Игра Первых - Юлия Качалова

Что же до младшего, смуглого красавца великана, то его абсолютное сходство со Змеем просто поражало! Разве что чёрные волосы были стянуты в густой хвост, а не заплетены в косу, как у Ермунганда. Перевернув вертел с насаженной заячьей тушкой, младший нарушил молчание:

– Отец, я совершил ошибку, заставив тебя остаться. Прости.

«Он называет этого белокожего отцом? – изумился Чен. – Змей даже словом не обмолвился ни о каком отце!»

– Спасибо, что отпустил Хемдаля. Когда раздался звук его рога, у меня словно камень спал с души. Я боялся, что он не доберётся до Асгарда.

– Почему ты боялся, отец? Смертельных повреждений твой друг не получил. Я старался, чтобы Змей не слишком…

– Я нанёс ему рану более серьёзную, чем цепь Ермунганда.

Волк бросил на белокожего удивлённый взгляд.

– Ранят не только копьё и секира, сынок. Тебе ли не знать?

Смуглый красавец задумчиво кивнул:

– Да, отец. Правда ранит больней. Что ты ему рассказал?

– Узнай, если хочешь, Фенрир.

Волк поднёс к глазу кулон, висевший у него на груди, и замер в неподвижности.

Чен затаил дыхание. Змей называл амулет «волшебным оружием». Как оно работает? Чем стреляет? Кулон не стрелял ничем. Отец и сын полностью погрузились в созерцание. Чен прикинул, не время ли пустить пару сонных игл, но решил не рисковать. Лучше запастись терпением и дождаться, когда они разделятся.

«Интересно, почему сыновья, неотличимые друг от друга, так не похожи на родителя? – размышлял Чен. – Никогда не подумал бы, что одна порода».

Ему вдруг вспомнился человек в лодке, по которой били все орудия флагманского корабля. У белокожего отца было больше сходства с тем храбрецом, чем со своими сыновьями.

«Так вот в чём дело, – смекнул Чен, – у Змея и Волка отец – ас! А братья, значит, полукровки! Потому Волк и питает слабость к врагам. Змей прав! Такой союзник может создать проблемы, когда мы ворвёмся в Асгард».

Фенрир опустил руку с кулоном:

– Почему ты уверен, что победителей не будет, отец?

– Вёльва, чьи видения всегда сбывались, видела последнюю битву асов и великанов. В ней не будет ни славы, ни победы. Только всеобщая гибель. Ты хочешь этого, сын?

– А что ты предлагаешь, отец?

– Прекратить войну!

«Вон он куда гнёт… Змей, пожалуй, может не дождаться армии своего брата, и тогда не видать нам сокровищ Асгарда как своих ушей».

– Как я могу прекратить войну, если сам поднял горные кланы против асов! Это сделал не кто-то, а я!

– Ты совершил ошибку, Фенрир. Постарайся её исправить.

– Поздно исправлять! Точка перехода пройдена! Мои люди опьянены победой в Химинбьёрге! Ты обрадовался, услышав рог Хемдаля, но разве не помнишь, как яростно он звучал?! Ермунганд обещал сжечь флот асов – и справился со своей задачей!

– Не справился! Хемдаль бросал вызов Змею, только и всего.

– Значит, я ошибся, отпустив твоего друга.

– Это твой единственный верный поступок!

– Верный поступок? Отпустить воина, сражающегося за врага?!

– Кого ты называешь врагом, сын? – устало спросил ас. – Одина, сделавшего Хель госпожой Хельма?

– Ты давний друг царя! Один наделил её владениями, потому что она твоя дочь!

– И твоя родная сестра, между прочим!

«О сестре Змей тоже не упоминал, – отметил про себя Чен. – Он вообще в курсе, что у него имеется не только брат, но и другие близкие родственники?»

– Один не покушался на ваши горы! Хемдаль стёрег границу, не причиняя тебе вреда. А что натворил ты?! На тебе кровь его гвардейцев!

– Я распорядился их не трогать, – помрачнел Волк. – Но Ермунганд пожелал развлечься и отменил мой приказ. Если бы я оставил Хемдаля, чтобы проверить, как там его люди, твоего друга не было бы в живых.

– Больше всего я жалею, что не позволил вашей матери сожрать Змея в младенчестве!

«Сожрать в младенчестве? – вздрогнул Чен. – Так Змей не шутил? Мать у братьев людоедка? Очень любопытная семейка! Прямо-таки императорский дом! Только Змей явно преувеличил свирепость брата. У Волка и волшебное оружие на шее, и целая армия за спиной, а он оправдывается перед отцом, как щенок!»

– Отвечать за развлечения Ермунганда придётся тебе, Фенрир! Сюда идут дружины Тора.

– Это ещё кто?

– Скоро узнаешь! Тора зовут Истребителем великанов и считают лучшим воином асов. По мне, так он не воин, а убийца, как и твой брат!

«Змея папаша явно недолюбливает», – заключил Чен.

– Когда Тор впадает в бешенство, – продолжал ас, – то превращается в ураганный ветер, в горную лавину. Своим молотом он один снесёт черепа половине твоего войска, остальных прикончат его бесноватые дружинники. Ты хочешь этого?!

– Я сожалею о своей ошибке! – в голосе Волка звенело отчаяние. – Но исправить её не могу! Не могу остановить своё войско! Что мне сказать людям?! Что мать настроила меня против отца, а теперь я узнал правду? Что асы нам больше не враги? Да меня просто разорвут!

– Ты нашёл убедительные доводы, чтобы поднять их на войну, найдёшь и теперь. Скажи, что получил информацию о подходе врага и лучше всего вернуться в Химинбьёрг. Я поскачу в Асгард, попытаюсь уговорить Одина, чтобы он остановил Тора.

«Какой ушлый ас! – вскипел от негодования Чен. – Сейчас дожмёт своего щенка! Из-за этого белокожего лиса с золотым обручем на лбу золото Асгарда того и гляди накроется медным тазом!»

– Они меня не послушают, отец, – вздохнул Волк.

– Послушают! – Ас указал на кулон, висевший на груди сына, и поднялся.

Фенрир склонился к почерневшей тушке, осматривая, осталось ли что-нибудь, кроме углей. Дождавшись, когда белокожий скроется из виду, Чен вытащил из недр камзола крошечный арбалетик и выстрелил. Игла с веществом, обездвиживающим слона, впилась в обнажённое плечо Волка. Молодой великан рухнул, не издав ни звука. Чен бесшумно выскользнул из орешника, подскочил к нему и быстро сдёрнул кулон. «Теперь тебя точно не послушают!» – смеялся на бегу вор.

ГЛАСС: АНБОДА

Жидкость тихо побулькивала в котле. Колдунья, не сводя с неё глаз, время от времени подбрасывала в котел корешки и сушёные грибы, вдыхала пар и ждала, когда возникнет очередная картинка. Она потеряла счёт дням, завороженно сидя над котлом. Возникали лишь отрывистые образы, мало связанные между собой. Но кое-что Анбода всё-таки видела!

Змея, выгружающего железную руду.

Волка, разнимающего сцепившихся великанов.

Воды, объятые дымом, и горящие суда.

Фенрира во главе войска, движущегося по мосту из Химинбьёрга.