Ночь Королей. Игра с судьбой - Стелла Так

Я медленно начала задаваться вопросом, сколько еще лжи мне наговорили в Честерфилде. Но в данный момент важнее были другие вещи.

Я нахмурилась.

– Почему белые игроки должны выходить на поле, когда ваш ход? Тогда они фактически становятся добычей.

Кит усмехнулся.

– Совершенно верно. По этой причине Честерфилд выйдет на поле только незадолго до полуночи. Тогда – хотя для них есть опасность быть обнаруженными нами – если они будут быстрыми и ловкими и продержатся до полуночи, все перевернется, и добычей станем мы. Часто бывает, что охотник внезапно становится жертвой, и, если мы не будем знать, сколько белых игроков в реальности находится на поле, может случиться так, что они окружат нас и вырубят.

– О… все это выглядит очень запутанно, – обеспокоенно сказала я.

Кит рассмеялся и убрал за уши несколько прядей волос песочного цвета. Они слегка торчали, что выглядело довольно мило.

– Я не завидую Королю, ведь он всегда должен все учитывать. Одно неверное решение, и он может потерять всех своих игроков за одну ночь. Джексон должен невероятно точно спланировать все заранее и попытаться оценить, какие фигуры Винсент отправит на поле в полночь.

Я в последний раз изучила карту и нерешительно улыбнулась.

– Спасибо, что объяснили мне все это, – сказала я, и все улыбнулись в ответ. Все, кроме Эмбер.

– Ладно, пойдем, – сказал Хок, которому, похоже, тоже не нравилась слегка напряженная обстановка.

– Что вы, два красавца, задумали? – поинтересовалась Перо.

– Осмотр достопримечательностей. – Хок усмехнулся и потянул меня прочь.

Мы спустились по лестнице и попали в прихожую, похожую на ту, что была в Честерфилде – пол из черно-белого мрамора, и наши шаги гулко отражались от стен.

Затем мы покинули Сент-Беррингтон через главный вход. Это оказалось так просто. Нас никто не остановил.

Рядом с озером, занимавшим половину парка, проходила покрытая гравием дорожка, ведущая прямо в темный лес. Если бы у Хокинса не было снайперской винтовки за плечом, все это выглядело бы почти как прогулка с другом. Или как свидание. Я изучала юношу рядом с собой.

Черная шапочка, из-под которой выглядывали несколько непослушных прядей волос. Лицо с тонкими чертами и миндалевидными глазами.

У меня сжалось сердце.

– Могу я тебя кое о чем спросить?

– Спросить можешь. Только я не гарантирую ответ.

– Почему ты отпустил меня тогда, а сразу не сказал Джексону, что я могу видеть Ткачей проклятий?

Хок молчал. Так долго, что мы уже оказались на лесной границе, окруженные запахом мха и хвои. Я думала, он мне не ответит, когда, в конце концов, Хок все-таки сделал это.

– До тебя я был последним, кто вышел на поле, – поведал он мне.

– Я этого не понимаю. Я думала, здесь все знают, что происходит. Разве все вы не выросли вместе?

Хок кивнул.

– И да, и нет. В отличие от большинства здесь я не вырос в Сент-Беррингтоне. Я из в приюта. Миссис Грейсон нашла меня и привезла сюда. Мне потребовалось довольно много времени, чтобы смириться со сложившейся ситуацией, но эта игра по-прежнему кажется мне… неправильной. – Он наклонил голову и, казалось, прислушался. Ветер шумел и хлестал меня по лицу прядями волос, которые я забыла убрать в хвост. – Я думаю… – продолжил он, – Джексон, Изольда и остальные уже так давно варятся в этом аду, что даже не знают, каково это – жить без него. Для них все это безумие – их дом, и, с их точки зрения, все происходящее здесь имеет смысл, хоть и извращенный. Им трудно понять ужас, который испытываешь, когда тебя бросают в эту игру неподготовленным, и ты понимаешь, что выхода нет. Поэтому… Я надеялся уберечь тебя от такой судьбы. Если уж я не могу спасти себя, то, может быть, спасу хотя бы девушку с печальными голубыми глазами. – Он улыбнулся, и мне пришлось сглотнуть.

– Ты был в приюте? – осторожно спросила я. – Как это произошло? Я думала, все семьи здесь… – Я скрестила пальцы друг с другом, в подобии молнии.

– О, пожалуй, так и есть, – пробормотал он, пинком отбрасывая камешек с дороги. – Все эти семьи удобно здесь устроились. И очень давно, в течение нескольких поколений. Я не могу сосчитать, сколько вражды, ссор, недоразумений и борьбы за успех было среди них. Моя семья – особенно мама – была другой. Она этого не хотела. Хотела уберечь меня. Когда родились Джексон и Винсент, она попыталась убежать от проклятия. Я был единственным наследником семьи, поэтому она предполагала, что на меня должно обрушиться проклятие. И мои родители тайно уехали.

Он пожал плечами.

– Но колдовство находит каждого. Неважно как. Все равно когда. У нас это заняло немного больше времени, чем у других. Мои родители погибли в автокатастрофе, которой я обязан этим… – Он приподнял свою шапочку, и я резко вдохнула, когда увидела толстый шрам, тянувшийся от левого виска до темной линии волос.

Хок выругался и отодвинул шапку.

– Я был в приюте несколько лет, пока миссис Грейсон не нашла меня и не доставила сюда. Вот тогда-то я и познакомился с Пейдж. И Пейдж была… она была… ярким цветом в моей темноте. – В его голосе послышалась тоска. – Без нее я бы, наверное, пытался сбежать, как ты, но с ней я всегда верил, что смогу победить весь мир. Победить каждого белого игрока, сломать любое проклятие. Как угодно, любыми средствами. Главное, чтобы она была на моей стороне.

Он замолчал, и на этот раз тишина длилась дольше. Я не прерывала ее. Думала о том, что он мне только что рассказал, и чувствовала себя… ужасно.

Чтобы отвлечься, я сосредоточилась на окружающей обстановке. Пока я, делая шаги по лесной земле, громко шумела, Хокинс шел тихо, будто кот.

– Как ты это делаешь? – расстроенно спросила я, когда уже в десятый раз наступила на ветку.

– Как я делаю что?

– Так тихо ходишь. А еще эти сальто на деревьях. – Я показала вверх.

Хокинс, развеселившись, опять надел свою шапочку.

– Хочешь узнать? У тебя есть знак Коня. Чисто теоретически ты тоже можешь так делать, тебе просто нужно доверять своим инстинктам.

– Моим инстинктам? – повторила я, будто произнеся грязное слово.

– Проклятие, хотя и отнимает у нас многое, но кое-что нам и дает. Например, умения, такие как ночное видение, скорость и выносливость, в зависимости от того, какой ты персонаж. Нормальный человек, вероятно, не встал бы после того количества яда, которое ты получила. Неужели ты до сих пор не задумывалась, почему с тобой все в порядке?

– Все в порядке? Все везде болит, – фыркнула я.

– Но уже проходит, правда?

Я уставилась на него, а затем буркнула что-то вроде «Хмпф». Хокинс усмехнулся, остановившись перед большим дубом.

– Смотри внимательно и учись, маленький Конь, – назидательно произнес он, и я стала наблюдать, как он разбегается, прыгает и ловко, как кошка, взлетает вверх по стволу, хватает руками широкую ветку и поднимается, а затем усаживается надо мной.