Ходок - 16 - Александр Львович Тув

„Я тоже… — признался старший помощник. — Но не сильно!“

„Как змей!“ — хихикнул голос.

— Когда выбилась из сил, остановилась, но отдохнуть не удалось, — горько улыбнулась своим воспоминаниям Тарения. — Муравьи никуда не делись — они по прежнему окружали меня с трех сторон и вот-вот готовились закрыть кольцо. Никогда не думала, что они так быстро ползают.

„Ну-у… в реале-то вряд ли так быстро…“ — начал было голос.

„А во сне, как реактивные!“ — ухмыльнулся Денис.

„В контролируемом сновиденьи!“ — важно поправил его голос.

„Не очень-то оно у нее контролируемое, — хмыкнул старший помощник. — А вообще это из другой оперы, знаток! Слышал звон, да не знаешь, где он!“ — в ответ голос смущенно промолчал.

— Пришлось бежать дальше, — нервно дернула щекой Снежная Королева. — Хотя казалось, что не могу, но смогла, — вздохнула она. — Но не только потому, что муравьи вот-вот готовы были закончить окружение и тогда они съели бы меня живьем! Не только, — вздохнула она. — Эти мерзкие твари заползли, куда можно и куда нельзя, — она бросила смущенный взгляд на Дениса, — и кусали меня не только снаружи, но и изнутри! Я хотела найти воду. Не важно какую: море, реку, озеро, лужу — любую, чтобы смыть с себя эту пакость!

„Да-а… блин… — сочувственно протянул голос. — Врагу не пожелаешь. Представь, что тебе в жопу муравей залез…“

„Прекрати! — рявкнул на него старший помощник. — Ты еще скажи, чтобы я представил, как гадюка из унитаза меня раздвоенным язычком за яички щекочет! Извращенец!“

„Ну, извини…“ — голос сделал вид, что раскаивается.

— И я увидела воду, — горько усмехнулась Тарения. — Только до нее надо было спуститься с отвесной скалы, высотой вардов пятьдесят, на которую меня загнали. Внизу было озеро с прозрачной водой, через которую были видны снующие в ее толще рыбы и я откуда-то знала, что если искупаюсь в этом озере, то смою с себя всех муравьев и изнутри и снаружи. Но я не умею лазать по скалам…

„Она еще и высоты боится! — верноподнически доложил голос, чтобы подлизаться после косяка с муравьем в жопе. Однако, Денис ничего ему не ответил, показывая, что опалу еще не снял и тогда голос пошел ва-банк: — А ты — не боишься!“

„Это правда!“ — после небольшой паузы отозвался старший помощник, восстанавливая дипломатические отношения.

— Долго колебаться мне не дали, — продолжила свой рассказ Снежная Королева. — Муравьи полностью окружили меня и через мгновенье живой ковер достиг моих израненных стоп и пополз вверх по моим ногам. У меня был выбор: быть съеденной заживо, или разбиться. Я выбрала разбиться и прыгнула со скалы…

„А у меня никакого выбора не было…“ — грустно подумал Денис.

„Это потому что ты неправильный чел!“ — разъяснил ему голос.

„А Тарения — правильный?“ — прищурился старший помощник.

„Ну-у… раз она стала магом, а ты нет…“ — голос продолжать не стал и так все было понятно.

„А может ты и прав…“ — неожиданно легко согласился Денис.

„Да ладно, — удивился голос. — Ты чего! Я же прикалываюсь!“

„Ты может и прикалываешься, — поджал губы старший помощник. — Но результат налицо. Снежная Королева — маг. Я — нет“.

— Я не разбилась! — широко улыбнулась Тарения. Воздух подхватил меня, донес до озера и бережно положил на воду. — Ее глаза снова засияли зеленым волшебным светом — видимо она вспомнила ощущение полета. — Я нырнула и стала погружаться все глубже и глубже. Никакого страха утонуть не было — я даже смогла дышать под водой! — торжествующе сообщила она. — Хотела добраться до дна, но не удалось, — она шутливо развела руками, — потому что „вынырнула“, — девушка показала два больших пальца, что было аналогично земным кавычкам, — уже здесь, на альпийской поляне, среди людей. На мне было мое дорожное платье, у меня ничего не болело и мои ноги были в порядке — целые и невредимые! И я получила сродство с воздухом и водой! — победно сверкнула она глазами, но бросив быстрый взгляд на Дениса, мгновенно погасила сияющий взор и приняла вид смущенный и сострадающий.

„Да-а-а… — сочувственно протянул голос. — Одним всё, другим — хрен. Снова ароматами родины потянуло…“

„Не хрен, а хер!“ — поправил его носитель.

„А в чем разница?“ — удивился голос.

„Хрен — это что-то осязаемое, приправа острая, — разъяснил свою позицию старший помощник, — а хер — ничего. Пустота…“

После того, как Снежная Королева закончила свою повесть, тишину на палубе нарушали лишь отдаленные крики матросов, демонстрирующие что проблем с ухо-горло-носом в целом и со связками в частности у них нет — никто не хрипел и не шепелявил, а все, как один, орали весело и задорно. Кроме моряков кричали еще и чайки, что свидетельствовало о близости земли. Вся эта какофония звучала на фоне шума ветра и плеска волн, что привело Дениса в меланхолически-лирическое настроение, заставив вспомнить любимые строки Эдуарда Багрицкого:

А ветер как гикнет,

Как мимо просвищет,

Как двинет барашком

Под звонкое днище…

Стихотворение было достаточно длинным, полностью его старший помощник не помнил, потому что, то ли слышал, то ли читал в первой жизни, когда абсолютной памятью не обладал, но это четверостишье в памяти засело и именно поэтому и было любимым, вот и всплыло в подходящий момент. Однако, стихи — стихами, а дела — делами. Закончив вечер поэзии, переварив, если можно так выразиться, рассказ Тарении и отзавидовав свое, старший помощник приготовился слушать рассказ Айзиряк, которая и продолжила дозволенные речи.

— У меня ничего такого страшного не было, — смущенно потупив взор и шаркнув ножкой, начала свой рассказ вторая девушка.

„Чё это она мнется, как булочка в жопе? — удивился внутренний голос. — Все свои. Стесняться нечего!“

„Ну-у… может она смущается, что, что ее повесть не укладывается в канву фильмов ужасов, обозначенную нашими с Таренией рассказами…“ — интеллигентно предположил Денис.

„Или трахнули ее там в извращенной форме! — ухмыльнулся внутренний голос. — Сбылась девичья мечта!“

„Какой ты все-таки циник…“ — укоризненно покачал головой старший помощник.

„Яблоко от яблони…“ — не остался в долгу голос.

„Смотри, допиздишься! — пригрозил Денис. — Станешь нерукопожатным в приличном обществе!“

„Это в каком таком обществе?!“ — изумился голос.

„В моем!“ — отрезал старший помощник.

„Да