Драконы Осенних Сумерек - Трейси Хикмэн

– Счет! – окликнул Танис. В горле у него пересохло.

– Четыреста три, – прозвучал в ответ низкий голос Стурма. – Четыреста четыре…

Друзья стояли у люка, дрожа от холода. Слышен был только плеск воды, скатывавшейся в колодец.

– Четыреста пятьдесят один, – невозмутимо считал рыцарь.

Танис поскреб бороду. Карамон кашлянул, точно на поминая им об отсутствующем брате. Флинт, переминаясь с ноги на ногу, уронил в воду топор. Тас рассеянно жевал конец длинного хохолка. Золотая Луна, бледная и сосредоточенная, жалась к Речному Ветру, держа в руке бурый, ничем не примечательный посох. Речной Ветер обнял ее. Что может быть тягостнее ожидания!

– Пятьсот, – сказал наконец Стурм.

– Пора! – Тассельхоф уже лез вниз по лесенке. Танис последовал за ним, держа факел над головой и светя Золотой Луне, спускавшейся следом. Колодец, выстроенный когда-то для обслуживания городской канализации уходил вертикально вниз футов на двадцать, открываясь затем в пятифутовый тоннель, тянувшийся с юга на север.

– Сперва проверь, не слишком ли глубоко, – предостерег Танис кендера, уже собиравшегося спрыгнуть с лесенки. Тас свесился с последней скобы и погрузил свой хупак в темную журчащую воду.

– Фута два! – объявил он жизнерадостно. И с громким всплеском соскочил вниз. Вода достигала его бедер. Подняв голову, он вопросительно посмотрел на Таниса.

– Туда, – указал полуэльф. – На юг.

Держа хупак на весу, Тассельхоф пошел по течению.

– Не слышу фейерверка! – отдался в трубе голос Стурма.

Танис и сам уже думал об этом.

– Вряд ли мы отсюда что-нибудь услышим, – ответил он, надеясь, что так оно и есть.

– Рейст все сделает, не волнуйтесь, – мрачно сказал Карамон.

– Танис! – Тассельхоф метнулся назад к полуэльфу. – Здесь что-то… кто-то есть! Оно задело меня по ногам!

– Давай топай, – пробормотал Танис. – Может, оно не очень голодное…

Блики факелов плясали по стенам, рождая тени одна страшнее другой. Несколько раз Танис явственно видел лапы, тянувшиеся к нему из темноты… но тут же оказывалось, что это были всего лишь тени – то шлема Карамона, то Тасова хупака…

Пройдя по тоннелю футов двести на юг, друзья повернули вместе с ним на восток – и остановились, заметив впереди столб мутного света, проникавшего а канализацию откуда-то сверху. По словам Бупу, именно там и располагалось логово.

– Гасите факелы! – прошипел Танис и первым сунул свой в воду. И, касаясь рукой осклизлой стены, пошел по тоннелю следом за Тасом, чью алую ауру угадывали во тьме его эльфийские глаза. Где-то позади слышалось ворчание Флинта: гному с его ревматизмом только и не хватало холодной воды.

– Ш-ш-ш… – прошептал Танис, приближаясь к столбу света. Молча, стараясь не лязгнуть доспехами, собрались они у лесенки, ведшей наверх, к железной решетке.

– Решетки в полу редко кто запирает, – на ухо шепнул Танису Тассельхоф. – Но если она и заперта, я ее точно открою.

Танис кивнул и не стал уточнять, что с этой решеткой справилась даже Бупу. Кендер гордился своим умением вскрывать замки не меньше, чем Стурм – рыцарскими усами. Стоя по колено в воде, они провожали взглядом Таса, карабкавшегося по лестнице.

– Почему все-таки ничего не слышно снаружи? – пробормотал Стурм. Карамон на него зашикал.

У решетки оказался-таки замок, но очень простой – Тассельхоф вмиг его одолел. Осторожно подняв решетку, кендер высунулся из колодца. И тут внезапно стало темно. Непроницаемая, осязаемо плотная тьма сгустилась так неожиданно, что Тас едва не свалился с железной ступеньки. Быстро и бесшумно опустив решетку на место, кендер скатился вниз – прямо на голову Танису.

– Тас? – подхватил его полуэльф. – Это ты? Ничего не видно! Что происходит?

– Не знаю! Вдруг стало темно…

– Что значит – не видишь? – шепнул Танису Стурм. – А твое эльфийское…

– Не действует, – мрачно ответил Танис. – Как в Омраченном Лесу и тогда, возле колодца…

Они молчали, сгрудившись в темном тоннеле. Было слышно только дыхание да звонкое шлепанье капель.

Драконица была там, наверху. И она ждала их.