Суд над Роксаной - Пирс Энтони

— Это государственная тайна.

— Ты мне-то мозги не компостируй, — возмутился было Дольф, но Метрия положила ему руку на плечо.

— Спокойно, сейчас все выясним.

Она сняла с прессованного навоза одного из жуков и посадила киборгу на затылок. Он спустя мгновение брызнул на нее струйкой воды, и она удовлетворенно кивнула.

— Нам туда.

— Как ты узнала?

— Мой жучок извлек всю нужную информацию и слил мне. Магия несложная, я слышала, в Обыкновении ей владеют даже шпионы, а ведь глупее цветов только огры.

Они продолжили путь, и тяга диска, по мере того как пейзаж выцветал в туманное ничто, где клубились какие-то цветные ленты, становилась все сильнее. Наконец показался человек, сидевший в петле, образованной одной из этих лент; его окружала музыка. На нем было странное одеяние, короткое спереди, но сзади ниспадавшее почти до земли, его длинные откинутые со лба волосы падали на спину. Музыкального инструмента он не имел и рот держал закрытым, однако музыка словно откликалась на его молчаливые приказы и жесты, ибо он кивал ей в такт головой и двигал руками, словно усиливая одни созвучия и сглаживая другие.

По приближении Метрии он поднял голову, и музыка смолкла.

— Слушаю.

— Ты кто, РЛ?

— Я Никто.

— Думаю, ты все-таки РЛ, потому что диск привел к тебе. Ты должен будешь выступить свидетелем на процессе по делу Роксаны, птицы рок.

Лязгнули литавры, гулко громыхнул барабан.

— Где состоится процесс?

— В Безымянном замке. Мы прибыли, чтобы доставить тебя туда.

Фагот издал не совсем приличный звук.

— Исключено. Я не могу покинуть Сонное Царство.

— Но повестка обязывает тебя явиться, — возразила демонесса, протягивая каменный кружок.

— И думать забудь! — вскричал длинноволосый и, спрыгнув с ленты, нырнул вниз, в неведомые глубины.

Метрия устремилась за ним, но клубящиеся ленты преградили ей путь. Конечно, просочиться сквозь них она могла, но вот обзор они затрудняли. Беглец исчез.

— Ну что ж, видать, с этим адресатом придется повозиться, — пробормотала демонесса, поднимая диск. — Но меня это не остановит.

По мере того как она продвигалась вглубь, ленты превратились сначала в тоненькие полоски, потом в комья сладкой ароматизированной ваты. Вата расплелась на нити, нити сформировали ткани, ткани превратились в выкройки, которые соединились в предметы одежды. Наконец среди висящих повсюду костюмов и платьев появилась молодая белокурая женщина, соединявшая вместе края раскроенных тканей, превращая их в готовые платья.

Завидев Метрию, она подняла взгляд.

— Да?

— Я ищу РЛ. Ты его не видела?

— Кого?

— Мужчину с пышной шевелюрой, творящего музыку силой мысли.

— А, это маэстро Никто. Мне его местонахождение неизвестно, если кто знает, так это Второй. Он где-то в той стороне.

— Спасибо.

Метрия двинулась в указанном направлении, и вскоре вешалки с одеждой превратились в липкие шарики, которые в свою очередь делались обугленными деревяшками. Как оказалось, это было работой стоящего в дымящейся яме человека с ярко-рыжей шевелюрой. На глазах у Метрии он уставился на появившийся перед ним липкий шарик, который вспыхнул ослепительным пламенем, перешедшим спустя долю мгновения в умеренное свечение. Оно угасло, и от шарика осталась лишь головешка.

Метрия подошла к нему, и он вскинул глаза.

— Да?

— Ты Второй, да? Я ищу РЛ.

— Кого?

Демонесса описала маэстро. Рыжий толстячок нахмурился.

— А с чего ты решила, будто он тот, кто тебе нужен?

— Мой диск указал прямо на него. А белокурая девушка сказала, что о его местонахождении лучше расспросить тебя.

— Третья? Ей бы лучше держать язык за зубами.

— Почему? И вообще, знаешь ты, где РЛ, или нет?

— Я-то знаю, где маэстро, но вот ей следовало помалкивать.

Метрия начала сердиться.

— По-моему, вы тут все задумали морочить мне голову, — сухо сказала она. — Кончай ходить вокруг да около и выкладывай, что знаешь!

— И не подумаю. Уходи, мы тут демонесс не привечаем.

— Слушай, ты, грубиян…— начала Метрия, но сообразила, что ей вряд ли стоит трать время на ссору с каким-то невеждой. Он ей даром не нужен, а РЛ она найдет и без него, с помощью диска.

Метрия подняла черный кружок, и ее потянуло прямо к собеседнику.

— Это что такое? — спросил Второй.

— Повестка, вызов на судебное заседание по делу Роксаны, птицы рок. Оно состоится в реальном Ксанфе, но… похоже, ты и есть РЛ.

Рыжий прищурился, и Метрия вспыхнула ярким пламенем.

— Ах ты негодяй! — Она обратилась в воду, и пламя с шипением погасло. Но было поздно: Второй отвлек ее внимание и исчез.

Подняв диск, демонесса устремилась в погоню. Ландшафт снова менялся, головешки сменились полированными плашками, те сделались кусками полированного металла, а те — пластинами полированного стекла. В них, как в зеркалах, отражалось множество маленьких старичков с усами и бакенбардами.

Однако Метрия знала, как отличить реальную фигуру от отраженной, а потому направилась прямиком к не столь уж оригинальному оригиналу.

— Где РЛ? — требовательно спросила она.

— Кто? — переспросил старичок.

— Маэстро. Он здесь проходил?

Человечек поднял поблескивающую красную бутылку, сомкнул руки вокруг нее, и она раздвоилась.

— Нет.

Метрия, однако, уже была сыта всем этим по горло, как только может быть сыта ничем не питающаяся демонесса.

— «Нет» — не проходил или «нет» — ты мне этого не скажешь?

— На нет и суда нет.

— А кто ты вообще такой?

— Четвертый. Я дублирую неодушевленные предметы и сейчас, как видишь, занят. Так что шла бы ты, демонесса, куда подальше.

Метрия, однако, уже кое-что заподозрила. Она подняла диск, и ее с силой потянуло к старичку.

— Ага, ты и есть РЛ!

— Не знаю, о чем ты толкуешь? — Он сомкнул руки на маленькой головоломке и развел их, держа по головоломке в каждой руке.

— Ну что ж, Четвертый ты или не Четвертый, я вручу повестку тебе! — заявила Метрия и поплыла к нему.

Неожиданно старичок подскочил, скользнул по зеркальному лучу и затерялся среди бесчисленных отражений, которые тут же исчезли: теперь на всех стеклянных плоскостях отражалась только сама Метрия. Она сделалась невидимой, и дюжины ее образов сменились дюжинами отражений пустоты. Гнаться за беглецом по горячем следу не представлялось возможным, след старикашки простыл.