Порочный отбор - Алена Тарасенко

Неделя прошла незаметно. Девушки встречались с Его Высочеством и возвращались со свиданий, в основном, довольные. Ни она претендентка не переехала. Как сообщил граф Титонеос, принц сделает выбор в конце недели. И шесть претенденток отправятся во дворец, чтобы уже там пройти последние конкурсы.

Лиамина со мной больше не общалась. На обеды и ужины она приходила после меня и старалась занять место в другом конце стола. Казалось, девушка избегает меня и даже жалеет о том нашем разговоре. Эрисантиль тоже не стремится больше к общению. Но несколько раз подходил ко мне, и однажды мы вместе ужинали за общим столом.

Сестренка ничего мне не рассказывает о своих отношениях с Рэмиаром. Только то, что они общаются каждый день. И Рэм учит Линарию разным магическим премудростям. Герцог Бергис был так любезен, что выделил стражу для этих занятий огромное помещение, с отличной защитой даже на случай сильного выброса магии.

В глазах Линарии больше ничего необычного не наблюдается. Значит, занятия дают результат. Когда я интересуюсь, планирует ли Лина продолжить Отбор, сестренка отмахивается и ничего не говорит. Я вижу, что она счастлива. Постоянно улыбается и плевать Лина хотела на то, что леди обязаны скрывать свои чувства и ходить с постными лицами. Это не для нее.

Я же с головой погрузилась в работу. Мои зелья оказались очень нужными и полезными, и это радовало. Магистр интересовался, что я могу, и даже составил список. Также он сказал, что без работы я не останусь, конечно же, если супруг мне позволит заниматься любимым делом. Я удивилась, услышав эти слова, но ничего не сказала. Какой супруг? Замуж выходить я пока не планирую.

Меня каждый день навещал Роутен. Казалось, он задался целью проверить, действительно ли меня никто не привлекает, кроме его брата. Мужчина пытался ухаживать, обаять, приглашал прогуляться, но я все это не воспринимала серьезно. Уже осознала, что Роутена не исправить. Да и не видела смысла как-то реагировать. Думала, поймет сам и отстанет. Да и времени лишнего не было. Все свободные часы я готовила зелья.

Джиантей изредка появлялся. Он мог и в полночь прийти. И, хотя никак этого не показывал, я знала, что страж голоден и сильно устал. Чувствовала. Тогда мы вновь оказывались или в таверне, или в гостиной личных апартаментов герцога, где нам накрывали обед или ужин. Если Джиантей приходил слишком поздно, то просто ложился рядом со мной и засыпал. Я обнаруживала его утром, так как присутствие лорда мой сон не тревожило.

Хотя у нас и было мало времени, но каждую такую встречу мы разговаривали и узнавали друг друга лучше. Джиан спрашивал, не надоедает ли мне его брат. Я отмахнулась, приняв Роутена таким, какой он есть. Поняла уже, что не переделать этого мужчину. А признаваться, что братец пытается меня очаровать, пока сам главный страж занят, не хотела. Но только потому, что не желала стать причиной ссоры между братьями. Тем более, для Роутена это была игра. И я это прекрасно понимала.

И вот, сегодня последний день в замке герцога. Принц сделает выбор. Я уже знаю, что буду одной из шести претенденток, которые попадут во дворец. Мы почти не разговаривали с Эрисантилем после того свидания. Но иногда перебрасывались парой фраз. И Его Высочество дал понять, что мне предстоит увидеть ту самую руну, благодаря которой я оказалась в этом мире.

И я тоже этого хотела. Но не просто увидеть. Для начала, я планировала окропить тот символ своей кровью. Но для этого мне не нужен был мужчина. Я попытаюсь просто сделать порез на руке. И, хотя шансов мало, что это сработает, мне кажется, что нужно попробовать. Рискнуть. И не говорить ничего об этом Джиантею. В этом вопросе я не могу довериться главному стражу. Пока. Если не сработает, попытаюсь поговорить с герцогом. Узнать, что он думает о попаданках и о том, как с ними поступают.

Но отступать была я не намерена.

И вот, нас, всех претенденток, собрали в том самом огромном зале с арками. Кроме девушек, присутствовали многие хищники и павлины, уже знакомые нам за это время, проведенное в замке. Был также Джиантей, он стоял рядом с принцем и графом Титонеосом, отцом Лиамины. Стражи рассредоточились по всему залу.

Вообще, обстановка была торжественной. Девушки волновались, но старательно прятали собственные эмоции. Кто-то мял пальцами тонкую ткань платья, пытаясь справиться с собственными чувствами, как моя соседка справа. Лина, стоящая по левую руку от меня, тоже не была спокойной. Сестрица явно волновалась, но выглядела решительно настроенной. Знакомый взгляд девушки слегка насторожил. Я просто чувствовала, что Линария что-то задумала. Вот только, что именно?