Чародей: Досье Петербурга. Досье 1–3 - Николай Владимирович Волков (Волтор)

Вторым моим порывом было изолировать его в магическом защитном круге, но тут тоже мог бы возникнуть ряд проблем. Впрочем…

– Ладно, Грат, ты можешь идти куда захочешь, а мне надо заняться делами.

– Я буду рядом с тобой, пока не найду фею.

– Вот уж вряд ли. Ты её почувствуешь и сразу к ней придешь, когда я освобожу, но мне ты будешь мешать.

Вместо ответа он подошел к стоявшей неподалеку машине, и одной рукой поднял ее, чем вызвал вой сигнализации.

Я отрицательно покачал головой.

– Спасибо, конечно, но у меня для физической поддержки горгул водится. Свободен. И не лезь ко мне.

Он тихо зарычал.

– Я буду с тобой.

– У тебя нет передо мной обязательств. И мне не нужна твоя помощь. Отдохни пока. Кстати, как зовут фею?

– Драминнансидхе.

Твою ж… Судя по окончанию имени, она была не просто из ноблей Зимнего Двора. Она была из ближнего круга самой Мэб. Неудивительно, что Королева так резко подключила меня к вопросу. Вот только…

Ладно, это я уже выясню без верзилы за спиной.

Я направился к Башне Грифонов. Идти тут было минут двадцать, и это было ближайшим местом, куда без моего ведома никто точно не влезет. Те же, кто мог бы туда зайти – будут достаточно осторожны, чтобы не трогать пакость в моем узелке. Хотя, предупредить Диппеля, на всякий случай, все равно стоит.

Лаборатория внутри Башни Грифонов досталась мне после прошлого дела от ранее упомянутого мной клиента, опытного мага и великолепного алхимика. Честно говоря, я не знал более защищенного места во всем городе, и оставить там кусок кристалла было чуть ли не самым логичным решением, особенно с учетом того, что чтобы попасть вовнутрь приходилось просачиваться через каменную кладку башни. Смертные так точно не умеют, а значит – и не доберутся до него.

Меж тем, верзила шел за мной, как будто ему было медом намазано. Ладно, по одной проблеме за раз.

Оберег позволил мне пройти сквозь камень в саму лабораторию, и не пустил мое сопровождение, что не могло не радовать.

Оказавшись внутри, я занялся тем, что собирался сделать. Конечно, магический круг здесь был, но сейчас мне требовался еще один, и с совершенно другими свойствами, поэтому я быстренько разыскал кусок мела, и принялся выписывать на полу необходимое, с максимальной степенью сдерживания и всеми защитными свойствами, которые только мог придать.

Времени ушло много, и когда все было завершено, я мог только усесться в кресле, достать принесенный от Стафила ужин, и уснуть, в процессе его поедания.

Глава 6

Все-таки, сон – это благо человеческое.

В процессе сна ваш мозг не просто отдыхает, но и может устроить пару-тройку новых нейронных связей, которые помогут вам найти решение задачи, или просто расставить по местам уже имеющуюся информацию. Как результат – вы не просто отдыхаете, но и делаете крайне полезную работу. Ну, это уже не говоря про остальные его плюсы.

В моем случае, информация оказалась рассортированной и были намечены следующие действия, а также обдуманы возможные пересечения двух дел.

Меня брали сильные сомнения в том, что в городе резко стали орудовать несколько чернокнижников, и скорее всего оба случая появления черной магии были взаимосвязаны. Вот только пока что я не понимал как снежная фея, чья вотчина – Небывальщина, может оказаться в одной упряжке с нимфой, привязанной в нашем мире к яблоневым садам.

В обоих случаях были использованы порталы. Это давало многое, но опять же, недостаток информации сводил всё в ничто. Порталы выстраиваются редко. Классическая схема портала как заклинания могла, к примеру, открыть завесу между Небывальщиной и нашим миром, но не имела привязки к месту. Я слышал о том, что можно выстраивать и постоянные порталы с точной географической привязкой, но, во-первых, они жрали намного больше энергии, а во-вторых – имели смысл только в случае постоянного передвижения между одними и теми же местами. Хотя в магическом сообществе уже несколько веков ходила мысль о сети порталов между крупнейшими городами, чтобы не зависеть ни от транспорта, ни от походов через Небывальщину, но у Белого Совета вечно не находилось ни ресурсов, ни времени на такое. Кроме того, такого рода порталы были завязаны на обычную магию, а использование для них черной… Умом я понимал, что это всего лишь инструмент, который можно использовать для любой цели, но вот что-то страшно становилось, и мерещилось, что такой портал мог бы завести тебя в места, где само пребывание было бы опасно для любой формы существования.

В обоих случаях, жертвами похищения были… Ну, как бы это получше сформулировать… Далеко не самые слабые существа. Честно говоря, даже снежная фея могла вполне уделать любого чародея, кроме разве что кого-то из старейшин Совета. Про одну из первых нимф – вообще молчу.

Да, и еще одно. В городе сейчас нет ни одного Стража. Самое паршивое здесь было в том, что они были заняты очень серьезным вопросом, и позвать еще кого-то было просто невозможно. Моих же знаний и ресурсов – явно не было достаточно.

Подводя итог, можно было с уверенностью сказать, что кто бы за всем этим не стоял, он был далеко не новичком в магии (прости, Джон, мысль о простом смертном который случайно воспользовался проклятым предметом – не годится), и сил у него было прилично. Вот только после того, как Диппель уехал по делам в Венесуэлу (кажется он до сих пор там), я не мог назвать в городе ни единого чародея такой силы.

Города исконно строили на местах большой силы, и отчасти это в них всегда и притягивало всех, кого только можно, вот только Питер, в этом отношении, был очень странным городом. К примеру, в Москве всегда можно было обнаружить почти с десяток сильных чародеев, и примерно такое же количество – по другим столицам мира. В каждом городе с миллионным населением было как минимум по паре постоянных резиденций, и с полтора десятка домов или квартир – чародеев послабее. Но не в Питере. Несмотря на всю ту дичь, которая иногда здесь происходила, дождливый, северный, город никто не торопился делать своей основной базой. Он был красив, сюда приезжали отдохнуть, поговорить о делах, и во многом – он был пересечением для многих путешественников, но вот постоянно – здесь не жил никто. Даже мои родители посмотрели на меня с большим недоверием, после того, как я наотрез отказался уезжать отсюда.

Если честно – мне было плевать на чужое мнение. Город был прекрасен, он нуждался в умелом чародее, который бы его защищал, а сведенная на «нет» конкуренция – мне была только на руку.

Когда-то, в детстве, родители возили меня с сестрой в Венецию, и уже намного позже, когда мы только открыли здесь свое агентство, я услышал, как кто-то назвал его «Северной Венецией»… Я помню, как рассмеялся тогда. Это Венецию можно было назвать «Южным Санкт-Петербургом», но не наоборот. И не только по количеству мостов, дворцов и прочего.

Я вылез из кресла, слегка размялся, и, прихватив посох, направился на выход из Башни.

На мое счастье, мой вчерашний спутник решил куда-то свалить и не маячить на горизонте, и я спокойно добрался до того антикварного магазинчика, заглянуть в который решил еще накануне. Что ни говори, а дело за которое мне платили – было все-таки в приоритете, тем более, что Эглу надо было вернуть до указанного срока.

Владельцем магазина оказался щуплый тип с внешностью заставляющей задуматься о хорьке. Жутко неприятный, если вы меня понимаете. Что-то такое мелкое, пронырливое, и готовое в любой момент впиться в вас зубами… Ну, или, как минимум, готовое укусить вас прямо за кошелек.

Однако здесь (вот неожиданность) меня ждал полный облом. Вспоминать откуда у него появилась шкатулка он не хотел, как ее продал не помнил,