Дракон на пьедестале - Пирс Энтони

– Гуляние по случаю мира объявляю открытым! – хлопнул в ладоши Горби.

Гарди и Глори вышли на середину поляны, где ничего, кроме травы, к счастью, не успело вырасти. Оркестрик заиграл, и они начали танцевать.

Гарди закружился в воздухе, сияя перьями, а Глори закружилась внизу, мелькая прелестными ножками. Ножки у нее, конечно, куда лучше моих, с завистью думала Айрин.

Гарди то спускался – тогда крылья и руки переплетались и влюбленные кружились вместе, – то вновь поднимался в воздух.

Зрители, гоблины и гарпии, толпились у стен. Молодые вдруг бросили танцевать и направились к своим. Глори подбежала к отцу, схватила за руку и потащила, хоть тот и ворчал и упирался, на середину поляны. Старик был безобразен, его дочь прелестна, то есть ни капли на него не похожа, и все равно что-то подсказывало: это отец и дочь. Танец начался. Папаша Горби танцевал, то есть подпрыгивал и топал ножищами тяжело и неуклюже, но в общем получалось слаженно и даже красиво.

Гарди подлетел к старухе предводительнице.

– Вперед, развалина, пошли танцевать! – приказал он.

Старуха нахохлилась, сердито выставила когти, но юноша не отступил и погнал ее на середину поляны. Старая гарпия прохрипела ужасное ругательство, но покорилась воле соплеменника. Она, как-никак существо женского пола, просто не могла сопротивляться.

Теперь уже две пары, одна в воздухе, другая на земле, кружились посреди поляны.

И тут Айрин осенила шаловливая мысль. Она порылась в сумке, нашла какое-то семечко и бросила его в сторону северной стены, на которой сидели гарпии. Потом достала еще одно и бросила в сторону южной, туда, где чернели гоблины. Это были семена дружилок сердечных. Аромат расцветших дружилок размягчил сердца и привел к тому, что начался общий танец. То есть сначала гарпии танцевали только с гарпиями, а гоблины только с гоблинами, но потом образовались смешанные пары – каждый крылатый нашел своего двуногого, а каждый двуногий своего крылатого.

Сначала образовалось четыре пары, но, когда папаша Горби, Глори, Гарди и предводительница гарпий вовлекли в танец новых участников, пар стало восемь. Вскоре танцевали уже все гоблины и все гарпии. Веселье бурлило через край.

Какой-то шустрый гоблин подскочил к горгоне и пригласил ее на танец.

– Но я же ничего не вижу, – застеснялась горгона, притрагиваясь к своему капюшону.

– Пустяки! – возразил кавалер, галантно обнимая партнершу, он едва доставал ей до талии. – Я и так от вас ну просто каменею!

И голем не остался без пары. Какая-то гарпия подлетела к нему, ухватила за ворот и без лишних слов подняла в воздух. Айрин заметила – у гарпии чистые перья. Дружилка удружила, поняла Айрин, растворила грязь. Да и все остальные гарпии словно только что умылись.

Гарди подлетел к кентаврице:

– Ты помесь, и я помесь! Станцуем? Я хочу отблагодарить тебя за помощь.

А потом наступил миг, когда сам Горби пригласил саму королеву Айрин. Вид у низкорослого вождя был по-прежнему чрезвычайно хмурый, даже злобный, но поскольку дружилка помогла и ему избавиться от ужасного запаха, Айрин не отказала. Раз праздник, надо быть любезной, решила она.

Королева Айрин топотала ногами в окружении толпы танцующих, как настоящая гоблинка. Горби оказался прекрасным партнером. Айрин на секунду даже забыла, что она не в замке, а в глухой чаще.

– А ножки у тебя не хуже, чем у моей дочки, – заметил Горби.

Королева невольно покраснела.

– Хочу тебе кое в чем признаться, – прямо посреди беззаботного танца вдруг брякнул папаша Горби. – Я тут только что танцевал с одной курицей. Так клянусь мамой, когда я вот так подпрыгивал, веришь не веришь, повисал в воздухе.

– Ничего себе! – воскликнула Айрин. – Врешь небось.

– Чтоб мне под путаной уснуть, если вру. Рядом с гарпией во мне какая-то сила появилась... волшебная.

– А может, ты просто слишком высоко подпрыгивал?

– Подпрыгивал-то я, конечно, подпрыгивал, но не просто подпрыгивал, а взлетал. Правда ненадолго, которые рядом были, и не замечали. Годов мне немало, научиться летать как следует уже не сумею. Но хвостатая правду говорила – в нас, гоблинах, сидит-таки эта самая половинка таланта. А вторая в них, в гарпиях, прячется.

И половинки эти, как видно, бывают разные, мысленно продолжила Айрин. Если гарпий с талантом к полетам встретит гоблинку, одаренную способностью становиться невидимой, что будет?.. Скорее всего, ничего. А Гарди и Глори просто повезло, что они так удачно нашли друг дружку.

– Потрясающе! – уже вслух воскликнула Айрин. – Перед вашими племенами открываются невиданные доселе горизонты, а в истории магии Ксанфа – новая страница. Теперь ясно, что гоблины и гарпии должны дружить, ибо только в дружбе и любви соединяются половинки ваших талантов...

– Посмотрим-посмотрим, – проворчал Горби. – Гарпии мне и сейчас не по душе, но очень даже по душе волшебная сила и власть. Вы, люди, властвуете так долго и успешно только потому, что в вас живет волшебная сила. Теперь гоблины и гарпии смогут кое в чем с вами поспорить.

– И поспорим, – весело отозвалась Айрин. Теперь, думала она, между гарпиями и гоблинами, самыми драчливыми обитателями Ксанфа, все пойдет по-другому. Глупо убивать того, кто может подарить тебе волшебную силу. Если гарпии и гоблины перестанут воевать, Ксанф станет спокойнейшим местом в мире. И не исключено, что позднее эти дикари образумятся настолько, что присоединятся к людям и кентаврам и внесут свой вклад в сокровищницу ксанфской цивилизации.

Танец продолжался. Айрин танцевала с наслаждением. На душе у нее стало легко, впервые за долгие дни пути тревожные предчувствия, плоды страшного видения близ замка повелителя зомби, сменились светлыми мечтами о будущем.

Над крепостью показалась черная туча. Новые гарпии, привлеченные шумом, прилетели узнать, что происходит. Предводительница поднялась к ним, неся радостную весть. Омытая в ароматах сердечных дружилок, она сияла теперь белизной и благообразием.

– День на исходе, – тихо произнесла Айрин. – Пора отправляться в путь.

Попрощавшись, путешественники перелезли через стену.

Предводительница гарпий подарила Чем особый свисток, сделанный из пера.

– Понадобится наша помощь – свистни, – сказала старая гарпия.

Чем радостно приняла подарок.

Из крепости доносились хохот, музыка, топот ног, шелест крыльев, а путешественники уходили все дальше и дальше.