Подруга главной героини - Рада Мэй

Глава 7

– Где и когда вы видели эту девушку? – допытывался один из дознавателей, которых вызвал прохожий, оказавшийся поблизости. – Вы сказали, что её лицо кажется знакомым.

Я уже собиралась снова ответить, что не могу вспомнить, как вдруг в памяти яркими вспышками всплыли картины минувшего вечера. Они заставили напрячься, однако я, всё ещё пребывая в некотором ступоре, растерянно призналась:

– Похоже, вчера.

– Где и во сколько? – оживился дознаватель.

Документов при погибшей не оказалось, так что ни адреса, ни даже её имени известно не было. Вот они и искали любую зацепку.

– Вечером. В доме Винсента Паулинера, – сообщила я, но, заметив, как удивлённо, если не испуганно подскочили брови собеседника, быстро пояснила: – Только не саму девушку, а её фотографию.

Да, тот самый снимок симпатичной блондинки, который был в числе других фотокарточек, случайно сброшенных мной со стола. Но самым тревожным знаком в этой ситуации была красная галочка на волосах девушки. То есть Павлин её почему-то пометил, в отличие от других, а на следующее утро я нашла красавицу мёртвой! Ох, надеюсь, это просто совпадение! Не может ведь главный герой любовного романа быть убийцей?!

– Что вы делали в доме господина Паулинера? – недоверчиво поинтересовался дознаватель, окинув моё скромное пальто красноречивым взглядом. – Работаете у него?

– Нет. Его племянник пригласил, – буркнула недовольно. И этот по одёжке встречает!

Немного поколебавшись, я всё-таки рассказала представителю местных стражей порядка о том, что снимок именно этой девушки почему-то был помечен. Задав ещё несколько вопросов, меня отпустили, сообщив, что при необходимости вызовут.

В академию я вернулась, пребывая в глубокой задумчивости. Списывать происходящее на сон больше не получалось. Слишком реальными были все ощущения и эмоции. Как будто, пока мой организм находился в коме на Земле, душу забросило в другую Вселенную, где тоже всё было вполне настоящим, особенно проблемы. И что с этим делать, я пока не представляла.

Эх, сейчас бы на пробежку, а лучше в спортзал!

Родителей рано не стало. Меня вырастил мамин брат. С его женой отношения у нас сложились хорошие, но она всё свободное время посвящала работе, строила карьеру. Детьми – мной и двумя сыновьями занимался в основном дядя – учитель физкультуры и тренер кикбоксинга. А поскольку он не знал, как воспитывать девочек, то гонял нас всех на тренировки по единой программе, делая мне разве что небольшие поблажки.

Так что со спортом я всегда была дружна. Каждое утро начинала с пробежки… до той роковой аварии. И сейчас мне этого ой как не хватало!

Пересмотрев вещи Розанны, я нашла вполне приличную, даже красивую спортивную форму. Видимо, её выдавали в академии. А под ней обнаружилась толстая тетрадь в потрёпанном розовом переплёте.

Сердце учащённо забилось: неужели это дневник Розанны и сейчас я хоть что-то о ней узнаю? Но, увы, открыть тетрадь не удалось. Страницы казались склеенными и никак не желали выдавать записанные на них секреты, если, конечно, они там имелись.

Перепрятав находку под матрас, я переоделась в удобный чёрный спортивный костюм и отправилась на поиски подходящего для разминки места. Из книги я знала, что на улице для тренировок имелся целый полигон. По снегу там, правда, не побегаешь, но где-то в здании должен находиться его уменьшенный вариант.

Стоило об этом подумать, как я вдруг поняла, что точно знаю, куда идти, словно в голову загрузили новую информацию. Жаль, только что всего лишь о расположении помещений, а не о важных событиях жизни Рози.

На выходных в академии было почти пусто, так что до спортивного зала я добралась без проблем. Он тоже, как ни странно, пустовал. Видимо, студенты разъехались по домам, а Даниэль, получается, примчался специально, чтобы со мной договориться. Да только переговоры зашли в тупик.

Спортзал впечатлял огромными размерами и многообразием дорогого спортивного оборудования. Тут было всё необходимое практически для любых тренировок. Осмотревшись, я восхищённо присвистнула, но начать решила, как и планировала, с лёгкой пробежки.

Бегать мне понравилось даже больше, чем ходить. Ощущения были просто потрясающими! Но примерно на середине второго круга я вдруг налетела на высокого, темноволосого, зеленоглазого мужчину, который возмущённо проворчал:

– Листард, снова ты! Преследуешь меня?

На вид ему было лет 45. Ну и кто это? Преподаватель или сам ректор? Впрочем, ректор там, кажется, совсем пожилым был. Попыталась вспомнить, кто из преподавателей-мужчин фигурировал в романе, но учёбе в нём, к сожалению, времени уделялось мало. В основном сюжет крутился вокруг любовных разборок героев. Тем не менее в памяти откуда-то вдруг всплыла фамилия Ральфан, а где-то глубоко внутри всколыхнулись горечь и обида – очевидно, отголоски воспоминаний Розанны.

– Нет, что вы! Я просто разминаюсь, господин Ральфан, – назвала его так, послушавшись интуиции. – Не знала, что здесь кто-то есть.

– То есть, ты не искала меня, чтобы предъявить обещанное доказательство? – недоверчиво усмехнулся мужчина, а его взгляд при этом оставался холодным и неприязненным.

И почему в этой книге на меня так смотрят почти все представители мужского пола?

– Доказательство чего? – уточнила осторожно.

– Нашего родства. Или ты уже забыла, как заявила, что ты моя дочь? А когда я выставил тебя прочь, обещала принести доказательство, – сухо напомнил собеседник, заставив напрячься.

Ещё одно уравнение с неизвестными, и вот как на это реагировать? Мужчина явно не из простых смертных, ведь в этой академии преподавали аристократы. Заявление Розанны ему, естественно, не понравилось, а последствия теперь придётся расхлёбывать мне!

– Извините, это было… недоразумение, – вздохнула, изобразив раскаяние.

А вот в это он охотно поверил и сердито припечатал:

– Разумеется! Решила таким образом сдать экзамен? Умнее ничего не придумала? Даже если бы ты, в самом деле, оказалась моим бастардом, я бы тебя никогда не признал! Так что экзамен, Листард, ты в любом случае не сдашь. Готовься вылететь из академии!

– Вылететь? Это из-за того, что я сказала? – растерялась, по-прежнему не понимая, что происходит и как лучше поступать.

О Розанне в книге не было никакой информации. Я даже не представляла, на каком факультете она училась!

– Это из-за того, что ты ни разу не прошла полосу препятствий до конца! Даже эту, а экзамен будет проходить на полигоне. Мне не придётся заваливать тебя специально, – недобро усмехнулся мужчина, выразительно