Оборотень в погонах - Андрей Уланов

– Ковер у него расколдовался, – пояснил я. – Хорошо так расколдовался, о тотемный столб у ресторана «Вигвам Маниту». А наш то ли торопился куда-то, то ли… Короче, тревогу подняли почти сразу, у него амулет был на симпатической связи. Личный маг самого, – я кивнул на потолок, – проследил его до входа в этот портал. И все.

– Он хоть жив-то еще?

– Маг говорит «жив». Только, – я попытался дословно припомнить слова дрожащего кругленького человечка в зеленом кафтане, – до жути испуган.

– Час от часу не легче, – вздохнул Женька.

– Воистину тяжка наша стезя, – молвил отец Иннокентий. – Но се был выбор наш…

– Когда стали проверять архивы, – продолжил я, – отрыли еще несколько случаев, которые вполне могут оказаться картами из той же колоды. Семеро пропавших без вести, все – за последние полгода. Медиумы утверждают, что все семеро живы, но вот указать точное местонахождение…

– Зиндан какой-нибудь оркский, – буркнул один из серафимов. – У них под Грышнак-Юртом…

– Ляд их знает, – пробормотал я. – Уж направление-то должны были взять.

– А что еще? – требовательно осведомился Женька.

– Еще есть две какие-то странные заявы. Купчина первогильдейский утверждал, что на важную встречу опоздал, потому что в этот, – я ткнул пальцем в сторону фиолетового мерцания, – портал вошел двенадцать нуль семь, а вышел в двенадцать двадцать три, восемь открытий спустя. И схожая заява от уральского гномуса – тоже имеет привычку поминутно с брегетом сверяться.

– Ну да, – хмыкнул Женька. – Случаев-то, может, и поболе набежит, да вот беда – хронометры у нас пока что в диковину-с!

– Однако же, – задумчиво сказал я. – Крайне занятно бы выяснить, где они эти четверть часа пребывали. Чует мое сердце, что и сын нашего славного самого где-то в тех же местах и обретается.

– А может, это просто портал того – глючит? – радостно предположил Женька. – Это, как его… самопроизвольно?

– Ох, не верю я в такие самопроизвольные штучки-дрючки, – вздохнул я. – Когда портал глючит, пассажиров в закрытых гробах хоронят. А вот в чьи-нибудь шаловливые ручки… или лапы… или щупальца – верю!

– Не, ну бывает же! – не сдавался Женька.

– Всякое бывает, – согласился я. – Вот мы у экспертов сейчас и спросим, чего бывает, а чего быть не может по определению.

Прямо перед нами вспыхнул алый овал служебного портала. Задача не из простых, учитывая, какие помехи должны были давать два огромных постоянных портала станции.

– День добрый.

– Здоровеньки булы, панове! – тряхнул оселедцем в мою сторону старший эксперт Остап Андреевич Хольмский. – Ну, що за лихо тут зробылось? Пациент скорише жив, чи вже холодный?

– А вот это, – сказал я, – нам и хотелось бы выяснить.

Остап Андреевич – чистокровный гном, воспитанный в семье потомственных запорожских казаков. О детстве своем он вспоминает неохотно, зато из других его реплик можно заключить, что, прежде чем осесть в стольном граде Москве и остепениться, пан Хольмский неплохо погулял на охваченной пламенем Гражданской Украине. По крайней мере о таких легендарных личностях, как Махно и Котовский, Остап Андреевич упоминает вполне панибратски.

– Ща все выясним! – бодро пообещал пан старший эксперт и, насвистывая в усы какую-то затейливую мелодийку, повернулся к подчиненным – худощавому астрологу в потертой синей мантии и двум молоденьким послушникам в форменных сутанах. – А ну, хлопцы, живо за работу.

И работа закипела. Закипела в прямом смысле слова, потому что среди прочего эксперты установили портативный треножник на спиртовке, в котором сразу же начало булькать нечто желтое и очень вонючее. На нас же с ангелами выпало обеспечивать магам место для работы – задача вельми нелегкая, учитывая, что приближался конец рабочего дня, и валившие из порталов толпы стремительно густели. Особенно доставалось астрологу, на чертимые которым линии все время заступал кто-то из оттесненных толпой. При каждом таком случае маг багровел и принимался тихо шипеть – как я подозревал, отнюдь не «Богородице, дево, радуйся».

– Эге, – выдохнул наконец Остап Андреевич, поднимая вверх пробирку с крохотной бело-синей ящеркой. Тварюшка извивалась, точно ее собирались резать. – Вот те раз!

– Что-то нащупали? – нетерпеливо спросил Женька.

– В точку! – отозвался Хольмский. – Как есть нащупали. Явный след чужеродной магии, причем, – гном наставительно поднял палец, – есть мнение, не, подозрение, що не просто магии, а темной. Що в таком разе надлежит робыть, – он резко развернулся к споим помощникам, – а?

– Э-э… погасить портал? – неуверенно предположил один из послушников.

– Бунчуком тебя по лбу гасить, дурья башка! – В подтверждение своих слов, Остап Андреевич отвесил подчиненному звучный щелбан. – Во-перших, хтож тоби це позволить – таке дороге чародейство портить, да еще у самый трефовый, не, пиковый час? А у-отрих, ежели мы цей портал закроем, де гарантия, що та паскудина, котора нам тут холеру вчинила, кудысь в другое место не переберэтся? А? Мовчишь, вражина? То-то и оно. Не, гасить портал ни в коему рази ни потрибно. А от зробыть так, щоб по нему нияка дурна тварина не шлялясь…

– Я к начальствующему, – озабоченно промолвил отец Иннокентий. – Вас он может и не послушать, а вот меня… пусть только попробует! – И в подтверждение своих слов перехватил поудобрее казенный крест. Добрый фратер Тук в сравнении с нашим гапоном сошел бы за Махатму Ганди.

– В самом деле, – нахмурившись, сказал Женька, – скоро самое половодье хлынет. Как же…

– Та не забивайте головы, хлопцы, – беспечно обронил Остап Андреевич. – Вы що думаете, що вы одни таки вумные? Перемкнут два соседних портала друг на друга. Не впервой.

– Порталы-то ладно, – задумался Женька. – А толпа, что сверху валит?

– О. – Вздохнул гном. – Вот то таки да, проблема.

– Вот что, – решительно сказал я. – Бери, Евгений, обоих херувимов и быстро – наверх. Как только придет приказ закрывать вход – становитесь рядом с привратниками и начинаете работать демонами Максвелла.

– Кем-кем? – скривился Женька.

– Максвелл… это же что-то из магодинамики? – неуверенно сказал стажер.

– И чему тебя только в университете учили? – вздохнул я. – Короче – всех выпускать и никого не впускать! Теперь ясно?

– Так точно.

– Э-э… ваше господство, – замаялся вдруг один из херувимов. – А, может, того…

– Ну, говори. – Подбодрил я его.

– Там же щас наверху, – мотнул головой ободренный херувим, – почитай, ад кромешный. Народец с работы ломится, злой, уставший. Ежли просто им дорогу загородить, они ж нас в гранит втопчут – и брызг не останется. А вот ежли…

– Ну-ну…

– Ежли, скажем, объявить, что бонба обнаружена, – выдохнул херувим, – али демон какой на свободу вырвался… тут-то народец и порскнет в разные стороны. Он нынче пуглив, народец-то.