Замуж за царя - Юлия Ивлиева

– Я подумаю. Хорошо?

– И все дела разрешать тоже не обязательно. Только какие считаешь нужными. Остальные отложить можно. На неопределенное время.

Я кивнула.

– И еще желают, чтобы на совете ты присутствовала, – продолжил царь. – Уповают на твою мудрость и рассудительность.

Я не стала выспрашивать, за что такая честь – не важно уже. Опять кивнула в ответ.

– Это тоже не обязательно. И не на каждом совете можешь… Если не хочешь…

Я понимала, Дмитрий пришел не за этим. Но разговор не заладился. Я тоже засунула руки в карманы. На мне был мой первый васильковый сарафан. Уже изрядно потрепанный. Да и постирать не мешало бы. Домового бабкиного здесь не было. А горничные этот наряд королевским не считали и чисткой обошли. Видимо, особого распоряжения ждали. Тот самый сарафан, в котором я у Яги ходила, на Горыныче летала, с Бесом общалась. Жалко, что последнее воспоминание обо мне сохранится в не слишком живописном виде. Карманы пустовали. Все сокровища розданы. Я нервно теребила пустоту и какие-то крошки-пылинки, выудила тонкую пластину, похожую на… Точно, чешуйка русалки Сюзанны.

– Даже в этом простом сарафане у тебя горделивый и царственный вид, – с задумчивым видом Дмитрий сделал мне комплимент.

– Забава говорила – красна изба пирогами, а царица делами, – ответила я.

– Дел твоих тоже на династию цариц хватит. – Он улыбнулся. – Трисемнадцатому царству вовек лучшей царицы не сыскать.

– Так только кажется, – тихо возразила я, нервно теребя чешуйку.

– Не уходи, – просто сказал Митя.

«Ну что ты тискаешь меня? И тискаешь, и мнешь», – раздался незнакомый голос.

– Что? – переспросила я.

– Не уходи, – повторил Митя громче.

– Нет, я не это… Ты слышишь? – переспросила у мужа. Только этого не хватало. Сначала отравительницы, потом Бес, теперь еще и голоса слышу.

«Ну разумеется, он не слышит! – недовольно проворчал голос. – Ты же меня в руках держишь? Ты и слышишь. И вообще, в ухо меня вложи, а то до тебя пока доорешься – охрипнешь».

– Ты… ты кто? – запинаясь, выговорила я.

– Даш? С тобой все хорошо? – осторожно поинтересовался Дмитрий, внимательно оглядывая меня как полоумную.

«Ой, ну вот, ненормальная, – заворчал голос. – Чего ты вслух-то лопочешь, я и так твои мысли слышу, как свои собственные».

«Правда?» – подумала я с усилием, чтобы не проговориться.

«Правда-правда! – подтвердил голос. И раздраженно добавил: – Чешуйка я русалочья. Правду ото лжи отличаю. Припоминаешь? Вот и хорошо. Вот и ладненько. Вот и молодец. Теперь челюсть с пола подбери. Вслух со мной не разговаривай, а в ухо положить не забудь. Вопросы будут – обращайся».

Я оторопело кивнула, еще не очень понимая, что происходит, и осознавая, что Митька вот-вот кинется за доктором.

«Вот времена пошли, – брюзжала чешуйка. – Все этой молодежи объяснять надо. Раньше из-за меня войны шли, русалок косяками истребляли, а теперь, чего со мной делать – учить надо».

Если она сейчас не замолкнет, у меня не только ее услугами воспользоваться не получится, но и собственную адекватность доказывать придется.

«Все-все – молчу! Ишь, чувствительная какая!»

Дмитрий все еще ждал ответа.

– Да, хорошо. Голова болит немного. – Я провела рукой по лбу, по волосам, украдкой засовывая радужную чешуйку в ухо. – Погода меняется. К дождю, наверное. Или бури магнитные, – назвала я извечную причину алкоголиков, не желавших признавать собственную слабость.

– Послать за доктором? – Митя заботливо помог спуститься с подоконника, усадил на диван.

– Нет, нормально уже все, – отмахнулась я. – Так что ты говорил?

Митя отошел от меня, облокотился на комод.

– Когда я рассказал тебе, что проход не закрыт… Почему ты не вернулась в свой мир?

Я пожала плечами.

– Хотела посмотреть, чем все закончится.

«Врешь», – отозвалась чешуйка.

«Кажется, ты должна идентифицировать правдивость моего собеседника, а не мою. И вообще, рекомендовала бы помалкивать», – раздраженно подумала я.

«Молчу-молчу! Как скажешь!» – пообещала болтушка.

– А сейчас хочешь уйти? – Митя кивнул в сторону собранной сумки.

Я посмотрела прямо в его глаза.

– Развязка наступила, во всех основных действиях я участие приняла, здесь больше никому и ни за чем не нужна.

– Верно. Никому не нужна. Только мне, – добавил Дмитрий.

Я покачала головой.

– Для чего была нужна, все выполнила. Царство у тебя осталось. Ну а я? Я свободна. – Впервые я произнесла вслух то, что терзало меня уже долгое время. От этого стало еще тоскливее.

Сразу же для Беса приготовили, и к Яге он шастал, видел, что я, как дурочка, влюбляюсь по уши – перестраховывались, вдруг скандал подниму и замуж добровольно не пойду! А я пошла – радостно и вприпрыжку. Если бы не Василиса, я бы до самого полнолуния ничего не ведала. Заснула бы на брачном ложе – а проснулась у Беса в преисподней.

– Я знаю, я совершил много ошибок… – с нажимом произнес Митя. – Но все не так, как ты думаешь.

– Не так? – Я вскинула брови. – То есть это не ты лгал и обманывал меня все время, не ты предал и собирался отправить в преисподнюю?

– Нет! – гаркнул Дмитрий. – Не собирался! Я собирался назначить преемника, отказаться от царства и уехать с тобой подальше отсюда! А не сказал ничего – волновать не хотел. Ты вспомни! Я сам тебе проход показал. И возможность выбора предоставил. Между прочим, отпустить тебя и знать, что никогда больше не увижу, мне было – как половину сердца оторвать! Это не считая мелких неприятностей: исцарапанных Тимофеем стрельцов и разнесенной Бабой-ягой в щепки конюшни. Не желали они тогда дом свой покидать.

Я, насупившись, молчала, хотя в душе искренне веселилась, представив кошачью атаку на стрельцов и радость мимоходом освобожденных заключенных. Трисемнадцатое царство совсем без мест предварительного заключения осталось. Сначала Горыныч порезвился, затем Яга постаралась.

Митя продолжал:

– Я свою вину признаю. Надо было сразу тебе все сказать. – Он нервно провел рукой по волосам. – Но не до того было. На тебя и так неприятности, как из хлопушки конфетти, сыпались. У меня ватага невест дворец разносила. Бояре дочек своих всеми средствами пропихивали и власть делили. Яга мухлевала. Бес на горизонте маячил. А я за тобой, как хвост, ходил, как охранник личный. Из вида старался не упускать, чтобы ты опять куда-нибудь не вляпалась. В очередную ловушку не попала. Царь в телохранителях у девчонки.

Я невольно хихикнула.

Дмитрий тяжело вздохнул и спокойно добавил: