Тяжело быть студентом - Маргарита Блинова

Парень неохотно встал с постели, поправил одежду и низко склонился к моему лицу.

– Ты – моя самая большая награда, – признался он, после чего подарил самый нежный в мире поцелуй, потом еще один, а потом я через силу погнала боевика на выход.

Вернулась, собрала рассыпанную по полу клубнику и, прихватив с тумбочки книжку, устроилась на постели.

Остаток дня прошел вяло и без происшествий. Пару раз ко мне заглядывали врачи, осматривали повязки и вновь оставляли в полнейшем одиночестве, а ближе к ночи, как и положено коварным Темным, появился он…

– Зазнайка, – серьезным тоном поприветствовал меня вернувший себе прежний облик блондинчик.

– Доставала, – улыбнулась я, внезапно осознавая, что все это время ждала его. – Ты какими судьбами? – делаю голос максимально безразличным и ни в коем случае не краснею, вспоминая весь тот бред, что несла в катакомбах.

«Щеки, приказ поняли?»

Темный закрыл двери в палату и уверенно сделал пару шагов.

– Пришел попрощаться, – глухо ответил он, усаживаясь в небольшое кресло рядом с кроватью.

Я немного потрясенно глянула на привычно хмурого блондина, обняла себя за плечи и спросила:

– Почему?

– Как ты уже могла догадаться, я, Кебил, Гафс и Шарги – сотрудники спецслужб, отвечающие за безопасность команды. И после истории с твоим похищением у моего начальства появился ряд вопросов по поводу нашего несанкционированного вмешательства.

– По их мнению, я должна была умереть? – раздраженно буркнула я, кутаясь в одеяло.

– По их мнению, я не должен был вмешиваться в грызню Светлых и раскрывать себя, – поправил Хорст. – Иллюзию на меня повесили не просто так. Сложно поверить, но я в некоторой степени знаменит среди Светлого начальства, – парень нехорошо улыбнулся, явно намекая на не самый теплый прием руководителями дотремов. – По первоначальному плану, никто из нас вообще не должен был учиться. Мы сознательно подставляли Эмилию под удар, четко понимая, что ее точно убить не смогут. Ну а после нападения мы подняли бы шумиху и с блеском покинули бы Светлые земли, оставив руководителей дотремов с носом. – Серые глаза глянули с неприязнью. – Но тут вмешалась ты…

Я, не задумываясь, кивнула. Со стороны Темных все было до неприличия логично. Нападают всегда на слабого, а в компании крепких парней хрупкая блондинка была идеальной мишенью.

И теперь кристально ясно, почему Хорст был всегда так враждебно ко мне настроен. По сути, это ведь из-за моей неуемной кураторской энергии недельная командировка к Светлым затянулась для ребят почти на месяц. А ведь Темных ждали дома. Даже Крысеныша караулила у окошка неизвестная девушка!

Окинув парня быстрым взглядом, я переплела пальцы и с непонятным трепетом осознала простой факт – возможно, это последний наш с Хорстом разговор.

И, видимо, он тоже это понял…

– За свою жизнь я убивал много, часто и безжалостно, но еще никогда мной не двигал праведный гнев, – признался он, ловя мой удивленный взгляд. – Я хотел прирезать каждого подонка, заставившего страдать такую крошку. А потом увидел тебя, – в голосе парня прорезалась хрипотца. – Голая, привязанная к алтарю, дрожащая от холода и при том все такая же сильная и непокорная… – Шумный выдох и неожиданное для меня откровение: – Ангел, ты даже не представляешь, насколько соблазнительна…

Я вздрогнула от необыкновенной активности мурашек, пробежавших по телу, смутилась и все-таки покраснела. Щеки, ну что за подстава?!

Но долго стыдиться никто не дал, огорошив очередным признанием:

– А ведь тогда в комнате я был ничем не лучше тех ублюдков, что насиловали тебя. – В голосе Хорста послышались нотки раскаяния.

«Погодите, а разве у Темных есть совесть?» – удивился мозг.

«Не-а, просто Хорст – это редкое исключение из правил», – покачала головой печень.

«Да-да! На редкость сдержанный гад», – припомнило либидо прошлые обиды.

– Хорст, а ты уверен, что Темный? – на всякий случай уточнила я.

– Ну здрасьте, приехали, – весьма похоже протянул парень и криво улыбнулся, а в глазах – серая тоска…

«Народ, он что, и впрямь расстраивается?» – забеспокоился сбитый с толку здравый смысл.

Я легко спрыгнула с кровати, уверенно прошагала разделяющие нас пару метров и встала напротив.

– Эй… – уже куда менее уверенно беру ладошками его голову и поднимаю вверх. – Ты не такой урод, как те трое, уж поверь моему горькому опыту. Ты сдержался тогда, в зале, потом в клубе и ушел из комнаты до того, как сделать мне больно… – На секунду сбиваюсь под его открытым прямым взглядом, вспоминаю свой эротический сон с участием Темного, вновь краснею, но тут же беру себя в руки. – Сложно признаться, но ты поступил даже лучше некоторых Светлых, встречавшихся в моей жизни, – призналась я и несмело погладила его по щеке, а потом уже в привычной манере ехидно поддела: – Доставала, у тебя такая огромная башка! Ей же можно в бакетбол играть.

– А у тебя детсадовская пижама с котятами, – не остался в долгу Темный.

– Ты просто завидуешь!

Блондин криво усмехнулся, а я еще раз посмотрела в поднадоевшее лицо Хорста и попыталась увидеть того потрясающе красивого мужчину, который пришел меня спасать.

– Ну раз ты завтра сваливаешь, то… – прошептала я, отчего-то широко улыбаясь. – Один…

– Только не говори, что хочешь сходить на свидание и со мной тоже, – так же шепотом попросил Хорст.

Я покачала головой, звонко чмокнула его в напряженный лоб и бодро отрапортовала:

– Пункт первый – выспаться!

И пока сбитый с толку Темный удивленно смотрел и хлопал ресницами, я смело опустилась на мужские колени и уткнулась носом в широкую грудь.

– Ангел… – протестующе начал Хорст, но кто ж его будет слушать?

Доверчиво трусь щекой о майку Темного, даже сквозь плотную ткань ощущая стальные мышцы и невероятное тепло, исходящее от его тела.

– Мне всегда после ритуалов снятся кошмары, – признаюсь, незаметно вдыхая запах его ко-жи, и прошу: – Посидишь со мной, пока я не усну?

Хорст промолчал. Зачем тратить слова, если можно просто обнять и прижать еще ближе к своему обжигающе-горячему телу.

– Я буду рядом, – шепнул он, уверенно располагая свою руку на моем бедре. А потом эта наглая ручища легко проскользнула под резинку штанишек пижамы, попутно обожгла кожу и нарисовала до боли знакомый символ. – Спи, мой Ангел… – с непривычной теплотой в голосе сказал Темный, а после меня осторожно поцеловали в нос.