Железный цветок - Лори Форест

Подцепив цепочку мизинцем, Лукас мягко вытягивает мой кулон наружу.

– Ты всё-таки его носишь, – довольно мурлычет он.

В ответ на его прикосновение где-то глубоко внутри меня зарождаются искорки пламени. Я привычно обвиваю деревянный кулон пальцами, и бесформенный жар превращается в потоки огня, устремляющиеся вдоль моих линий силы.

– Что это за украшение, Лукас? – пытаясь справиться с удивлением от новых ощущений, спрашиваю я. – Когда я касаюсь его… у меня внутри словно что-то просыпается… Такого со мной прежде не бывало.

– Снежный дуб пробуждает и развивает магические силы, – снова чарующе улыбается Лукас. – Потому я и подарил его тебе. Это деревце разбудит твои магические линии.

Накатывает новая волна жара, и я судорожно втягиваю воздух, а Лукас улыбается ещё шире.

– Твои линии силы просыпаются, Эллорен. Что ты чувствуешь?

Сглотнув ком в горле, я крепче сжимаю в руке резное деревце и сосредоточенно прислушиваюсь к себе.

– Линии земли… они, будто веточки дерева, прорастают внутри меня. Повсюду. Я чувствую их уже несколько дней. А сегодня… только что… появился огонь.

Лукас нежно берёт меня за ту руку, какой маги держат волшебные палочки, и прикладывает свою ладонь к моей. Невидимые линии-веточки вдруг загораются пламенем, как будто подожжённые факелом.

– А сейчас? – спрашивает Лукас.

– Горят сильнее, – восхищённо выдыхаю я. – Всё больше огня!

– И тебе нравится? – с улыбкой уточняет Лукас.

Я против воли киваю, наслаждаясь теплом разгорающихся линий силы.

– Ты сам как мой волшебный кулон!

– Ну да, – буравит он меня тёмным взглядом. – Мы друг для друга как искра.

Моё сердце готово выпрыгнуть из груди. Я отнимаю ладонь от руки Лукаса и выпускаю деревянный кулон. Быть может, так мне удастся прийти в себя.

– Значит, у меня сильные земные и огненные линии.

– Да, никаких сомнений. Со временем, возможно, проснутся и другие линии силы.

– А какие магические линии у тебя? – любопытствую я.

Уголки его губ приподнимаются в лукавой улыбке.

– Почему-то мне кажется, ты знаешь ответ.

Мои щёки тут же вспыхивают от смущения. Конечно знаю. Как же забыть тот поцелуй?!

– Земля и огонь?

Лукас кивает.

– Как у меня.

– Да, точь-в-точь.

В вихре мыслей ясно выделяется одна: мы идеально подходим друг другу, как кусочки мозаики. Теперь понятно, почему Лукас для меня одновременно и загадка, и открытая книга.

Так на чьей же он стороне? За Фогеля или против? Теперь я не знаю, что лучше.

Громкие голоса на улице снова врываются в мои мысли. Фургон гарднерийских солдат отъезжает, открывая стену между двумя магазинчиками. При виде слов, намалёванных там чёрной краской, хочется отступить подальше, но от страшной реальности не убежать. На стене написано:

Это слова из нашей священной книги, но видеть, как пачкают стены зданий – а в последнее время это происходит гораздо чаще, чем прежде, – невыносимо.

– Неужели тебя это ничуть не беспокоит? – встревоженно показываю я на страшные слова.

Лукас искоса бросает взгляд на стену и снова поворачивается ко мне.

– Да, беспокоит, – отвечает он, заранее отметая возможные обвинения. – Всё больше гарднерийцев впадает в мракобесие, и меня воротит от этого безумия. Такого ответа ты ждала?

– Спасибо, Лукас, – открыто встречаю я его взгляд. – Других слов я бы просто не вынесла.

Секундочку… Если мы не можем лгать друг другу, значит, Лукас не соврёт, если я задам ему прямой вопрос. И всё выяснится раз и навсегда!

– Лукас, что ты думаешь о Фогеле? – с вызовом спрашиваю я.

Лукас отвечает осторожным взглядом.

– Эллорен, я человек военный. Советы магов и верховные правители приходят и уходят. Мы не выбираем вождей, мы защищаем государство.

Воздух между нами на мгновение сгущается, напряжение ощущается почти физически.

А потом мы одновременно с облегчением вздыхаем.

Возможно, потомкам дриад не дано врать друг другу, но хранить секреты мы всё же умеем.

– Ты сегодня не в настроении? – забавно приподняв правую бровь, уточняет Лукас и добавляет с сияющей улыбкой в ответ на мой раздражённый взгляд: – Сейчас мы это исправим!

О Древнейший! Он, пожалуй, исправит… Только не поддаваться!

Слегка нахмурившись, я с напускной суровостью киваю на широкую командирскую полоску на его рукаве.

– Как идут дела? Все ли враги разбегаются в страхе?

Лукас быстро оглядывает спешащих мимо прохожих.

– В Сопротивлении, оказывается, не дураки собрались. Они не только разрушили половину лагеря Четвёртого дивизиона, а ещё и утащили необъезженного дракона из-под носа у военных, которые, похоже, и часовых-то не выставили. – Он снова улыбается, но теперь его глаза вспыхивают, как у хищника, почуявшего добычу. – Неважно. Может, мы и растяпы, но победа будет за нами. А украденного дракона мы найдём в два счёта. Устроим охоту по всем правилам и здорово повеселимся! Как думаешь, справимся?

Он явно знает больше, чем говорит. От его испытующего взгляда меня пробирает дрожь.

– Так для тебя это всего лишь игра?

– Какой циничный вывод!

– Возможно. А твой извращённый взгляд на мир совершенно невыносим!

Незаметным, каким-то кошачьим движением Лукас обнимает меня за талию и притягивает к себе.

– Соскучилась? – шепчет он, согревая дыханием мою щёку. – Я-то уж точно соскучился.

От него веет… ароматом леса. А ещё магией, пробуждающей мои линии силы. Рядом с Лукасом так хорошо… даже лучше, чем с кулоном снежного дерева в ладони.

– Так что? – щекочет Лукас губами моё ухо. – Не подаришь поцелуй вернувшемуся герою?

Мои линии земли тянутся к его линиям, пульсируют жаром.

– Ты чудовище, как тебя Эртия носит…

Однако магия сильнее меня, и слова прерываются тихим вздохом, когда губы Лукаса нежно скользят по моей шее. Он крепко обнимает меня за талию под накидкой и прижимает к себе.

– И давно ты научилась разыгрывать из себя недотрогу? – нежно спрашивает он, на секунду прерывая поцелуи.

– Лукас, зачем я тебе? – едва выдыхаю я, не отвечая на вопрос.

Наши линии силы непреодолимо стремятся друг к другу.

– Ты красивая, – тихо смеётся Лукас. – И меня к тебе тянет. Твоя магия дополняет мою… очень соблазнительно.