Сталь в бархате - Виктория Визорина

– Простите, что я немного обманул вас… – изображая смущение, наклонил голову Рес. – Я не должен был говорить об истинной цели моего приезда… Но мне больно видеть, как вы страдаете. Прошу, не выдавайте моей тайны.

– Не беспокойтесь, я никому не скажу, но… Боже мой! Вы ужасно рискуете!

– Нисколько. Так что не беспокойтесь. Вам не придется выходить за графа. На турнире победит какой-нибудь достойный молодой рыцарь. Скорее всего, герцог де Варра.

– Герцог де Варра?! – девушка слегка наморщила носик.

– Что такое? Разве он вам не по вкусу? – засмеялся Рес. – Все невесты Лагнара мечтают о такой партии. Высокий, светловолосый, красивый. Прекрасно воспитан, молод, невероятно богат. И к тому же – герцог. Станете герцогиней. И будете жить в роскошном замке на берегу теплого моря, где цветут чудесные цветы и растут экзотические фрукты. Да это не жених, а воплощение девичьей мечты. У него просто нет недостатков.

– У него есть один недостаток, – сказала Молена, опуская в смущении глаза и теребя рукав платья. – Очень важный недостаток, который перевешивает все достоинства… Я его не люблю.

– Любовь… – усмехнулся Рес. – Что это такое? Птица с ярким оперением, которая летает высоко в небе и которую невозможно поймать. Мираж в безводной пустыне. Не стоит строить свою жизнь на таком зыбком фундаменте. Любовь – лишь мгновение, которое тает без следа, оставляя одни воспоминания. Не гоняйтесь за призраком, Молена. Знатный титул, деньги и земли – вот надежная основа счастья. А если к ним в придачу дается молодость и красота, так чего еще желать?

– У меня все это есть, Конрад. Земли, деньги, титул. Любящий отец. Прекрасные изумрудно-зеленые холмы Лагнара. Родной замок, где я всегда была счастлива, – девушка сделала шаг навстречу юному рыцарю, глядя в его глаза. – Зачем менять все это на чужбину? Ради чего?

– Возможно, вы правы, – пожал плечами юноша, – но ведь вам все равно придется выйти замуж за победителя турнира. И в этом случае герцог – не самый худший выбор.

Молена тяжело вздохнула, отворачиваясь от него. Беседа явно текла не в том русле, на которое она рассчитывала, и девушка не знала как повернуть разговор в нужном направлении. Теперь ее сердце разрывалось от страха за любимого: одно дело рыцарский турнир, и совсем другое – смертельный поединок.

– Откажитесь от поединка с графом, – наконец произнесла она, умоляющим тоном.

Пусть де Гресир выиграет турнир, но зато Конрад останется жив!

– Что-то я вас не пойму, – покачал головой юный рыцарь, – то вы не хотите стать его женой, то просите сохранить ему жизнь.

– Я не желаю смерти ни одному живому существу, – горячо возразила Молена. – Пусть даже такому чудовищу, как де Гресир. Но я беспокоюсь о вас, а не о нем. Ради всего святого, Конрад, откажитесь от этой затеи. Я не переживу, если вас убьют или ранят.

– Бросьте, – улыбнулся молодой человек. – Ну, поплачете немного, да и забудете через пару месяцев.

– Вы не понимаете… Вы не понимаете! – и бедняжка горько заплакала.

– Ну, это еще что? – несколько смущенно произнес Рес, невольно делая шаг вперед. – Что за глупости?

Девушка в отчаянье бросилась к нему, прильнула к его груди, обвила руками шею и заплакала еще громче.

– Вы не понимаете. Мне не жить без вас. Неужели вы не видите, что я люблю вас, Конрад?

Трудно описать выражение лица Реса при этих словах. Он даже рот приоткрыл от изумления, чего с ним не случалось, наверное, от самого рождения. Без всяких сомнений, он никак не ожидал такого поворота событий и не сразу пришел в себя от подобного признания. Они с Моленой были одного роста и девушка всхлипывала на его плече, уткнувшись лицом в бархат его куртки, а ее волосы щекотали шею и лицо юноши.

– Откажитесь от этого поединка. Умоляю. Откажитесь! – Молена вцепилась в плечи юного рыцаря, подняла голову и теперь с мольбой смотрела в его глаза. – Конрад, пожалейте меня! Уж лучше я стану женой де Гресира, чем увидеть, как он вас убьет!

– Это невозможно, – дар речи наконец вернулся к молодому человеку, хотя он по-прежнему выглядел растерянным. – Я не могу этого сделать.

– Даже, если я встану на колени? – Молена сделала такое движение, словно хотела соскользнуть вниз, но Рес успел схватить ее за локти и удержать.

– О, господи! Вы с ума сошли! Да поймите же – я дал слово!

– Если вы умрете, я тоже умру. Я не стану жить ни мгновенья.

– Что за глупости, Молена! Да я и не собираюсь умирать. Этот де Гресир – просто неповоротливый чурбан. Мне хватит нескольких мгновений, чтобы с ним покончить. И перестаньте разводить сырость. Вы же взрослая разумная девушка, – в голосе юноши все еще слышались нотки растерянности, но к ним уже примешивались и нотки раздражения.

– О, Конрад! Вы не знаете как коварен граф! У него большой опыт турнирных боев и он прекрасно владеет мечом!

– Большой опыт? – засмеялся Рес. – Это будет не турнирный бой, а смертельный поединок и турнирные приемы ему не помогут. Думаю, мне чаще приходилось смотреть в глаза врага на поле боя, чем ему на дно своего кубка.

– Говорят, он продал душу дьяволу и поэтому непобедим!

– Чушь! – фыркнул юный рыцарь. – Неужели вы верите в такие глупости?

– Это не глупости! Все так говорят!

– Что ж, – философски заметил Рес, – тогда я тоже призову на помощь союзника – самого Господа Бога. И посмотрим, кто сильнее.

Молена смотрела на него с гордостью и обожанием.

– Пообещайте, что останетесь живы.

– Я не получу ни царапины.

– Я верю в вас, – вздохнула девушка. – Если и есть какой-нибудь рыцарь, способный победить Проклятого графа, то это – вы.

И Молена вновь прильнула к его плечу, вдыхая волшебный аромат меда с легкой ноткой полынной горечи. На минуту воцарилось молчание. Девушка ощущала, как напряжено все тело юного рыцаря, словно он, с одной стороны, стремился держаться на расстоянии, а с другой – боялся ее обидеть. Ей стало невыносимо горько. Конрад пошевелился слегка и Молена отстранилась. Она взглянула в его глаза, пытаясь отыскать в них хоть тень чувства, но юный рыцарь смотрел на нее как обычно ясным и спокойным взором и тогда девушка предприняла последнюю отчаянную попытку.

– Я открыла вам свое сердце, Конрад. А вам… вам нечего мне сказать?

Юноша улыбнулся и Молена поразилась той горечи, которой эта улыбка была пропитана.

– Разве мы вольны в своем выборе? У судьбы довольно своеобразное чувство юмора, не правда ли?

– Вы, – девушка запнулась, с трудом произнося роковые слова, – любите другую?

– Увы! Похоже, что я впал в ту самую ошибку, от которой только что вас предостерегал. Гоняюсь за птицей, парящей в небе, без всякой надежды на успех.

Душа несчастной Молены словно замерла при этих словах.