Алхимики. Бессмертные - Кай Майер

– Я представлял себе все это несколько иначе…

Каризма тихо вздохнула:

– Ты видел ее? Это Аура, как я понимаю. А ее спутника зовут Шевалье Велдон.

– Никогда о нем не слышал.

– Я тоже.

– Что сказал твой дядя? Кто этот Шевалье?

– Мы успели перекинуться лишь парой слов. Он сказал только, что его люди схватили Ауру и направляются в замок. Дядя не хотел, чтобы я присутствовала при разговоре. И отправил меня умыться и взять чистую одежду. Но кажется, он мне рад – по-своему, конечно.

– Ну что ж, поздравляю, – угрюмо произнес Джиллиан. – Семья воссоединилась. Чего не скажешь о моей семье. И твоя выходка только все усугубила!

Каризма взяла Джиллиана за руку, но почувствовала, что ему неприятно ее прикосновение. Расстроившись, она отпустила его.

– Не злись. Я просто пошла к дяде и спросила, что здесь происходит. Зато нам не пришлось врываться сюда с оружием, толком не разобравшись, с кем мы имеем дело. – Взгляд ее помрачнел. – Разве это не лучшее решение?

– Ты просто пропала. А на меня сразу же напали двое ассасинов. Я даже не знал, добралась ли ты до замка.

– Ты бы все равно меня не отпустил.

Повисло молчание. Джиллиан вдруг вспомнил, что, пока он тратит время на разговоры, Ауре и детям угрожает опасность.

– Твой дядя знает, что я здесь?

– Конечно нет. Он думает, я приехала одна.

– Вот так запросто? Даже не предупредив?

– Я соврала, что сначала поехала в поместье в Бургосе. А там узнала, что он здесь.

– И он тебе поверил?

– Ни единому слову, – хихикнула Каризма. – Дядя сказал, что он сам несколько месяцев назад передал Ласкари документы о сокровищах тамплиеров в Испании. Очевидно, он надеялся, что Ласкари пошлет за ними меня.

– Так он все подстроил…

Каризма кивнула, устало посмотрев на Джиллиана:

– Говорит, хотел вернуть меня, но знал, что я никогда не приеду по доброй воле. Другое дело, если бы Ласкари отправил меня на задание в Испанию…

У Джиллиана голова шла кругом. Неужели последняя воля Ласкари – их поездка сюда – всего лишь часть плана Кристобаля, который хотел вернуть свою племянницу?

Ему понадобилось некоторое время, чтобы прийти в себя и снова рассуждать здраво.

– Неужели твой дядя решил, что Ласкари отправит тебя одну?

– Именно так, – заверила Каризма. – Он думает, что Новый орден состоит из дряхлых стариков. А о тебе ничего не знает. Дядя слышал, что Ласкари вернулся из Венеции и что члены ордена обосновались в монастыре Святой Екатерины. Он знает, что остальные рыцари слишком стары, чтобы посылать их через Средиземное море в Испанию.

Слова Каризмы звучали разумно.

Она робко поцеловала Джиллиана.

– Прости. Но я знаю, что ты бы не позволил мне идти одной. Это был единственный способ узнать правду. – Каризма достала из кармана связку ключей. – Пленных, наверное, отведут в старую темницу. Вот ключи от нее. Или ты предпочел бы оставить этого Шевалье гнить в подземелье?

Помедлив, Джиллиан взял Каризму за руку.

– Это я ушел от Ауры, а не она от меня. Это дела минувших лет. Забудь.

Каризма снова поцеловала его и подошла к дядиному письменному столу.

– Где-то здесь должно быть оружие…

Она заглядывала во все ящики.

Лицо Джиллиана исказила злая усмешка.

– Ты отдала ему свой меч? Хорошо, что Ласкари нас не слышит.

Взгляд Каризмы стал очень серьезным.

– Наш орден рушится, Джиллиан. Неужели ты не видишь? Почему этого никто не замечает?

Джиллиан кивнул:

– Великий магистр и сестра ордена влюблены друг в друга. Но это не обязательно означает конец Нового ордена.

– Если эти двое и есть будущее ордена, то еще как означает.

– Может быть, нам все же удастся исполнить последнюю волю Ласкари и возродить орден.

Джиллиан смотрел на Каризму и понимал, как много она для него значит.

– Мы могли бы попытаться, если, конечно, выберемся отсюда, – добавил он.

Каризма молча согласилась и, выдвинув очередной ящик стола, достала оттуда длинный канцелярский нож.

– А пистолета нет?

Каризма помотала головой.

Джиллиан бросил ей свой меч.

– Хорошо, тогда бери меч, а нож давай мне.

Каризма поймала меч, но тут же отдала его обратно.

– И речи быть не может.

Они поспешили в путь.

Ауру и Константина разлучили. Двое ассасинов увели его прочь по длинному коридору, озаренному тусклым светом факелов. Константин не сопротивлялся. Сердце Ауры забилось чаще. Она гневно повернулась к графу, не обращая внимания на две кривые сабли, преградившие ей путь.

– Куда его ведут?

– Не бойся, его не тронут, – заверил граф. – Если только он не выкинет какую-нибудь глупость.

Ассасины окружили Ауру, Кристобаль шел впереди. Он молча провел ее вниз по лестнице, потом снова поднялся на несколько ступеней вверх, пересек большой зал. Повсюду царил полумрак, как в пещере, лишь одинокие языки пламени факелов танцевали на серых каменных стенах. Толстые грязные стекла в окнах едва пропускали дневной свет.

Аура сосредоточенно смотрела графу в спину.

– Кто она – Черная Исида?

– Иннин, – не оборачиваясь, бросил Кристобаль.

– Отвергнутая Гильгамешем богиня?

Граф кивнул:

– Она хотела стать его спутницей, но тот лишь посмеялся над ней. В отместку…

– В отместку Иннин натравила на него Небесного быка, – закончила Аура. – Но Гильгамеш убил его. Это так разозлило Иннин, что она наслала на Урук болезнь, погубившую лучшего друга Гильгамеша – Энкиду. Гильгамеш осознал, что когда-нибудь тоже умрет, и отправился на поиски бессмертия. Легенду я знаю. И не против называть твою подругу так, как ей нравится… Но что ей нужно от меня? И почему Великий магистр Храма Черной Исиды ей подчиняется? – Аура старалась говорить как можно язвительней.

Кристобаль остановился и взглянул на Ауру.

В комнате, где они очутились, на потолке была огромная фреска. Местами краска облупилась, но до сих пор узнавалось изображение Девы Марии в окружении фигур в красно-белых плащах – рыцарей-тамплиеров, застывших в благоговейном молчании.

– Я не знаю, кто она, – тихо признался Кристобаль. – Она пришла сюда с Храмом Черной Исиды, с моими предками. Никто ее не неволит. Но она покидает замок только вместе со мной. Наверняка ты встречала ее в Париже.