Переплетенные судьбы - Ада Николаева

В панике обдумывая услышанное, я побежала обратно в свои покои. Мысли перемешались, голова гудела от боли и переизбытка информации. Вернувшись в комнату, я села на край кровати и замерла, свесив вниз ноги. Спустя несколько мгновений вошел Верджил. Не церемонясь, с самого порога я спросила его:

— Ты ведь знал кто я, да?

— Я догадывался.

— Моих родителей убили за то, кем я и моя мать являлись, — с тоской произнесла я, поняв.

— Мне очень жаль. Мой клан не участвовал в той расправе. Моя бабушка сама была…

— Я слышала, — оборвала его. — Я все слышала.

— Я не могу вернуть твоих родителей, но могу защитить тебя.

— Вы говорили о монастыре для таких, как я. Где он находится?

— На южной окраине столицы, но…

— Отведи меня туда, — твердо заявила я.

— Тебе там не понравится.

— Отведи.

Верджилиус нехотя кивнул в знак согласия. Тогда я шустро вскочила с кровати и вместе мы направились к выходу.

* * *

Светало. Мы шли по столице. Утром город выглядел еще роскошнее: все сияло и сверкало своей белизной и чистотой.

Мужчины, проходящие мимо, смотрели на меня как обезумевшие от голода. Теперь, когда я знала тому причину, мне становилось совсем не по себе. Это пугало до дрожи, поскольку они натурально пожирали меня глазами.

Мы вошли в узкий переулок, выложенный светлым камнем. Несколько прохожих шагали нам на встречу, я, как могла, обходила их стороной. Но все же один из них зацепил мою руку своей рукой и сразу же остановился. Я, не оборачиваясь, продолжила идти вперед, как вдруг он резко схватил меня за запястье. Верджил тут же обнажил клинок и произнес:

— Лучше отпусти.

Обезумевший горожанин смотрел на меня, не слыша слов воина. Но когда меч приблизился к его горлу, то мужчина все же отпустил мою руку и нехотя ушел. Мы тоже отправились дальше, и тогда я выпалила:

— Вот поэтому мне и нужно в монастырь, к таким же, как я!

Верджил глубоко вздохнул, выказывая тем самым несогласие, а затем произнес:

— Я так не думаю.

— Не думаешь, потому что зачарован! Я не нужна тебе, ты не влюблен в меня, ты просто околдован чарами!

— Это не так.

— Это так! Ты влюбился в магию, как и все остальные…

— Вот значит, как ты думаешь, — тоскливо пробубнил он.

— Именно так я и думаю! Тебе кажется, что ты любишь меня, но это просто самообман.

— Самообман? — Верджил остановился и посмотрел мне прямо в глаза. — Я год искал тебя, приходил на кладбище камней, не мог выкинуть тебя из головы. Ты все еще думаешь, что это из-за какой-то там магии?

Мне было нечего ему ответить, поэтому я просто пошла дальше, а он последовал за мной.

* * *

Мы приблизились к невысокому круглому зданию, расположенному на холмистом пустыре за городским рынком. К монастырю вела всего одна узкая дорога, поросшая и бугристая, без каменной кладки, что уже говорить о мозаике, которую можно встретить по всем улицам столицы, но только не здесь.

Подойдя ближе, я заметила, что у строения практически нет окон, а те, что имеются, находятся прямо под крышей. Также у монастыря оказалась всего одна дверь, перед которой на посту стояли две женщины-стражницы. Часовые тут же нам сообщили:

— Войти сюда сможет только девушка. Ее спутнику путь закрыт.

Тогда Верджил взял меня за руку и еще раз спросил:

— Ты уверена?..

— Да, — тихо ответила я, опустив глаза. — Мне хочется поговорить с другими суккубами.

— Надеюсь, что ты все-таки передумаешь. Я буду ждать тебя.

Ничего ему больше не сказав и не взглянув на воина напоследок, я направилась внутрь, толкая вперед массивную створку входной двери. Верджил еще долго смотрел мне вслед, я не видела этого, но ощущала на себе его тяжелый взгляд, и даже тогда не обернулась… Слишком трудно прощаться.

* * *

Войдя внутрь, моему взору открылся огромный пустой зал: давящий низкий потолок со свисающей с него паутиной, некогда белые колонны с резным узором, но потемневшие и обсыпавшиеся в некоторых местах от времени, запылившаяся мебель и грязный мраморный пол. Маленькие круглые окошки под потолком еле освещали большое помещение. Не желая бродить в полумраке, я прокричала:

— Здесь есть кто-нибудь?

Спустя мгновение ко мне вышли три женщины. Две из них были пожилые, а третья и вовсе дряблая старушка преклонных лет. Одна из них сходу поинтересовалась:

— Давно у нас не было гостей. Кто ты, девочка?

— Я суккуб, — заявила я, не церемонясь.

— Зачем ты пришла сюда?.. Времена наших гонений уже прошли. Ты вольна идти куда пожелаешь.

— Не могу, — резко выпалила я.

— Почему, дитя? — поинтересовалась другая женщина.