технику чинят, сейчас у них обед только закончился.

— Ели вы все вместе?

— Нет, у них своя палатка есть, там и едят. А еду готовят на всех.

— Радиостанция где?

— Метров триста отсюда. Там машина с антенной стоит.

— Курьер уехал?

— Да, только что.

— Кто охраняет лагерь?

— Наши. Два патруля по три человека обходят лагерь и на поле с танками поглядывают иногда. Немец на вышке сидит, но он сам по себе.

— Ночью?

— Немец на вышке и три человека ходят вокруг.

— Почему немцы не ходят в охрану?

— Раньше ходили. Потом, трое обморозились и прислали нас.

— Обер-лейтенант — кто?

— Заместитель командира батальона.

— Сам командир где?

— В город уехал, дня два уж как.

— Почему вчера так тихо было, не работали?

— Дизель сломался, не было света, вот и чинили.

— Где ваша казарма?

— Отсюда, к лесу, метров триста. Там сторожка стоит. В ней мы и живем.

— Где те трое, что меня сюда привели?

— Отдыхают они, им ночью на посты заступать.

— Что за люди?

— Они не наши, не отсюда. Из Литвы, говорят раньше в «лесных братьях» были. Их вообще-то шестеро, только трое сейчас в лесу.

— Сарай справа — что там?

— Сломанное оружие и снаряды из танков.

В коридоре затопали сапоги. Это еще кто к нам пожаловал?

Топот ног услышал и полицай. Вдохнул воздух — орать собрался? Ну уж — дудки! Тычок ножом — и он забился у меня в руках. Рот я зажал ему рукавом, так что заорать у него не получилось. Опустив дергающееся тело на пол, я скользнул к двери, поднимая на ходу «кистень». В коридоре отряхивал снег с сапог еще один немец. В руках он держал судки с едой. Оберу жрать принес? Похоже. Так, и куда он теперь — сразу в кабинет? Не должен вроде — у обера свой официант имеется. Значит — к солдату. Так оно и оказалось. Отряхнув с сапог снег, немец шагнул к двери и распахнул ее. Сделав пару шагов, он остановился. Солдата увидел? Плохо быть чрезмерно глазастым. Иногда и невредно временно окосеть… «кистень» провернулся в руке… Этот немец тоже оказался безоружным. Тыловики…

Однако же… Судки… Так, тут еще чайник где-то был? Вот он, в углу.

Хрусть, хрусть, хрусть… Нападало снегу за ночь. Эдак я по лесу далеко и не уйду, плохо.

Что может быть естественнее и безопаснее в обеденное время, чем человек с судками и чайником? Да еще и одетый в немецкую шинель, сапоги и шапку? Ну, разве что человек несущий поднос с водкой и закуской. Сомневаюсь я, однако, чтобы немцев так угощали даже и в тылу. Так что — без водки проживут. Или, учитывая национальные особенности — без шнапса. И без сала. Вот и машина с антенной. Стучим? А как же!

Дверь в машину оказалась не заперта и распахнулась почти сразу.

— Вас? — удивленно спросил меня выглянувший радист.

Не поднимая головы, я протянул ему судки с обедом. Чайник остался в моей правой руке.

— О! Дас ист гут! — довольный радист подхватил судки и повернулся внутрь кузова. Дверь он оставил открытой и я затопал вслед за ним.

Внутри было тепло, видимо от работающей рации или от маленькой печки, стоявшей около двери. Дверь я предусмотрительно прикрыл и теперь меня было трудно разузнать. Что у нас тут? Да, в общем — ничего особенного, стандартный армейский кунг. Да, совсем я про радиста забыл, нехорошо. Вон он там судками гремит, неужто за обедом не наелся? Или не ходил еще? Ну, извини…

Убрав штык в ножны на поясе, я щедро полил из чайника включенный передатчик. Там что-то затрещало и посыпались искры. Не так красиво, как в американских боевиках, но, надеюсь, не менее эффективно. Так, с этим разобрались. Судки собрать и назад, к оберу. Авось, не приперся пока никто.

Войдя в домик, я огляделся. Похоже, что пока сюда никто не заходил. Нормально. Займемся подготовкой. Кухонного солдата еще минут 20–30 не хватятся, немного времени у меня в запасе есть. Накинув на входную дверь крючок, я в темпе обшарил дом. Ничего интересного. У обера в кабинете нашелся автомат, а в солдатских вещах, висящих на вешалке в комнате «официанта» обнаружилась сумка с гранатами. В коридоре ящик с дровами, рядом еще один — щепки, мелкие поленья, на растопку что ли запас? Отлично, полушубок туда, винтовку, прочий хабар. Сверху щепками присыплем. Хорошо? Супер! Прямо как всегда тут и было! Полицейскую шинель — на плечи, ремень, шапка — похож? В смысле — на настоящего? Где-то тут зеркало было, ага, вот оно. Ну, как? Аж самому противно — вылитая бандитская морда! Хоть сейчас — к стенке. Ну, сам я это делать пока не буду, а остальные, даст Бог — не сумеют. Автомат? Да, пожалуй, что и нет. Есть они у полицаев? Может и есть, но я не видел. Возьму винтовку. Задержавшись еще минут на десять, я выскользнул на улицу. Самым выгодным сейчас было бы смотаться в лес. И делать отсюда ноги. Вот только интересно — как? В шинели там делать неча. А в своей одежке я и десятка метров не пройду, снимут. Сидеть до вечера? Щас. Так мне это и дадут. Минут 20–30 и тут подымется хай. Найдут убитых и начнут искать злодея. И найдут. Как там говорилось? Если явление нельзя предотвратить, его надо возглавить. Неплохая мысль, между прочим…

Полицай говорил про сарай, это где? Ага, вот он. Охрана есть? Нет, сарай хорошо виден с вышки. Куда смотрит немец? На лес, куда же еще. Что может быть более естественным, чем рядовой полицай? Это же не тот бородатый мужик в полушубке, которого протащили несколько часов назад на допрос? Не тот, ну так и пускай себе идет. Вот и ворота. День, они и не заперты. Вон возле ворот лежит помятый ствол от танковой пушки. Сняли, а убрать пока не успели. Ну, раз ворота открыли, так и я зайду. Все ходят, а я что — рыжий? Вот ведь немцы аккуратисты! Все по ранжиру. Пулеметы — в одном углу, орудийные стволы в другом. А снаряды где? Сарай перегорожен надвое перегородкой — там? Там, вон штабеля. Немного, но мне хватит. Черт, дверь на замке. Ломать? Стремно, засекут. Ладно, потопали отсюда. Жаль, но ничего не поделаешь. Шуметь мне сейчас не выгодно.

Хрусть, хрусть, хрусть… Вот и домик полицейский. А где же сами обитатели? Внутри, вон из форточки галдеж доносится. Ну, ладно, ребятки, с вас и начнем…