Мир смерти - Гарри Гаррисон

Вглядитесь в эти памятники человеческой жадности. Это конечный продукт системы, которая берет начало от рабовладельцев типа Чаки, продолжается в семейной династии дзертаноджей и достигает апогея порочности за этими неприступными стенами.

Все тот же закон: каждый сам за себя, единственная дорога к власти — дорога по трупам соотечественников. Все технические открытия и изобретения строго засекречены и используются исключительно в корыстных целях. Никогда я не видел, чтобы человеческая жадность и эгоизм достигали подобных размахов. Я восхищен… — В этот момент корабль резко изменил курс, и Язон скатился в вонючую трюмную воду. — Низвержение человека… — пробурчал он, с трудом взбираясь обратно.

Корабль тряхнуло еще раз — он ударился о сваи причала. Где-то наверху послышались лихая брань, крики, и парусник замер. Со страшным скрипом закрылись морские ворота, открылся люк, и пленников выволокли наружу. Они находились в доке, окруженном высокими стенами.

Их втолкнули в открывшуюся дверь и повели по бесконечному узкому коридору, через множество проходных комнат, мимо бесчисленной стражи.

Наконец они очутились в центральном зале, лишенном какого бы то ни было убранства, за исключением ржавого железного трона, на котором восседал, несомненно, сам Хертуг Перссон.

Великолепные седые волосы струились по его плечам, а белая борода, казалось, была слеплена из снега. Впечатление портили большой круглый нос и маленькие красные глазки.

— Эй, вы! — раздался под сводами зала зычный голос Перссона. — Почему вы до сих пор живы?

— Мы твои рабы, Хертуг! Мы твои рабы! — в один голос заорали все присутствующие и замахали руками.

— Я не раб, — вдруг раздался в наступившей тишине одинокий голос Майка.

Толстый конец лука стоявшего рядом с ним воина описал в воздухе дугу, и оглушенный Майк свалился на пол.

— У тебя новые рабы, о Хертуг! — сказал воин.

— Который из них знает секрет кароджа? — спросил Хертуг.

Воин указал на Язона.

Тут вперед выступил Снарби.

— Да, это он, о могучий Хертуг! Он может сделать кародж и заставить его повиноваться. Я знаю. Я видел его работу. Еще он сделал огненные кувшины, которые сожгли дзертаноджей. И множество других вещей он сделал, о могущественный. Я привел его к тебе. Пусть он послужит во славу Перссонов и строит им кароджи. Вот обломки машины, на которой мы бежали от дзертаноджей, этот кародж все съел и взорвал сам себя.

Снарби положил перед Хертугом останки кароджа и некоторые уцелевшие инструменты.

Могучий презрительно скривил рот.

— Разве это доказательство? — язвительно произнес он и повернулся к Язону. — Эта рухлядь ничего не значит. Как ты докажешь мне, раб, что умеешь делать все то, что я сейчас услышал?

Язону очень хотелось отказаться от всего, что наговорил Снарби, чтобы отомстить предателю, но он тут же отбросил эту мысль по многим причинам. Во-первых, из чисто гуманных соображений — не вина Снарби, что он родился и вырос в обществе с волчьими законами, а главное, Язон прекрасно понимал, какие последствия грозят ему в случае отказа. Он помнил, как Снарби заикался о каких-то там пытках, и не слишком торопился познакомиться с ними.

— Доказать нетрудно, о Хертуг! Я могу построить машины, которые ходят, летают, плавают, говорят, лают как собаки и катаются на своих спинах.

— Ты построишь мне кародж?

— Конечно. Если у вас найдутся подходящие инструменты и материалы. Но сначала я должен выяснить, на чем специализируется твой клан. Ты понимаешь, о чем я говорю? Трозеллинги делают кароджи, дзертаноджи качают нефть. Чем занимаются твои люди?

— Ты не можешь не знать славы Перссонов!

— Я прибыл из дальних краев, а новости о вашем городе доходят медленно.

— Но не о нас, о Перссонах! — Хертуг ткнул пальцем себя в грудь. — Перссоны могут говорить со всей страной. Мы всегда знаем, где наш враг и где наш друг. Мы посылаем по проводам чудо, которое зажигает стеклянные шары, выбивает меч из рук противника и вселяет ужас в его сердце.

— Похоже, Перссоны монополизировали право на электричество. Рад слышать это. Что ж, если у вас найдутся…

— Замолчи! — взревел Хертуг. — Все вон отсюда! Все, кроме сцилоджей… и этого раба, — добавил он, видя, что стражники схватили Язона.

Через минуту в зале осталось лишь несколько человек. Все они были седыми старцами, и у всех на груди красовались бронзовые амулеты в виде солнца. Несомненно, это были посвященные в тайну электричества. Потрясая оружием, они окружили Язона.

Хертуг жестом остановил их и обратился к Язону:

— Ты произнес священное слово. Откуда ты его знаешь? Отвечай! И быстро, иначе умрешь.

— Я знаю абсолютно все. Могу построить кародж, могу усовершенствовать ваши электрические машины. Конечно, если мне дадут на это время.

— А знаешь ли ты, что находится за этой дверью? — спросил Хертуг, указывая на охраняемую дверь в дальнем углу залы. — Если ты, раб, скажешь мне, что там находится, я поверю тебе.

— Опять то же самое, — вздохнул Язон. — Ну ладно. Там вы вырабатываете электричество. Возможно, химическим путем, но это маловероятно… Следовательно, у вас там находится генератор. Большой магнит, опутанный проводами и способный притягивать кусок железа. От него и идет электричество по медным проводам к другим механизмам и установкам. Ты говоришь, что вы можете разговаривать со всей страной. Ручаюсь — это не так. Вы просто передаете по проводам зашифрованные сигналы. Или я не прав? — Вместо ответа Язон услышал возбужденный гул, свидетельствующий, что он был недалек от истины. — У меня возникла неплохая мысль, — сказал он. — Я сделаю вам телефон. Как вам понравится, если вместо привычного щелканья вы услышите нормальную человеческую речь из самого удаленного уголка планеты?

Маленькие свиные глазки Хертуга засверкали.

— Говорят, что когда-то это умели делать. Мы тоже пытались, но у нас ничего не вышло. А ты меня не обманываешь? Ты действительно можешь?

— Могу. Если мы сговоримся… Но я должен осмотреть вашу электростанцию.

Столь неслыханное пожелание вызвало бурю эмоций. Но жадность в итоге победила, и дверь в святая святых распахнулась перед Язоном. Правда, два свирепых сцилоджа с обнаженными кинжалами встали по бокам, готовые в любую минуту разрубить его на куски, но это уже было не столь важно.

Впереди шествовал Хертуг. За ним, в сопровождении семидесятилетних телохранителей, — Язон. А следом за ними, шаркая ногами, семенили остальные сцилоджи.

У священного порога они остановились, раскланялись и пробормотали какую-то длинную молитву во славу бога Электро. Язон еле сдержал приступ смеха, наблюдая эту картину.

Вращающийся стержень, несомненно, приводился в движение рабами из соседнего помещения. Он был связан системой приводных ремней с грубой и уродливой машиной, от страшного скрипа и дребезжания которой дрожал под ногами пол.