Переплетенные судьбы - Ада Николаева

Сам Верджилиус жил за пределами столицы. Его клану принадлежала большая близлежащая территория, она была ограждена, и представляла из себя еще один маленький город, живущий особняком.

Когда мы, наконец, оказались во владениях клана, нас у входа в самый красивый из домов встретила низенькая женщина, очень милая и улыбчивая. Поприветствовав, она проводила нас внутрь. К этому моменту я практически успокоилась, перестав хотя бы дрожать. Верджил заметил это, и со спокойной душей оставил меня наедине с этой женщиной, а сам спешно куда-то ушел.

— Меня зовут Бетони, — представилась она. — Давайте я покажу вам ваши покои. Знаю, что вам нездоровится, поэтому я взяла на себя смелость заранее подготовить постель.

— Спасибо, — сухо ответила я. — Куда ушел Верджилиус?

— У него сейчас встреча. Собираются все старейшины клана.

— Зачем?

— А мне почем знать, — усмехнулась Бетони. — Это дела мужчин.

Она уложила меня в постель. Кровать оказалась огромной и очень мягкой. Мне еще никогда не доводилось спать в таком комфорте. Однако уснуть мне никак не удавалось, мысли роились в голове: меня дважды пытались изнасиловать, как такое вообще возможно?

Не без труда я встала на ноги и побрела прочь из комнаты. Идя по длинному темному коридору, я наткнулась на массивную двухстворчатую дверь: из-под нее сочился свет и были слышны голоса. Я остановилась, чтобы узнать, о чем же они все говорят.

* * *

В просторном зале по кругу сидело множество мужчин. На середину вышел Верджилиус и произнес, обращаясь ко всем присутствующим:

— Я Верджилиус Бранд, ставший главой клана после недавней кончины моего отца Вергулиуса Бранда. Я собрал вас всех здесь, чтобы рассмотреть вопрос об исключении Морганта Бранда из клана.

Присутствующие начали шептаться, после чего один из старейшин громко заявил:

— Моргант выйди в центр зала. Пусть Верджилиус объяснит нам, в чем он тебя обвиняет.

Моргант послушался, встал рядом с Верджилом и тот заговорил:

— Хитростью Моргант лишил меня избранницы, манипулировал мной и моими решениями, обманом уговорил обручиться со своей дочерью Айрис. Он неверен клану и не уважает его главу, а это значит, что здесь ему не место. Я не могу простить предательство и неповиновение.

Когда Верджилиус изложил свое обвинение, заговорил Моргант:

— Я больше чем кто-либо из присутствующих думал о судьбе клана. Когда великий Вергулиус был при смерти, а пропажа его наследника окончательно добила здоровье старика, наш молодой глава прохлаждался в провинции с какой-то дикаркой. Я видел в ней угрозу и позор для клана, и сделал так, чтобы она исчезла из жизни Верджилиуса. Моя дочь Айрис благородна и подходит для того, чтобы стать женой главы. Или вы желаете видеть безродную простолюдинку рядом с Верджилиусом? Вы должны меня поддержать, ведь мною двигали лишь благие намерения. Все ради нашего клана.

Верджилиус заметил, что зал заволновался. Моргант всегда был мастером речей и без труда мог расположить к себе старейшин. Это настораживало мужчину, поэтому он вновь открыл рот:

— Амелия не простолюдинка! — заявил громко.

Все притихли, а из зала вышел старик, совсем немощный. Он медленно добрел до центра зала, встал перед Верджилом и Моргантом, после чего произнес:

— Замолчи мальчишка, дальше я сам. Все вы меня знаете. Я отец Вергулиуса, бывшего главы клана, и дед нашего молодого главы Верджилиуса. Я один из старейших представителей семьи Бранд. Мой внук юн и горяч. Мы — старейшины, существуем для того, чтобы не дать молодым совершать глупые ошибки. Но я никогда не считал ошибкой брак по любви и неважно, какой крови избранница. Однако это правда, та девушка не простолюдинка. Все, как и сказал мой внук. Год назад, перед тем, как вернуться домой, он не развлекался в провинции, а был предан и серьезно ранен. Он рассказал мне о девушке, что спасла его, рассказал и о ее необычайных способностях. Тогда я понял, кого повстречал мой внук — одну из последних представительниц суккубов. Старейшины хорошо помнят, как двадцать лет назад было решено согнать их всех в монастырь и…

— Они пудрили мужчинам мозги и разжигали войны! — перебил старика Моргант.

— Но старейшины помнят, — невозмутимо продолжил тот, — что задолго до тех событий суккубы являлись самыми желанными женами и доставались они только лучшим из лучших. Мечта каждого воина, но доступная лишь величайшим. Сколько глав кланов и командиров погибло, сражаясь за своих суккубов-жен. Что ни день, то мужчины разжигали новые войны, дабы провести хотя бы ночь с такой женщиной. Сколько достойных мужей было зарезано во сне, сколько похищено их жен. Тогда столица и приняла решение согнать суккубов в монастырь, чтобы остановить резню и раскол меж кланами.

— К чему вы клоните? Все так, как я и сказал, — нахмурился Моргант, а старик продолжил:

— Моя покойная супруга являлась суккубом. Я был еще тем обольстителем, но когда повстречал Линетту, больше меня не интересовали другие женщины. Она меня заворожила.

— Она вас околдовала, — прошипел Моргант.

— Благо, Линетта не дожила до тех дней. Я бы ни за что не отдал ее в монастырь. Я развязал бы войну, — старик продолжал говорить, не обращая внимания на ядовитые высказывания оппонента. — Никто не хотел расставаться со своими женами и дочерьми: все сражались за них. В итоге монастырь остался практически пустым, а все суккубы погибли или сбежали. И теперь, когда они почти вымерли, брак с ними опять считается почетным. Суккубы больше не изгои, а напротив — повод для гордости. Когда правитель нашей столицы объявил, что вновь разрешены браки с суккубами, глава клана Мердок сразу же женился на одной из их представительниц. Он отыскал ее в провинции Авалон. Сколь много внимания привлек этот брак, а клан его возвысился над другими. Да что тут говорить, сам правитель Йоран женился на суккубе!.. Я прошу за своего внука, чтобы клан принял верное решение.