Подруга главной героини - Рада Мэй

А я рассматривала лаконичный интерьер и скромную обстановку помещения, в котором мы оказались. Нет, мебель здесь была вполне добротной и, очевидно, недешёвой, просто её было совсем немного: стол, стулья, шкаф для бумаг и полка на стене. Ничего лишнего, только самое необходимое, а на окнах – решётки с обратной стороны. Словом, ощущение, что мы уже находимся в тюремной камере.

Это напрягало, как и присутствие рассерженного Павлина. Зря я сцепилась с ним в коридоре. Нужно было под каким-нибудь предлогом вывести Паулинера на улицу, где меня ждала Виола, и познакомить их наконец. Вероятно, после этого события начали бы развиваться совсем иначе. Что ж, если подруга никуда не уйдёт, такой случай мне ещё представится.

– Присаживайте, господин Паулинер, это не займёт много времени, – спокойно ответил страж порядка по фамилии Бродиус. – Просто слова госпожи Листард немного не совпадают с вашими. Возможно, при первом опросе их просто неверно записали. Хотим прояснить это небольшое недоразумение.

Это он так дипломатично необходимость очной ставки обрисовал?

– Разве моё слово недостаточно весомо? – с лёгкой угрозой в голосе поинтересовался Паулинер. – Оно не перевешивает ложь никому не известной стипендиатки?

– Я говорил лишь о возможном недопонимании, – миролюбиво возразил старший дознаватель – именно это было написано на его двери. – Госпожа Листард говорила, что видела фотографию погибшей девушки в вашем доме, верно? – уточнил он уже у меня.

Под холодным взглядом Паулинера я пока предпочла ограничиться молчаливым кивком.

– Это полная чушь! В Винтертэйле нет фотографий посторонних людей! – ледяным тоном отчеканил Паулинер, в очередной раз фактически выставив меня лгуньей.

Тут уж я промолчать не смогла.

– Но эта фотография там была! Лежала в вашем кабинете на столе вместе с другими! – уверенно отчеканила, глядя ему прямо в глаза. – Я случайно задела стол, и они упали на ковёр. Там ещё ваш дворецкий в это время находился и всё видел.

Эх, про дворецкого я, наверное, зря сказала. Он ведь хозяину подпевать будет, а мои слова запросто опровергнет.

Паулинер хмурился и также не отводил взгляда. Почти минуту мы упорно играли в гляделки, словно упрямые дети, не желающие уступать друг другу, пока дознаватель не кашлянул, привлекая наше внимание, и не напомнил всё так же спокойно и деликатно:

– К сожалению, при погибшей девушке не обнаружено документов, и мы не можем установить её личность. Это значит, что расследование буквально топчется на месте. Нам важна любая мелочь, даже если она покажется вам незначительной.

– В моём кабинете на столе действительно лежало несколько снимков, – медленно и неохотно признал, наконец, Паулинер, теперь демонстративно не глядя в мою сторону. – Они относились к рабочим моментам, поэтому я их сразу не вспомнил.

– Это снимки людей, которых вы приняли или собирались принять на работу? – оживился Бродиус.

– Можно и так сказать, – туманно ответил блондин.

– Там были только изображения молодых, красивых девушек, – не сдержавшись, дополнила я свой прежний ответ и невинно поинтересовалась: – это на какую же должность требуются такие внешние данные?

– Госпожа Листард, спасибо за уточнение, но вопросы здесь всё же задаю я, – вежливо заметил дознаватель и повернулся к Паулинеру, поинтересовавшись: – Если вы уже имели дело с этой девушкой, почему не узнали её на снимке, который показал я?

– Никаких дел я с ней не имел. Видел только однажды на фото, но на нём она была живой, а на вашем – с разбитой головой, – снова начал раздражаться Паулинер, – разница очевидна!

– Однако госпоже Листард, которая погибшую тоже видела лишь на снимке, эта разница не помешала, – резонно возразил старший дознаватель. – Хорошо, если вы для чего-то отбирали девушек, у вас должны быть их данные – имена, адреса. Хоть что-нибудь!

– По этому поводу вам лучше обратиться к управляющему ночным клубом «Маска». Общался с претендентками он, я лишь отбирал их по фото, – последовал сдержанный ответ.

Сначала слова Паулинера вызвали недоумение, но потом я вспомнила, что по сюжету он действительно владел ночным клубом, в котором впоследствии вынуждена была подрабатывать официанткой Виола.

Ничем предосудительным девушки там, опять же по книге, не занимались – кто-то разносил напитки и угощения, кто-то танцевал или пел, услаждая взор и слух гостей. Правда, делали всё это они в довольно нескромных нарядах и масках, разыгрывая роль прекрасных, таинственных незнакомок.

– Я распоряжусь, чтобы управляющий приехал к вам для уточнения информации, – сухо добавил Паулинер и поднялся, дав понять, что беседа окончена.

– Не стоит, я лучше сам съезжу и поговорю с ним на месте. С другим персоналом тоже пообщаюсь.

Паулинер нахмурился, неохотно кивнул и прежним тоном заявил:

– Если это всё, я должен вас оставить, дела не ждут.

С этими словами блондин, не попрощавшись и больше не взглянув в мою сторону, вышел из кабинета. Оставшись с дознавателем наедине, я напряглась, всё ещё ожидая подвоха. То самое платье Рози со следами крови, о котором упоминала Виола, обнаружилось в душевой среди вороха другой одежды, нуждающейся в стирке.

Когда держала его в руках, почувствовала страх и тревогу – отголоски эмоций моей предшественницы. Значит, в этом платье с ней случилось нечто неприятное. Оставалось лишь надеяться, что к смерти незнакомки Розанна никакого отношения не имела.

– Спасибо за помощь, госпожа Листард, вы тоже можете быть свободны, – вежливо сообщил мне господин Бродиус, и от сердца немного отлегло.

– То есть меня только для этого пригласили? Но зачем? – спросила, не скрывая удивления, смешанного с облегчением. – Вы бы и сами без труда выяснили подробности, которые рассказал господин Паулинер.

– Не факт. Мне почему-то кажется, что без вашего присутствия я бы так и не узнал некоторых деталей, – одними губами улыбнулся старший дознаватель, и я поспешила с ним попрощаться.

Виола терпеливо дожидалась меня на улице в уютной, полузакрытой беседке. Моё появление подруга сразу не заметила. Её восхищённый взгляд был буквально прикован к Винсенту Паулинеру, беседующему с худощавым пожилым мужчиной возле своего, разумеется, белого, украшенного золотом экипажа.

Я сразу вспомнила о своём первоначальном желании их познакомить, чтобы события, наконец, начали хоть немного напоминать сюжетные линии романа.