Золушки в опасности - Лесса Каури

– С детьми надо говорить честно, Твое Величество, к каким бы последствиям это не привело. Лишь со временем станет ясно, кто был прав, а кто нет, но искренность они оценят.

– Я, пожалуй, поразмышляю над этим, – кивнул Виньогрет. – Прими мои сердечные поздравления для своего сына! Я обязательно прибуду на коронацию.

Рэд кивнул и выключил зеркало. На душе было тяжело, но он знал, что сказал верные слова. И что гном его услышал.

* * *

В отличие от многих своих однокурсников из Грапатукского университета, Вителья любила учиться. Ей нравилось искать и находить знания, собирать их в драгоценную шкатулку памяти, чтобы иметь возможность достать тогда, когда они будут необходимы. Неудача с лягушкой не шла у нее из головы. Вита терпеть не могла, когда в ее «шкатулке» ничего не находилось по какому-то конкретному случаю, как это произошло с «демонической» частью заклинания, наложенного на Марью. Поэтому, едва появилось свободное время, отправилась вместе с Дробушем в библиотеку Ордена Рассветного Лезвия, где пролистала все книги по нужной теме. Вырвиглот тоже открыл пару томов, но быстро закрыл, проворчав, что демонам надо «рвать бошки», а не тратить время на их изучение.

Пользуясь тем, что архимагистр Никорин была занята и не вспоминала о миссии «Ласурские призраки», Вита безвылазно провела в библиотеке несколько дней, заполняя собственные пробелы в образовании. Подобных книг в библиотеке университета она не встречала, вероятнее всего, они хранились в закрытом для студентов разделе, доступ в который был лишь у посвященных. С теорией она совладала, однако практики не хватало. Самостоятельно вызвать демона волшебница не решилась, но в Вишенроге имелось место, где можно было заглянуть им в глаза и даже поговорить с ними. Таким местом была больница Святой Евгесии, располагавшаяся в Сакральном квартале. Простые горожане искренне верили, что это клиника для душевнобольных, однако магам было известно больше. Здесь содержали тех, чье безумие не поддавалось целительскому искусству. Чаще без причины, но иногда…

Ни от Яго, ни от Дробуша Вителья не скрыла, куда идет. И если Вырвиглот, выслушав ее, молча кивнул, то в глазах рю Воронна промелькнуло беспокойство.

– Вита, ты уверена, что хочешь увидеть подобное? – спросил он. – Когда я с отцом был в Крее, однажды стал свидетелем казни бесноватых, так их там называют. Лишь на мгновение – перед самой гибелью, когда демон покидает их тело, – они вновь становятся людьми и вспоминают все, что с ними произошло. Ты можешь представить себе их ужас и отчаяние в этот миг?

– В тех, кто уже был одержим, демонам легче вселиться повторно. Поэтому для освобожденных существует множество оберегов, которые они должны носить постоянно, дабы не допустить нового вторжения. Но, насколько я знаю, в Крее все проблемы решают радикально – нет человека, нет угрозы, – ответила волшебница. – Яго, я не боюсь смотреть на одержимых. Я боюсь однажды не суметь кому-то помочь!

– Кому-то, вроде Марьи? – кивнул рю Воронн. – Хочешь, я пойду с вами?н. ому-то помочь! Я боюсь однажды не суметь кому-то помочь. пустить повторного вторжения. ых. остать тогда, когда он.

Вителья покачала головой.

– Я пойду одна.

Одна она, конечно, не пошла. Вырвиглот упрямо топал за ней до самых дверей больницы, где она настоятельно попросила его остаться.

– Я здесь по поручению Ее Могущества Никорин, – сообщила она служителю на входе, нагло глядя ему в глаза. – Собираю для нее информацию. Кто-нибудь может показать мне больницу?

Надо сказать, что после Бунта бешеных, Вителью Таркан ан Денец жители славного города Вишенрога начали узнавать в лицо. Многие пришли на площадь Университетов, чтобы посмотреть, как будут гореть погибшие оборотни, и видели, как две волшебницы – ласурская и крейская, удерживали мощные языки пламени, поглощающие тела, и не давали им перекинуться на стены и крыши близь стоящих домов.

– Конечно, госпожа, я сейчас кого-нибудь позову, – засуетился тот.

Спустя некоторое время к Вите вышла высокая и худая целительница, с таким пристальным взглядом, что волшебнице стало не по себе.

– Вителья Таркан ан Денец? – требовательно спросила женщина.

Сердце Виты ухнуло вниз – она решила, что ее обман раскрылся, однако она кивнула, пытаясь сохранить невозмутимый вид. Когда-то красивое лицо целительницы неожиданно осветилось ласковой улыбкой.

– Так вот какая ты, дитя! – воскликнула она. – Настоящая красавица – Софи меня не обманывала в своих письмах!

– Софи? – изумилась Вита. – Вы имеете в виду Софину Дали ан Денец, мою маму?

Целительница засмеялась.

– Я имею в виду Софину рю Кароль, мою подругу по университету, которая, влюбившись без памяти в крейского студента, – надо сказать, очень привлекательного! – уехала с ним в страну зноя и песков!

– О, Боги! – прошептала потрясенная Вита. – Должно быть, вы – Лисана рю Зарис, ее подруга – студентка целительского факультета, которую она называла Лиской?

– Да, это я, – кивнула женщина. – Не чаяла увидеть тебя здесь, Вителья, хотя о твоих подвигах наслышана. Ты простишь мне вольный тон? Софи в своих письмах много писала о тебе, и ты стала мне почти родной.

Вита помнила рассказы мамы о жизни в Ласурии, которая казалась девочке далекой, сказочной страной. Больше всего она любила слушать о совместных приключениях и проказах мамы и ее рыжеволосой подруги Лисаны. Сейчас волосы целительницы были скрыты под белым чепцом, а веснушчатое лицо – изборождено морщинами. Для Витиной мамы жизнь сохранила красоту, а у этой женщины беспощадно отобрала, хотя она приходилась Софине ровесницей.

– Конечно, госпожа Лисана, – горячо кивнула она. – Вот мама обрадуется, когда я расскажу ей, кого здесь встретила!

– Зови меня матушкой Лисаной, – целительница взяла ее под руку, – так меня называют мои пациенты. Помня твое пожелание увидеть клинику, я сейчас тебе все покажу, но прежде обещай мне, что придешь в гости!

Вита кивнула. Неожиданная встреча слегка сбила ее настрой, однако она уже научилась не отвлекаться от основного дела.

Рю Зарис повела ее вглубь здания, рассказывая об истории клиники. Вита не слушала – анализировала собственные ощущения. Прежде дремавшая Сила неожиданно проснулась, проявилась ощущением гудения в кончиках пальцев – так было всегда, когда волшебнице что-то угрожало. Но что могло угрожать Вителье в стенах Дома скорби? Так и не найдя ответа на вопрос, девушка прислушалась к словам целительницы.

– Больница небольшая, располагается в трехэтажном каменном доме, с толщиной стен, которой не могут похвастаться и некоторые здания квартала Белокостных, – с гордостью говорила Лисана. – Она была построена на средства, завещанные мэтром Со́львегом, знаменитым целителем, который одинаково успешно лечил и богатых, и бедных, причем с бедных не брал и гроша, а с богатых – брал вдвойне. Ее месторасположение не случайно. Если ты взглянешь на карту Вишенрога, увидишь, что больница расположена на равном удалении от четырех старинных храмов, она будто окружена ими, словно они – крепости на границе государства…