Зеркала - Мария Покусаева

Он говорил, а я думала, что никогда не слышала такого голоса: он был мягок и добр, но я чувствовала, что где-то там, под этим всем, скрывается сталь, острая и твердая.

– Если вы решите, что хотите открыться миру, никто не станет вам препятствовать, – продолжил Дар. – Мы только попросим не торопиться, чтобы мы могли подготовить и вас, и всех, кто будет с этим связан. Но я бы советовал, леди Лидделл, учитывая все обстоятельства, сохранить вашу тайну для членов узкого круга. Это поможет избежать лишних вопросов и лишней ответственности. При всей моей симпатии к вам, – Дар подался чуть вперед, положил руки на стол и сцепил пальцы в замок, – я сомневаюсь, что сейчас вы готовы и к вопросам, и к ответственности.

Вот так, детка.

Еще один интересный поворот, еще один обман, еще один совет, которому лучше последовать – потому что это в твоих интересах, маленькая дурочка. Не ты ли недавно смотрела на толпу людей там, у озера, и думала, что ты можешь дать им, если выйдешь из тени и заявишь о себе?

Правильно – ничего.

Я вспомнила, что мне надо дышать, и втянула воздух в легкие. Кажется, слишком резко, потому что на лице Дара отразилась тревога.

– Мари? – Кондор чуть наклонился ко мне. – У тебя все хорошо?

– Д-да. – Я чуть не закашлялась. – Я согласна. В смысле, я согласна с вами, ваше высочество, – исправилась я. – Лучше мне сохранить инкогнито.

Дар сдержанно кивнул.

– Мой брат вернется не раньше, чем через неделю, и вы станете частью его свиты, леди Лидделл. До того наслаждайтесь свободой. Быть при дворе – задача веселая, но по-своему утомительная.

Септим, возникший откуда-то из-за моей спины, положил перед Даром внушительную стопку бумаг, и его высочество переключил свое внимание с меня на них.

– Я никогда не была частью чьей-то свиты, ваше высочество, – зачем-то сказала я.

Он поднял на меня взгляд. Ни капли раздражения за то, что я отвлекла его, только все то же теплое лукавство.

– О, – сказал Дар. – Леди Росиньоль объяснит вам основы, а мы все поможем. Ничего сложного, я в вас верю. А теперь подойдите сюда, милая. – Он встал со своего кресла и сделал мне приглашающий жест. – Прошу вас. Ради вашего удобства.

Я сначала не поняла, а потом, когда принц взял в руки перо – точнее, что-то, похожее на перьевую ручку, до меня наконец дошло, что эту кипу бумаг, которую я должна подписать, будет неудобно и несолидно держать на коленях.

Я поднялась с места, чувствуя слабость в ногах, и, нервно обернувшись на Кондора – он улыбнулся мне и кивнул, видимо, пытаясь поддержать, – заняла место его высочества за столом, высоковатым для меня.

Септим собрал все бумаги так, чтобы мне было понятно, что к чему. Некоторые из них были написаны от руки очень изящным, каллиграфическим почерком, видимо, заранее, другие же, типовые, с гербом наверху, отпечатаны – в них тем же почерком было внесено моё имя – новое имя, имя кронпринца и имя Кондора – настоящее, которое значилось в «Книге Лордов».

– Можно мне чистый лист? – спросила я, посмотрев на Кондора.

Почему-то он сейчас казался мне наиболее дружелюбно настроенным.

Обращаться напрямую к Септиму я не хотела.

Взгляд волшебника был удивленным.

– Мне нужно… Попробовать новую подпись, – пояснила я и призналась: – Я плохо пишу пером. Не так часто приходилось, знаете ли, – добавила я, глядя на Дара. – Ваше высочество.

– Конечно, милая, – сказал волшебник, и, о чудо, Септим положил передо мной пустой лист.

Красивая перьевая ручка, белая с серебром, оказалась удивительно удобной и легко скользила по бумаге, плотной  и тяжелой. Чернила скрывались где-то у нее внутри, так что мне не пришлось краснеть за испачканные пальцы. Пришлось поставить новую подпись пару десятков раз, причем его высочество любезно и терпеливо позволил мне прочитать каждый пункт в документах, поясняя то, что вызывало вопросы.

Это, конечно, помогло, но я все равно чувствовала себя одураченной, а рука под конец начала дрожать.

– Поздравляю вас, леди Мари Лидделл, – сказал Дар, когда все закончилось, и я вылезла из его кресла. Ноги все еще подкашивались от волнения, и меня трясло от адреналина. Принц протянул мне руку, и я коснулась его пальцев своими. – Я рад  назвать вас подданной Короны Иберии.

Он не стал целовать мне руку, как я думала, что он сделает, он пожал ее – и все. Очень осторожно и в то же время крепко.

Дар окинул меня странным взглядом и отпустил, отойдя чуть в сторону, чтобы я смогла вернуться на место. К волшебнику.

– Мы можем идти? – спросил Кондор.

– Конечно. – Дар кивнул и снова посмотрел на меня. – Я буду тебе признателен, если ты покажешь леди Лидделл красоты Дворца-на-Острове. Но перед этим, – он улыбнулся, – я бы советовал найти для нее подходящее по статусу платье. Септим даст вам разрешение записать это на мой личный счет.

Мне показалось, что Блэкторн, все это время почти невидимый, словно его тут и не было, еле слышно хмыкнул.

Септим раздраженно оторвался от бумаг и сейчас в хмуром недоумении смотрел то на меня, готовую покраснеть, то на своего господина, то на Кондора.

Кондор замер. У него на лице появилось выражение удивления, почти раздражения, но быстро исчезло, сменившись чем-то сродни предвкушению.

– Я бы душу Неблагому отдал, чтобы посмотреть, как ты решишь эту задачу, Кондор, – Дар улыбался так, что у меня не осталось сомнений: это было сделано намеренно.

Но, кажется, не из желания кое-кому досадить или поставить на место.

– Могу только порадоваться, что тебе предстоит скучнейшая работа, пока мы с леди Лидделл будем развлекаться, – в тон ему ответил Кондор, встал и протянул мне руку. – Заодно угощу ее за твой счет.

– Спасибо, ваше высочество, – сказала я, понимая, что прозвучало это почти истерически.

И что намного больше я была бы ему благодарна за билет обратно домой, раз мое присутствие здесь, как выясняется, особенно ничего не меняет.

– Не за что, леди Лидделл, – улыбнулся Дар. – Отдыхайте, пока есть возможность.

***

Блэкторн отвел нас в ту же комнатку с зеркалом и камином точно тем же путем – через коридоры без окон. Ничего не поменялось: ни его шаги, ни молчаливость, ни пустота вокруг – нам снова никто не встретился.

– Мне очень жаль, леди Лидделл, – сказал Блэкторн в самом конце. – Что ваше первое знакомство с Дворцом-на-Острове было таким унылым.

– У леди Лидделл будет шанс исправить это впечатление, – ответил ему Кондор прежде, чем я успела открыть рот. – Возможно, даже сегодня.

– В таком случае… – Глаза Блэкторна смотрели на меня уже иначе, словно после того, как я обрела имя и статус, я перестала быть пустым местом. Сейчас в них читался какой-то интерес, кажется, даже добрый. – Я буду рад увидеть вас еще раз так скоро. Найди меня, Птица, – сказал он Кондору. – Откроем для леди пару тайных дверей.