Мир смерти - Гарри Гаррисон

Первый взгляд Язона на это страшилище поставил его в тупик. Но, присмотревшись, он понял, в чем дело.

— Этого и следовало ожидать, — простонал он. — Из двух зол люди всегда выбирают худшее.

Шкив, прикрепленный к концу машины и напоминавший колесо от телеги, был соединен ременной передачей с огромным бревном, вращающимся с подозрительно большой скоростью. Правда, ремни то и дело соскакивали с ободов и скорость вращения падала, что позволяло Язону рассмотреть, что все бревно утыкано железными кольцами, на которых позвякивали подковообразные куски металла. Жуткое зрелище дополняла прикрепленная к потолку клетка из великого множества спутанных проводов.

Все это напоминало иллюстрацию из книги «Первые шаги электричества».

— Разве твоя душа не трепещет от страха перед этими чудесами? — спросил Хертуг, обратив внимание на отвисшую челюсть и остекленевшие глаза Язона.

— О да! Она трепещет, и еще как! Трепещет от боли при виде столь великолепной коллекции механических глупостей и несообразностей.

— Святотатство! — завопил Хертуг. — Убейте его!

— Минутку, — сказал Язон, схватив за руки телохранителей и защищаясь их телами от сверкнувших клинков остальных спешащих к нему сцилоджей. — Хватит недоразумений. Да, это великий генератор, восьмое чудо света. И самое поразительное в нем то, что он все еще производит электричество. Грандиозное изобретение, на века опередившее свое время. А с небольшими усовершенствованиями оно станет еще грандиознее. Вы, наверное, в курсе, что электрический ток возникает в проводах, сквозь которые движется магнитное поле?

— Я не намерен обсуждать технические проблемы с неверующими, — холодно ответил Хертуг.

— Вера или наука, называйте как хотите, ответ всегда один. — Язон напряг прошедшие пиррянскую подготовку мускулы, старцы вскрикнули, и их кинжалы со звоном упали на пол. — Как же вы не додумались перемещать магнитное поле в самих проводах? На производство тока такой же силы вы бы затратили в десять раз меньшую работу.

— Мы всегда делали то, что было хорошо для наших предков…

— Да-да… я знаю. Можете не продолжать. Я уже слышал нечто подобное. — Растревоженные сцилоджи опять начали обступать Язона. — Послушай, Хертуг, ты действительно хочешь меня убить? Скажи своим молодцам…

— Оставьте его, — приказал Хертуг после некоторого раздумья. — То, что он говорит, может оказаться правдой. Он поможет нам в управлении священными машинами.

Опасность миновала, и Язон принялся рассматривать неуклюжее устройство, расположенное в другом конце помещения. На этот раз он дал себе слово воздержаться от каких бы то ни было комментариев.

— А это чудо — ваш священный телеграф? — спросил он.

— Совершенно верно, — с гордым видом ответил Хертуг.

Казалось, ничто уже на этой планете не способно было поразить воображение Язона, но тут его пробрала мелкая дрожь.

Концы тяжелых медных проводов, свисавших с потолка как попало, были намотаны на огромный электромагнит. Электромагнит, когда в нем возникал ток, притягивал столь же внушительных размеров маятник. Когда ток в цепи отсутствовал, маятник возвращался в прежнее положение. К его концу крепилось острое металлическое перо, игла которого двигалась по вощеной железной пластине.

Пока Язон размышлял над принципом действия, механизм издал своеобразный звук и ожил. Электромагнит зажужжал, маятник качнулся, и игла побежала по восковому покрытию. Тут же наготове стоял дежурный сцилодж, который, как только игла достигла края пластины, привычным движением подставил следующую.

Рядом располагалась лаборатория по проявлению посланий. Пластину окунули в красную краску. Краска сбежала с жирной восковой поверхности, но осталась в царапине. Затем проявленное таким способом зашифрованное послание перенесли на деревянный стол, где его копировали на грифельную доску.

Все это было настолько медленно и громоздко, что Язон удовлетворенно потер руки.

— О великий Хертуг! — сказал он. — Я осмотрел все твои чудеса и переполнился благоговением перед ними. Конечно, простой смертный не в состоянии улучшить то, что сотворили боги. Но я могу открыть вам некоторые секреты электричества.

— Какие?

— Ну, например… Как же это будет на эсперанто… Аккумулятор. Знаешь, что это такое?

— Это слово упоминается в одной из самых старых и самых священных наших книг. Но что оно означает, мы не знаем.

— Тогда приготовьтесь добавить в вашу книгу еще одну главу. Я изготовлю лейденскую банку и дам вам все необходимые инструкции по ее эксплуатации. Вы сможете держать электричество про запас, как воду в бутылке, а потом мы сделаем более сложные батареи…

— Если выполнишь, что обещаешь, я щедро награжу тебя. Если же нет…

— Не надо угроз, Хертуг. Они ничего не изменят. Пока я обойдусь без наград, просто представлю тебе образец своего искусства. Разве что минимальный комфорт, отсутствие кандалов, нормальная пища и тому подобное. Потом, если тебя устроит моя работа, мы заключим договор. Согласен?

— Я обдумаю твои предложения.

— Что тебе стоит просто сказать «да»? В любом случае ты ничего не теряешь.

— Твои товарищи останутся заложниками. Если ты обманешь меня, они умрут. Впрочем, как и ты.

— Отличная мысль. Я даже попросил бы тебя подыскать для раба Майка работу потяжелей. Единственное, что мне надо, — это некоторые необходимые материалы: стеклянная банка с широким горлом и олово.

— Олово? Что это?

— Это белый металл, который вы смешиваете с медью, когда выплавляете бронзу.

— Странно, у нас действительно предостаточно такого металла, но это название я слышу впервые.

Теоретически, когда под рукой есть все необходимые материалы, лейденскую банку изготовить сравнительно несложно, но Перссоны не выдували стекла, а монополия на его производство была у неких Витристов, у которых Перссоны и покупали готовые изделия: бутылки нескольких видов, стеклянные пуговицы, стаканы, тарелки и с полдюжины иных предметов.

Ни одна из бутылок для лейденской банки не годилась, а предложение Язона изготовить новый сосуд привело Витристов в ужас. Однако, когда им пообещали щедрую плату, их страх несколько поубавился. Язон сделал глиняную модель, и Витристы приступили к работе.

— Твоя смерть будет ужасной, раб Язон! — прохрипел Хертуг, расплачиваясь с Витристами золотыми монетами.

— Все будет нормально, — заверил его Язон и принялся расплющивать олово в тонкие листы.

Он не видел ни Майка, ни Айджейл с того самого момента, как их разлучили в центральном зале замка Перссонов, и ничего не слышал об их судьбе. Но он не особенно беспокоился за товарищей. Айджейл не привыкать к рабскому труду, а что касается Майка, то после всех событий какие-либо добрые чувства по отношению к нему у Язона окончательно иссякли.