Ричард Длинные Руки. Ричард и Великие Маги - Гай Юлий Орловский

– А как спускаться? – сказал я. – Разве что на веревках… Ладно, решим. Я не могу просто вот так сидеть и ждать, пока император выкопается.

Альбрехт прислушивался, сказал предостерегающим тоном:

– В империи Германа уже разобрали завал. Вот-вот…

– Внешний завал, – напомнил я. – Защиту от разгневанных крестьян. А дальше в тоннеле еще два или три. Со сторожевыми отрядами… Сэр Альбрехт, разве в наших правилах ждать?

Он помолчал, глядя на меня прищуренными глазами. Я насторожился, поинтересовался сухо:

– Что-то случилось?

Он покачал головой:

– Нет-нет, просто подумал… С одной империей еще не разобрались, а еще сюда влезли… Хочу понять, с чего вы вдруг решили открыть то королевство, делая Скагерраку такую любезность.

Я поморщился:

– Да ладно вам. Я же сказал, не могу сидеть без дела. А дела теперь понимаю только масштабные…

– Хорошо-хорошо, – сказал он поспешно. – Я просто подумал…

– Знаю, – сказал я сварливо, – что вы подумали! Нет и еще раз нет!.. Я тверд и непоколебим, как утес на Волге. Только тот мохом оброс, а ко мне хрен что прицепится. У здорового эгоизма здоровый иммунитет! А у здоровенного – здоровенный. У меня же вообще – императорский.

Он наклонил голову, не сводя с меня пристального взгляда.

– Всего лишь?

Я кивнул в сторону стола с расстеленной картой.

– Давайте постратегируем над картой. Я не все могу увидеть, слишком много нового.

– И вообще много, – обронил Альбрехт, но к столу пошел первым.

Карта у меня громадная, на весь стол, да еще и края свисают, однако слишком уж уныло геометрическая, в самом деле исхудавшая снежинка, где между соседними веточками огромные обширные пространства, ничем не заполненные.

Альбрехт посмотрел на карту, затем на меня.

– Странная какая-то. Словно обглоданный скелет империи! А откуда эти башни Магов, если в те края не ходят багеры? Это же Башни Магов или ошибаюсь?

– Башни, – подтвердил я. – У меня чутье, сэр Альбрехт. Сон мне был такой. Лечу, знаете ли, вольной пташкой и какаю на эти башни. А они вдрызг…

Он поморщился:

– Сколько же в вас дерьма, что даже такие крепости рушит… Ладно, у вас всегда были секреты. Значит, скрытых для вас нет?

– Надеюсь, – подтвердил я все еще с сомнением. – Если и есть, то их будет немного. И не самые крупные. Все-таки абсолютное большинство Великих Магов предпочитают развитые королевства, где багеры и прочие вкусности.

Он пробормотал:

– А что могло заставить вон тех магов… смотрите, как далеко от маршрутов багеров!.. что заставило уйти в подобные дикие места?.. Вам любопытно или тревожно?

– То и другое, – отрезал я. – Сами знаете. Теперь за все тревожно! Надо бы вас в императоры. Хоть позлорадствовал бы со стороны.

– Недобрый вы, – сказал он с упреком. – Вы должны заботиться о соратниках!.. И даже подданных. А злорадство – самое искреннее и чистое чувство, мы должны им наслаждаться в полном мере, глядя на вас… Как надумали с башнями?

– С нелегальными, – ответил я, – поступим, как и с легальными. Потому что легальные для нас все равно нелегальные, противоречат доктрине Господа. Великой доктрине Господа!..

– А вы его проводник, – сказал он. – Помним, помним. Вы еще Защитник Веры иногда, верно?..

Я спросил сердито:

– Что значит иногда?

– Да то вы Дефендер Веры во весь рост, – ответил он, – то мельче мыши… Не до какой-то веры бывает, верно?.. А на отдыхе – да, мы все защитники! Ого-го. Особенно перед дамами.

– Перед здешними дамами, – напомнил я, – красуются в позе бунтарей, отрицающих роль Господа. Дескать, человек самозародится в куче навоза, так написал Аристотель. Как мухи. Хотя Аристотель не уточнил, что мухи зарождаются из яиц, отложенных мухами в навоз…

Он брезгливо отстранился.

– Сэр Ричард!.. Мы о дамах, а вы о навозе!.. Все равно мухи из навоза!.. А если здешние люди зарождаются в навозе, тогда понятно, почему так сильно пахнут. И почему такие… ну, счастливые. Мухи все счастливые. Вы уже наметили, где высаживаем десанты?

– Только в общих чертах, – ответил я скромно. – Рассчитываю на ваши подсказки.

Альбрехт повернулся к застывшему у входа Хрурту.

– Дружище, позови Кенговейна и Келляве, они трепещут в коридоре. Да-да, он там чуточку начинает сужаться… а потом снова раздвигается. Оба, как мне показалось, не в восторге.

– Да-да, зовите, – согласился я. – Келляве будет командовать на одном из самых сложных участков, пусть видит заранее…

Хрурт вышел в коридор, крикнул, помахал руками. Через пару минут в кабинет вдвинулись блещущие сталью доспехов Кенговейн, Келляве, а с ними еще и сэр Робер, чьи копыта первыми вступили на землю южного материка. И хотя это были копыта его доблестного коня, но вся слава, понятно, достается тому, кто выше по титулу.

С ними и обсуждение пошло живее, плодотворнее, потому что закона «постучать в невежду» никто не отменял ввиду его полезности. Иногда, отталкиваясь от их невежества в сложных вопросах, вдруг видишь изумительное по красоте решение в соседней ветке, из-за чего такими живучими оказались брейншторминги вообще и этот в частности.

Глава 5

Кенговейн задержался чуть у выхода, пропуская вперед лордов высшего звена, я шел последним, как хозяин помещения, он спросил торопливым шепотом:

– Ваше величество, а если Маркус не сумеет разрушить башни Великих Магов?

– Не накаркайте, – огрызнулся я. – Граф, вы накаркиватель!

Он переспросил:

– Я уже граф?.. А то короны менять не успеваю. Разорюсь скоро на этих зубчиках!

– Экспроприируйте у местных, – посоветовал я. – Сейчас все брошено. Что нашли, то и наше.

– Так что, если…

Я сказал нервно:

– Ваш лорд, герцог Гуммельсберг, всегда держит запасную карту в рукаве! А если и не держит, то делает вид, что держит.

Он пропустил выходящих последними сэра Робера и Келляве, посмотрел почтительно и внимательно мне в глаза.

– Демоны? Поговаривают всякое…

– А вам ряса мешает? – ответил я вопросом на вопрос. – Они же не церкви будут разрушать, дорогой друг.

Он пробормотал:

– Да я к тому, что использование демонов отец Дитрих не одобрил бы. А насчет церкви даже подумать страшно.

– Какие демоны? – спросил я. – Если их никто не видел, то их и нет. А если кто и видел, то мало ли кому что померещится. Пить надо меньше.

– Или больше, – сказал он.

– Или больше, – согласился я. – Когда ясных доказательств нет, то все заинтересованные стороны сделают вид, что никаких демонов и в глаза не видели, даже если те им на стол только что жареных лебедёв подали!