Первые уроки - Вероника Вячеславовна Горбачева

— Признаюсь, и я поначалу думал так же…

Сэр Персиваль внимательно вглядывается в светящиеся нити.

Ничего не подозревающая девушка, стряхнув со скамьи снег, присаживается. К ней на колени тотчас пикирует рыжая белка.

Доктор продолжает, повернувшись к нам:

— К сожалению, нам приходится выбирать меньшее из двух зол, коллеги. Вероятность того, что Хорхе Иглесиас всё же найдёт бывшую жену и попытается подобраться к ней ближе, существует. С каждым днём его ментальная сеть всё сильнее оплетает матрицу ребёнка; одного энергетического рывка достаточно, чтобы загубить малыша.

— Это так, — печально подтверждает леди Ким. Её муж кивает.

— Я верю в защиту границ Белой Розы, — продолжает Персиваль. — Верю в быстроту и зоркость наших дозоров. Но не могу недооценивать нашего противника. Чтобы прорваться к своему Источнику, дон Хорхе не пожалеет остатка сил, иначе вскоре останется вообще пустым. Сеть нужно снимать немедленно.

***

— С тем, чтобы вмешаться незамедлительно, не могу не согласиться. Но предложенных вами методов не одобряю. — Доктор Гальяро жёстко стоит на своём. — Да, шоковые приёмы порой бывают эффективны; но психика донны Глории и без того расшатана, и подвергать её дальнейшим испытаниям опасно и… жестоко. Разумеется, мы все вольём в пациентку столько сил и магии, сколько понадобится, и поможем ей восстановиться; но, коллеги, обращаюсь в первую очередь к вам, как к медикам! Сэр Персиваль, вы в основном имеете дело с пациентами-мужчинами, привыкшими к опасностям и риску; у них, как правило, крепкие нервы, сильная воля, и с возможными душевными травмами они умеют справляться. Да и характер нервных потрясений у них иной, согласитесь. Но совсем другое дело, если перед нами — жертва домашнего насилия, господа. Тут требуется особый подход, в каждом случае индивидуальный. Возможно, для сильной женщины вроде амазонки и годится предложенный вариант: сразу, без подготовки обрушить известие о грозящей ей и ребёнку опасности. Она привыкла мобилизовать силы; оказавшись лицом к лицу с угрозой, испугается, затем разозлится, скрытые возможности сдетонируют, и мы добьёмся столь желанного первого оборота. Но насчёт такой же реакции от донны Глории я не уверен, доны и сэры, весьма не уверен. Ещё недавно она была на грани нервного истощения… Я против стрессового воздействия.

Сэр Персиваль сдержанно кивает.

— Я понял вас, коллега. Для того мы и собрались, чтобы обсудить возможные методы решения этой проблемы. Сэр и леди Ким, а ваше мнение?

Маленькая женщина поджимает губы. Чем-то недовольна, но голос её нейтрален, без эмоций:

— Леди Глория хрупка, но и сильна. Сейчас она в иной среде, нежели раньше, что пошло ей на пользу: у неё в подсознании закрепилось чувство защищённости. Мы хорошо поработали. Думаю, с новым испытанием она справится. Тем более с нашей помощью.

И добавляет в ответ на укоризненный взгляд доктора Гальяро:

— Мы с мужем хорошие менталисты, уверяю. Если понадобится, приглушим её отрицательные эмоции, а затем уберём из памяти сами воспоминания о них.

При этих словах Аркадий и дон Куадро, встрепенувшись, одновременно качают головами.

— А вот это как раз нежелательно, — поясняет мой друг. И подчёркивает: — Я имею в виду все воспоминания. Вы сумеете отделить эмоции от памяти тела? О том, что чувствовали мышцы, как тянулись связки, как прорастали кости в новых конечностях? Для оборотня архиважно сохранить в памяти слепок с первого оборота. Тогда легче будет с последующими.

— Но, боюсь, в нашем случае у Глории закрепится и испытанный страх… — бормочет дон Куадро. — А потом девочка будет бояться менять ипостась. Это не есть хорошо. Сыну-дракону лучше, когда рядом с ним в первом полёте мама-дракон, а не воспитатель… Да и вообще — мама-дракон. Мы же не зря стараемся найти для каждого воспитанника семью с таким же даром. Давайте учитывать и это обстоятельство, господа.

Супруги Ким задумываются.

— Значит, нужно найти иные методы, более щадящие, но такие же действенные, — подводит черту под обсуждениями Мага. — Защита Белой Розы безупречна; но каждый из нас может привести пример, когда безупречная операция проваливалась из-за какой-то нелепой случайности. У Хорхе Иглесиаса пробраться сюда — один шанс из миллиона, но всё же он есть. Лучше исключить его вовсе.

— Иные методы…

Дон Теймур задумчиво барабанит посверкивающими ногтями по подоконнику, не замечая, что в дереве остаются глубокие отметины.

— Пожалуй, надо бы…

А я наблюдаю за хрупкой фигуркой в белой шубке, вокруг которой сигают, вереща и пощёлкивая, уже несколько белочек, и сердце моё сжимается. Подумать только, вырваться из плена, глотнуть свободы… и вдруг понять, что, в общем-то, ничего не кончено, и вот-вот на тебя обрушится тот самый ужас, от которого, выходит, нет спасения!

— Надо просто с ней поговорить.

Это я сказала? Ну да. Потому что все присутствующие развернулись ко мне и смотрят, ожидая продолжения. В глазах, между прочим, ни капли иронии или скептицизма, как можно было бы подумать. Признаюсь честно, в первый момент я даже струхнула: они-то общаются меж собой «по-взрослому»: коллеги, маги… Между прочим, кое-кто из них и архимаг, а я в их магической Табели о рангах пока что низшее звено, слабенькая обережница с опытом без году неделя, и выслушают меня разве что из вежливости. Всё-таки дама…

Ещё секунда уходит на то, чтобы справиться с рефлексией, оставшейся с прежних времён. Нечего тут неуверенность разводить. Я давно уже не прежняя безропотная Ванечка.

— Поговорить, — повторяю, справившись с неловкостью. — Понять, что она чувствует именно сейчас, чем дышит. Мне поговорить, в первую очередь. Эта девочка просила о помощи именно меня…

Тут я сбиваюсь и смущённо поясняю:

— Да, я понимаю, что в Эль Торрес она бежала, чтобы просить заступничества у Главы Клана. Но так уж вышло, что первой из Семьи на её пути оказалась я. Ко мне она кинулась, и именно я обещала ей защиту, и кое-что всё-таки сделала. А теперь, если я правильно понимаю, раз уж меня сюда пригласили, значит, и мой голос для вас важен. Но я не могу ничего решить, пока не гляну этой девочке в глаза.

Перевожу взгляд за окно.

— Лори мне уже не чужая. И вообще… случайности не случайны. Не просто так она, будущая мать, бросилась ко мне, будущей матери. Что бы вы сейчас не решили — я иду к ней прямо сейчас. Мы просто поговорим, я её успокою, отвлеку, а потом — делайте, что хотите, вам, опытным и мудрым, виднее; но всё это время я буду