Пышка для чудовища - Полина Нема

Выгибаюсь в его руках.

— Так, не отвлекай меня. У тебя нет проблем? — смотрю ему в глаза.

— Галя, у меня все нормально. Никто не угрожает ни мне, ни моей булочной, — он слегка кривится. — Беспокоиться нечего  насчет этого. Если я кому-то и перешел дорогу, то они уже давно пришли бы ко мне.

И я понимаю, что последние его слова – не вранье. Ох, не нравится мне это все.

Меня подталкивают к кровати.

— Завтра найму охрану, — говорит Эцик и целует меня в губы. — Нечего в одиночку по городу ходить.

Да что ж такое, опять отвлек. Про короля не успела рассказать...

***

Что-то я становлюсь мнительной. Эцик до последнего отрицает проблемы, но хоть задумывается о защите. Если б не это его выражение лица, которое выдает его с потрохами.

Да, ладно. Все будет хорошо.

Та черная карета вновь подъезжает к залу. Хорошо, что у меня охрана есть. Эцик сказал – Эцик сделал. Теперь за мной ходит пара громил — какие-то его пациенты с окраин города, которых я боюсь больше, чем заходить в незнакомую подворотню поздно ночью.

— Госпожа Мендер, — говорит кучер, глядя на меня.

Дверца кареты открывается.

— Они со мной, — киваю на свою охрану.

— Ваша охрана может следовать за нами.

Я скрещиваю руки на груди.

— Без них никуда, — качаю головой.

— Пусть становятся сзади кареты, — раздается раздраженный голос Конрада. — Госпожа Мендер, давайте быстрее.

— Господин Брин, это лишнее. Я хочу отказаться от вашего предложения.

Ох, не нравится мне такое, особенно, когда долго молчат.

— Хорошо, госпожа Мендер, как пожелаете.

Дверца резко хлопает. Карета отъезжает.

Я направляюсь в зал. Не успеваю даже дойти до кабинета, как снаружи раздается оглушительный взрыв.

Первая мысль — булочная. Но нет. В двадцати метрах от нас горит карета Брина. Та самая, в которую я чуть не села…

Части кареты валяются по улице. Охрану и кучера унесло куда-то. Колеса укатились к стене дома. Остов кареты частично охвачен пламенем..

Нот с Кристиной вылетают на улицу.

— Что случилось? — спрашивает парень с грустным выражением лица.

— Конкуренты…— шепчу я.

Ох, получается, что если Конрад мой конкурент, то это нападение вполне могут повесить на меня. Я хочу позвать стражу, но замираю на вдохе.

Боль. Там, в карете, огромная концентрация боли. Она проникает мне под кожу, щекоча. Хочется вырвать ее из себя. Пусть хоть кто-то поможет.

— Госпожа Мендер, — как в тумане слышу голос Нота, когда я срываюсь к горящей карете.

— За мной! Поможешь.

Зеваки уже стягиваются к месту происшествия. Куда тут без них.

Запах гари втягивается в ноздри. Я зажимаю локтем нос, пока пытаюсь раздвинуть обломки.

Вижу красную руку, покрытую волдырями.

— Помоги, — прошу Нота, хлопающего по огню фартуком.

Кое-как мы вытаскиваем из кабинки господина Брина.

Он без сознания. Ужасно воняет дымом и копотью. Мои руки в крови Конрада.

— Несите его туда, — киваю Ноту и охранникам на здание по нашей улице.

Чувствую, что нужно помочь сейчас. Выпустить свою силу, чтобы спасти его. Свет струится сквозь пальцы, втекая в тело чинуши.

Он слегка дергается. Ожоги сходят с его кожи, оставляя лишь копоть. Я почти не чувствую ни усталости, ни отдачи энергии. Почему-то вместо усталости мне очень хочется кушать. Да, тут был взрыв. Карету разнесло на несколько маленьких частей, люди без сознания, а я сижу на земле с едва живым мужчиной и думаю о борще, стоящем дома.

— Проверь, что с остальными, — прошу Нота.

Ух, что ж такое-то? Желудок бурчит, будто дизельный генератор. Да, в общем, что-то с этой силой не то. Ох уж этот Эцик! Может, без близости обойтись некоторое время?

Это нормально – думать о таком в критической ситуации? Да, думаю, да.

Боже, а ведь сядь я в ту карету, то взлетела бы вместе с господином Брином. Меня накрывает страх. Не было бы больше посиделок с Нотом и Катериной. Что бы было с Эциком? Он бы не обнял меня на ночь, не прошептал бы, что любит.

Мир будто замирает. Теряет свои краски. Затягивается тьмой. Я смотрю на дом напротив булочной. Он коричневый с красивыми резными ставнями. В окнах виднеются его жители, с интересом и страхом глядящие на мостовую. Все блекнет.

— Пышечка, — слышится голос подо мной.

Опускаю глаза.

Конрад смотрит на меня красными глазами с жестким, дьявольским взглядом.

Я нервно дергаюсь, но рука чинуши сжимает меня. Противный холод вновь пробирается под кожу. Как всякий раз, когда демон оказывается рядом.

— Занимайся своим делом. Никто тебя не потревожит, — вторая рука чинуши взлетает к моему лицу и гладит по щеке. —  А мы скоро будем вместе.

Глаза Конрада  закрываются, руки опадают. Я смотрю на застывшего чинушу на своих коленях. Холод пробивается сквозь камни.

— Госпожа, отпустите господина Брина, — слышу над собой незнакомый голос.

— Госпожа Мендер, — а это уже зовет Нот.

— Госпожа Мендер, — это охрана.

— Да, хорошо, — сама не узнаю свой голос.

Чувствую себя так, будто меня в холодную воду опустили.

Конрада забирают, а я поднимаюсь. Всё тело гудит.

“Мы скоро будем вместе”, — вздрагиваю, вспоминая слова демона.

Почему я молчала? Я бы ему сказала — а не пошел бы ты! Сидел себе в замке на попе ровно, а теперь — я тебя заберу, бла-бла. Вот терпеть не могу балаболов. Ты либо говори, что можешь, либо ничего не говори. Я понимаю, что он в какой-то степени заперт с королем. Но сегодняшнее... Если он виноват в том, что произошло с господином Брином…

Нот и кто-то из стражников подхватывают меня под руки.

— Госпожа Мендер, вы сможете с нами поговорить сейчас? — спрашивает стражник.

— А, что? — недоуменно спрашиваю я.

Галя, але, возвращайся в бренный мир.

— Эй, смотри — это же портальные камни, — один страж показывает другому.

— Ага, так вот почему порталы никак не починят, — усмехается другой.

Вот тебе и профдеформация.

— Ну да, то-то моя теща все никак от нас не съедет.

Меня заводят в зал и усаживают в мое кресло. Нот сует мне в руки горячий чай. Охранники вместе с городской стражей становятся у дверей.

М-да, я никогда такого аншлага мужиков не собирала в одном месте.