Спящие дубравы - Вячеслав Шторм

– Жалко-то как братца моего, слов нету!

Ну, хорошо, хорошо, признаю – физиономия у меня была ничуть не менее глупая, чем только что у Лейпольдта XIV.

Наша хозяйка тут же вернула привычную всем внешность и подмигнула:

– Чары маски. Незаменимая, знаете ли, вещь, когда собираешься на карнавал или в разведку. А что до красавицы, – кокетливо добавила она, – так это тоже я, вы, надеюсь, поняли? Натуральная. Правда, вот только цвет волос слегка изменила, и глаза…

– Но зачем? – хором вопросили все присутствующие, включая Лейпольдта.

– Просто захотелось. Не все же время в мужском обличии щеголять. Симпатичной девушке и доверия больше, и отношение другое, да еще и эта жуткая манера разговаривать надоела – я ее у одного трактирщика слямзила…

– Да нет, мы вообще имели в виду весь этот маскарад.

Магесса повернулась к Френгису.

– Зачем – это вопрос не ко мне. Вот зачем тебе , драгоценный, понадобилось посылать эйлоны в Большой Мир, хотелось бы мне знать?

Тот очередной раз зарделся, как девушка, впервые узнавшая, что детишек приносят не аисты. Тем более, что рядом сидел Сударь, и взгляд его был настолько неодобрительным…

– Ты знаешь…

– Пока нет.

– Понимаешь…

– Никоим образом.

– Да дай же мне сказать! – неожиданно взорвался экс-король и стукнул по столу так, что подскочили тарелки. Против ожидания, Элейн не рассердилась, а рассмеялась:

– Вот это уже лучше, дорогой. Обожаю мужчин с характером! Мы все тебя внимательно слушаем.

И она зачем-то подмигнула Глорианне. Та хмыкнула и пожала плечами.

– Что касается эйлонов, то это, действительно, моя вина. Я как-то копался в твоей библиотеке и наткнулся… ну, помнишь, ты мне еще сама показывала… Ничего особенно сложного, минимум компонентов…

– Стоп. Не говори ничего. Заклинание Переноса?

– Угу. Я вспомнил, что совершенно забыл о цели своего путешествия в Дубравы и решил отправить немного эйлонов гномам в качестве выкупа за Гройдейл, но…

– Больше ни слова! – фыркнула Элейн. – Ничего особенно сложного?! Минимум компонентов?! Ну, знаешь! Заклинание Переноса с твоим-то опытом и на такое расстояние! Да ты, наверное, вместо Стоунхолда закинул их куда-нибудь в Дальне-Руссианский Предел! Хоть бы с Сударем посоветовался, горе ты мое!

Неожиданно, Бон захохотал:

– Ну и ну, вот так и создаются легенды! А я-то, дурень, не верил!

– Во что?

– Да рассказали мне как-то в Руанской Обители Замученной Девственницы одну историю…

– А что это ты делал в женском монастыре? – удивилась Глорианна. В ответ парень послал ей воздушный поцелуй:

– В общем-то, ничего особенного. Аббатом работал…

Подождав, пока мы все отсмеемся, Бон продолжал:

– Ну, так вот, Обитель как-то раз пришла в упадок…

– С таким-то аббатом? – издевательски изумилась девушка.

Парень серьезно помотал головой:

– Нет, это случилось еще до меня, но суть не в том. Однажды, вся монастырская братия… или сестрия… в общем, все в Обители, от настоятельницы до ключницы, молили Девственницу послать им дождь. Дело в том, что второй месяц стояла страшная засуха, и в монастырском огороде совсем перестала родиться морковь. А как вы знаете, наверное, для любой настоящей монашки крупная морковь – вещь пренужнейшая…

Элейн громко расхохоталась, Глори опять фыркнула с гримасой презрения, а Лесничий, Римбольд и я посмотрели друг на друга с недоумением. Ох уж мне эти женские шуточки!

– Стало быть, молились они, – продолжал тем временем наш игрок, – пели священные гимны, били поклоны, совершали вокруг огорода шествия с хоругвями, и все такое прочее, что положено. И как раз во время очередного такого шествия небеса разверзлись, и пролился дождь. Но не простой, а золотой. Точнее – эйлоновый.

На этот раз смеялись все. Долго и очень громко.

– Настоятельница, которой самый крупный камешек сверзился прямо на макушку, стала немного того, – утирая рукавом глаза, продолжал рассказчик, покрутив пальцем у виска. – Она заявила, что эйлоны – святые слезы Девственницы, явившей чудо своим Верным. Несколько камней, само собой, оставили в Обители, а остальные продали и накупили всякой всячины, включая морковь. Очень много моркови!

После того, как все вновь отсмеялись и более-менее успокоились (хотя следующие минут десять каждый нет-нет, да и прыскал в кулак), магесса подмигнула Лесничему:

– Ну, и как ты себя чувствуешь в роли Замученной Девственницы, Френги?.. Нимб не жмет? А что касается моего маскарада и страшных баек, то это – прямое следствие того грешного дождя. Сами знаете, какой ажиотаж поднялся в Большом Мире из-за появления эйлонов. Все, кто не купился на историю о святых слезах, – а таких, поверьте, было предостаточно, – тут же начали искать эйлоновое месторождение. Вот тогда-то некий умник и вспомнил про Дубравы. Он, сам не зная, насколько был близок к истине, брякнул, что, если где и искать эйлоны, то именно там. То есть тут.

Я, путешествуя по миру, услыхала это и поняла, что Френги вляпался во что-то не то. И вот тогда-то я и начала распространять жуткие слухи о Проклятых Дубравах, чудовищах и Лесничем-кровопийце, а особо смелых искателей эйлонов посылала на Альпенштокский перевал Завьюженных гор. Пускай ищут!.. Что, теперь вы знаете ответы на все свои вопросы?

– Не совсем. Папа так и не рассказал, как тебе удалось получить его согласие на должность Лесничего. Может, поделишься секретом – вдруг пригодится на будущее?

– Никаких секретов, моя милая: в тот момент на нас обоих был самый минимум одежды… И, кстати, заранее отвечу на еще один вопрос, который у меня бы на вашем месте возник обязательно. Так вот, я вовсе не столь уж бескорыстная, как ни жаль это признавать.

– То есть…

– То есть Лесничий Спящих Дубрав, ни разу не видевший монарха Гройдейла, просто так не стал бы протягивать ему руку помощи, или как там говорится в подобных случаях? Ну так вот. Моя нежно любимая бабушка Василиса – кое-кто из вас уже о ней слышал – давным-давно подарила мне на день рождения такой миленький комплект неумехи-предсказателя: блюдечко…

– С голубой каемочкой? – ухмыльнулся Бон.

– А ты как думал! Между прочем, именно от него эта поговорка и пошла… Блюдечко это, кстати, бабуля выменяла у одной простушки за сущую безделицу: аленький цветочек. Наплела, понимаете ли, что его с помощью из любого чудища лесного мигом можно состряпать добра молодца изрядных статей, а у той как раз проблемы были на личном фронте: две сестрицы. Причем обе старшие – раз, и страшные как смертный грех – два. Понятное дело, пока отец их с шеи не спихнул, о замужестве для младшенькой он и думать не хотел. Вот деваха и решилась. Приметила она хримтурса поздоровее, зажала в угол и давай его цветочком по морде охаживать, а сама приговаривает: «Обращайся, мол, милый друг, да поживее, поскольку невтерпеж, и все такое». Смеху-то было!..