Попала или муж под кроватью - Мика Ртуть

– Что-то он не сработал, – буркнула я, чувствуя, что меня водят за нос. Причем здесь отворот, если умирающий Леон перенесся к нам, а не к себе домой? – Думаю, это из-за кольца Моники, она обещала, что оно защитит.

Захар поднес к губам мою ладонь, поцеловал кончики пальцев, отчего у меня сердце заколотилось, и надел на палец знакомое колечко, а спустя мгновение на шею лег и кулон.

– Я забрал артефакты у Владыки. Больше не расставайся с ними, хотя после свадьбы у тебя появится еще и защита рода, мне так будет спокойнее.

– Что ты узнал насчет Леона? Кто напал на него? Почему он оказался в нашем доме?

– Тс-с… – Моих губ коснулись пальцы. – Не здесь и не сейчас.

Опять он уводит разговор в сторону!

– Лорд Флер! – Музыка стихла, но мы так и остались стоять посреди зала. – Я живой человек со своими привычками и предпочтениями. Да, могу в чем-то уступить, да, черт побери, согласна даже немного измениться, но я никогда не буду молчаливым безропотным приложением к мужчине. Хватило в прошлом браке роли безмолвного аксессуара.

– Не сравнивай меня со своим бывшим.

Захар нехорошо прищурился. Но меня уже было не остановить.

– А в чем разница? Если ты привык все время поступать по-своему, самое время изменить привычкам. Я не та женщина, которая будет ловить мимолетные подачки твоего внимания. Или ты признаешь меня равной себе, или мы расстанемся.

– Ты моя женщина, я могу и хочу оградить тебя от любых волнений.

– Считаешь, это дает тебе право принимать за меня решения? Мне тесно в клетке твоей заботы. Не выпустишь – будет тебе дохлая птичка, которая не поет.

Возможно, я перегибала, но как еще донести до этого невыносимого мужчины, что в личных отношениях я хочу доверия? Пьяненькая обида захлестнула с головой, на глаза навернулись слезы. Да ну его к демонам! Пусть женится на своей Айрин и ею командует!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я круто развернулась, но не успела даже шаг сделать, как меня схватили за руку и резко дернули к себе.

– Я тебя услышал, женщина, – прорычал Захар на ухо. – Но и ты услышь меня. Без моего вмешательства ты имеешь все шансы стать дохлой птичкой очень быстро. Я лорд-инквизитор, глава рода и твой муж, ты будешь неукоснительно соблюдать мои решения, касающиеся твоей безопасности. Это не обсуждается! Я не ограничиваю твою свободу, но прошу впредь не сбегать из дома в сомнительной компании и в неизвестном направлении всего с тремя охранниками!

С одной стороны, Захар со мной согласился, и от этого мне физически стало легче, а с другой мне была безумно приятна, хотя и волнительна его забота. Какие-то совершенно противоречивые чувства!

– Ты мне еще не муж, – пискнула я, очень странно себя ощущая.

– А это мы исправим немедленно!

Не успела я пикнуть, как вокруг нас появилась черная бурлящая тьма, спустя секунду она сложилась в темный зловещий квадрат. Захар шагнул во тьму, крепко держа меня за руку.

– Ты куда поволок мою подругу, морда темная?! - услышала я крик Тес, но даже оглянуться не успела, запнулась за что-то и рухнула вперед в объятия Захара, а сверху на меня упали два ругающихся тела.

Силен мой вампир, он даже не оступился, выдерживая тройной вес.

– Мастер Ирвин, – пропыхтела смущенно Тес. – Да отпусти ты меня! Эй, вампир, отойди от моей подруги!

Зажегся свет, и я смогла осмотреться. Тес одергивала платье, а за ее спиной стоял хозяин «Пьяной штольни» собственной персоной. В руке он держал настоящую секиру и очень воинственно топорщил бороду в нашу сторону.

– И куда это темный лорд нас привел? – вкрадчиво поинтересовался он.

– Разуй глаза, мастер Ирвин, или не узнаешь это место? – беззлобно парировал Захар. – Хорошо, что вы здесь, нам как раз нужны свидетели.

– Свидетели чего? – заволновалась я.

– Судить за недостойное поведение будет, – серьезно кивнул гном. – Да только это же не зал справедливости, это…

– Брачный зал! – закончила Тес, с любопытством наблюдая, как исчезает перед нами стена и открывается проход в небольшой элегантный зал с каменной скульптурой в центре.

Черная мраморная девушка в длинном простом платье выливала из кувшина воду в каменную чашу, напоминающую распустившийся тюльпан. Она улыбалась и выглядела очень одухотворенной.

– Я не согласна!

Я уперлась в пол пятками, Тес захихикала, а Захар закатил глаза и нагло подхватил меня на руки, моментально пряча в кольце сильных рук. У, вампир!

– Мне надоело спать на диване в кабинете, – нахально заявил он, целуя меня в щеку.

– Ты всего одну ночь там спал! – возмущенно заорала я. – Это несправедливо!

– Все бока отлежал, между прочим, до сих пор спина болит, – шепнул он и нежно прикусил ухо. – Сегодня я хочу спать в нашей кровати. С тобой.

Пришлось срочно зажмуриться, а то картинка, мелькнувшая перед глазами, выбила напрочь все мысли, зажигая две волшебные буквы: «ДА!» Над головой довольно рассмеялись.

– Опусти невесту на пол, мальчик мой.

– Где невеста? – тут же спросила я, все еще не веря, что слышу голос Темной матери.

Рядом шумно вздохнула Тес. Меня аккуратно поставили на пол, но руку не отпустили. Ладонь Захара была прохладной и сухой, и я уцепилась за нее, как за якорь.

Моника в черном длинном платье стояла возле фонтана и смотрела на нас гипнотизирующим взглядом змеи. Бездонно-темные глаза таинственно мерцали в свете волшебных люстр, ярко-алые пухлые губы улыбались, но в этой улыбке не было жизни.

– Так-так… – протянула она. – Ни цветов, ни дани, ни жертвы. И чем ты будешь платить, правнучек?

А мне вдруг стало страшно. Остатки хмеля улетучились вместе с осознанием, что моя жизнь может радикально измениться уже в следующее мгновение. Я посмотрела на вампира. Его лицо было непроницаемым, но в глазах разгоралось темное пламя.

– Мне есть чем заплатить выкуп, богиня.

Моника приподняла точеную бровь и протянула руку ладонью вверх.

– Ирвин, присмотри за женщинами, – бросил Захар.

Не сводя глаз с богини, он сделал шаг, на ходу закусывая рукав рубашки. Моника облизнула губы раздвоенным языком, с жадностью следя, как вампир подносит к запястью небольшой нож. Гном встал за нашими спинами, а мы с Тес вцепились друг в друга, с ужасом наблюдая, как прекрасные черты богини плывут, превращаясь в жуткую маску смерти. Что-то мне это начинало не нравиться. Не люблю, когда я не понимаю, в чем участвую.