Королевские клетки - Илья Ганин

Двадцатое октября Джеррисон встретил в лагере под одним из городов Ожерелья. Ричард принимал присягу и торговался с городом, а Джеррисон наскоро организовывал зимние квартиры. Уже шли холодные дожди, а это только в сказках можно так вот легко зимовать в поле. В реальности — такие дураки давно вымерли. И присоединяться к ним желания не было.

Полк наскоро строил склады, выторговывал дома, расходился на постой. Ройса и Фрайги Джесс послал со сборными десятками оповещать местную знать, что надо бы явиться к королю "пред светлы очи". С деньгами. Пусть ребята тренируются.

Ввалившийся около двух часов в палатку Фрайги имел вид "не соответствующий роли" — грязный, застывшая кровь из разбитого носа, кислый запах… Ну, началось.

— Где? — спросил Джеррисон.

— Это! Там, Юго-Восток отсюда, на повороте! Мы ехали, я чего-то, они!

— Пей. — Джесс сунул Фрайги чашку с горячим питьем. Тот хватанул его, как воду, закашлялся, чуть не уронил чашку, но принял более-менее осмысленный вид.

— Фрайгерсон Саверней! — рыкнул Джес, подождав, пока тот откашляется. — Очнулся? Доложи!

— На марше возле деревни Большие Квочки были перехвачены взводом неизвестной принадлежности! Успели развернуть малый строй и отбить первую атаку, но потеряли трех лошадей и двух солдат ранеными. Сержант Маллери… захвачен противником. Имея раненых, потери в лошадях и не имея данных, принял решение отступить в расположение!

Уже на середине его рассказа Джеррисон развернулся к столу и начал писать.

— Ваше Сиятельство, — вернулся Фрайги к нормальному тону — Дозвольте, я сам! Я виноват, но никак было не погнаться…

— Хватит извиняться, нет пока оснований. Курьера вызови быстренько.

Фрайги вышел. Через три минуты вернулся с курьером.

— Королю, лично в руки, срочно. — курьер щелкнул каблуками и умчался.

— Командира первой роты, командира развед-взвода — ко мне. Первой роте построение с комплектом через час.

Джеррисон заканчивал совещание с командирами, когда замызганный курьер примчался назад и передал Джессу записку с размашистой надписью прямо поверх текста:

"Делай.

Ричард."

— Ну, господа, Король ожидает от нас скорейших результатов. С Богом.

Развед-взвод, прихватив умывшегося и слегка передохнувшего Фрайгерсона, умчался вперед. Первая рота, с самим Джеррисоном в голове скорым маршем, взяв с собой только оружие и личное снаряжение, потопала за ним.

— Вот, Ваши Милости, задержали пленного в этой банде — наверное, дезертиры. — сказал толстеющий сенешаль замка, с гордостью докладывая барону и баронессе Мельин о своих успехах. О том, что дезертиры как-то моментально построились и фактически отбились он не стал упоминать.

— Давайте спросим его. Прежде, чем казнить. — баронесса сделала жест и сержант дружины вынул кляп.

— Я, — шевельнул разбитыми губами пленник. — сержант второй роты пятого пехотного полка Его Величества Короля Ричарда Первого. Меня зовут Маллери. Я не дезертир. Сопровождая глашатая Его Величества, мы следовали в соседнее с вашим баронство.

Наступила мертвая тишина.

— Ты лжешь! — рыкнул сенешаль.

— Я не лгу.

Пленника отвели в темницу и стали решать, что делать.

— Пойду виниться. Может быть, Его Величество простит…

— Вы так и остались бедным шевалье, Ваша Милость. — презрительно прошипела баронесса. — Его Величество даже не заметит эдакой мелочи, как недоразумение…

В этом месте барон Мельин грохнул кулаком по столу, чего никогда себе не позволял и рявкнул, как, наверное, крестьянин "жёнке".

— Заткнись, дура! Нападение на глашатая, и вообще на подразделение при исполнении — смерть! Если повезет — только напавшим, но нам НЕ повезет!

— Не смей! — взвизгнула баронесса. — Этой банщице своей указывать будешь! Салев, замок готов к осаде? Осень на дворе, постоят и уйдут… Салев?!

Сенешаль, служивший еще ее отцу, всегда такой бравый, такой грозный сейчас выглядел уставшим и ослабевшим стариком.

— Это кадровый полк. Его ведет Куница Иртон. Он пять лет назад Бейтари кровью залил… Мы не выдержим.