Принц и Виски - Варя Медная

– Кто это в такую рань? – удивилась Цирцея, когда та вернула трубку на рычаг.

– Бри. – Друзила уже перекладывала подушку с Пикси в переноску с крылышками. Туда же кинула упаковку шоколадных костей и журнал для собак «Четвероногие модницы». – И мы немедленно отправляемся к ней домой.

– Но у нас разгар сцены! Валентайн вот-вот сорвёт с Кассандры одежду! Зачем бежать сию секунду?

– Потому что она сейчас там.

– Кто? Брунгильда? – Цирцея была совершенно сбита с толку.

Друзила выпрямилась и посмотрела ей прямо в глаза.

– Ведьма.

* * *

Звонок гулко разнёсся по всему дому. За рифлёным стеклом входной двери маячил неясный силуэт.

– Я сама открою! – остановила Регина потянувшуюся было к ручке служанку и быстро пересекла холл. – Иди занимайся своими делами, Клара.

Та слегка приподняла брови, но послушалась. Дождавшись, пока работница скроется за поворотом, девушка распахнула дверь перед белобрысым курьером, выскочила на крыльцо и снова плотно притворила её.

– Регина Сан… – начал он, поднимая голову от формуляра, и поперхнулся.

Взгляд восхищённо скользнул по её фигуре, и наушники вывалились из ушей.

– Да-да, это я.

Она нетерпеливо выхватила бланк, поставила размашистую подпись и сама выдернула у него из-под мышки свёрток с изумительной красоты буквой «Д» на лицевой стороне. Мгновение радостно его рассматривала, а потом снова нажала на дверную ручку и толкнула створку плечом.

Парень спохватился.

– Если возникнут какие-то претензии к качеству, или пожелания по работе фирмы, или просто станет одиноко и захочется с кем-то поболтать, там на обратной стороне есть номер моего мобильного, и…

Дверь с треском захлопнулась у него перед носом. Наблюдавший эту сцену садовник покачал головой и продолжил расчёсывать газон веерными граблями.

– Без шансов, парень.

Регина уже неслась наверх, перепрыгивая через две ступени. Очутившись у себя в комнате, плюхнулась с размаху на кровать, сорвала упаковку и ликующе вскрикнула.

* * *

Голоса я услышала ещё на верхней площадке и в гостиную спускалась со смутным ощущением надвигающейся катастрофы. Стоило переступить порог, как разговоры стихли, и на меня уставились шесть с половиной пар глаз (правый у Пикси закрывала чёлка). Штаны с мишками сразу показались неуместными.

Друзила Гримсен, Цирцея Хук и Флорис Кранах расселись вокруг стола, на котором Ксавьер что-то увлечённо чертил. Бабуля лавировала между ними с подносом, обнося чаем с маковыми крекерами, а безразличная к общей суматохе Пикси лежала в стороне на журнале, изучая фото питомцев в шмотках от Куччи («Ваша собака умрёт от счастья в таком комбинезоне!»).

Нетту я заметила не сразу. Подруга сидела, забравшись с ногами в кресло, и послала мне кислую улыбку, мол: а что, думала, я шутки шутила насчёт конца света?

– Не торчи в дверях, поздоровайся со всеми и проходи, садись, – поманила меня бабуля и поставила перед Пикси плошку с котлетами в форме рыбок.

Сделав, как велено, я неуверенно приземлилась на подлокотник Неттиного кресла.

– Что тут происходит?

– Мы всё знаем, – сурово заявила Друзила Гримсен.

– Да? Тогда назовите дифференциал тангенса, – вяло буркнула Нетта.

Флорис Кранах укоризненно качнула в её сторону перманентом.

– Твоё поведение не лучше, юная леди: была в курсе и скрывала творящиеся безобразия от членов Совета! Мало того – активно помогала их творить!

И это она ещё про Адама не знает…

– Вот уж действительно преступление, – пробубнила подруга.

Похоже, её успели порядком заклевать, пока я была наверху.

– Твоя бабушка рассказала нам историю «от» и «до», – сообщила Цирцея, чинно расправляя на коленях юбку строгого синего костюма с пионом в петлице – само воплощение сдержанности и нравственности. – Про принца Варлога, твою вопиющую халатность, – с придыханием, – Ксавьера… – глаза за затуманившимися стёклами очков плотоядно облапали его. Благо Кас спиной стоял, не видел. – В общем, всё! – закончила она прежним деловитым тоном.

Интересно, это «всё» включало некий хлебобулочный кулон на вчерашней ярмарке?

Бабуля жестом оборвала поток обвинений и отставила пустой поднос.

– Мы собрались здесь не для того, чтобы подсчитывать чужие ошибки, а ради обсуждения конкретных действий на сегодняшний вечер, призванных предотвратить чудовищную катастрофу!

– Конкретных действий? – заинтересовалась я, не успев толком проникнуться чувством вины.

– Слагаем план, – пояснил Ксавьер и чуть отодвинулся, приглашая меня взглянуть на то, что он там чертит на листе ватмана. – И поелику нам неведом точный ход мыслей Сына Шакала, мы измышляем несколько возможных стратегий.

Я поднялась и направилась к нему, но на полпути ощутила, как на плече сомкнулись чьи-то зубы, слегка прикусив.

– Феникс! – взвизгнула я, потирая обмусоленную футболку. – Он что, тоже тут?

Невидимый конь заржал, довольный шуткой. Пикси закатила глаза и лениво перелистнула страницу. А в следующий миг пион на костюме Цирцеи исчез, сменившись влажным пятном на правой груди.

Ну и далее ожидаемо: она визжала, Ксавьер извинялся, а конь-хулиган был изловлен и с шумом изгнан во двор. Пока остальные разбирались с ним, я подошла к столу и без помех рассмотрела наброски плана.

– Ого, мы тут даже по партийным кличкам! Та-а-ак, а это что такое? С какой стати я «Морковка»?!

Вернувшийся Кас протянул маркер.

– Прозвание временное, ты вольна выбрать любое по душе.

Подумав пару секунд, я вычеркнула Морковку, надписала привычного Рыжика и вернула фломастер со словами:

– А теперь можно сначала и поподробнее для опоздавших?

Следующие несколько часов работа и мозги кипели вовсю. Строились гипотезы, предлагались варианты, вносились дерзкие предложения, одна за другой возводились и рушились до основания хитроумные крепости интриг. Нетта мало участвовала в обсуждении, предпочитая, растянувшись на полу, листать журнал вместе с Пикси. По-прежнему хандрила из-за Чезаре.

В районе обеда приезжал в полицейской машине констебль Куинси, которого вышел встречать Кас, а ещё через час в дверь снова позвонили, и на этот раз открывать побежала я, готовясь вежливо выпроводить любого, кого найду на пороге.

Там нашёлся загорелый мускулистый парень в одежде слесаря на два размера меньше (брюки – так уж точно; бедняга, наверное, за предшественником донашивал) и головном уборе из того же комплекта.

– Мы приглашали слесаря? – удивилась я, пытаясь припомнить, когда и по какому поводу могли вызвать его с бабушкой.