Черный властелин - Алексей Шеховцов

– Понятно, абун. Кстати, вот и ещё одна причина для того, чтобы использовать церкви и монастыри как школы и центры просвещения. Наш народ должен правильно понимать веру и церковные положения. А преподавание грамоты, арифметики и естествознания священниками только укрепит авторитет церкви.

– Ах ты хитрец. Любой разговор сводишь к своим нововведениям. – Йесус-Моа рассмеялся. – Уговорил, поддержу я тебя, когда ты будешь Текле убеждать. Но смотри, этот разговор не следует начинать до конца кампании. Ычеге волнуется с тех пор, как увидел стены Таджуры. Ученик мой в вере крепок, но злату счёт ведёт суровый.

– Понятно, никаких новых предприятий до возвращения начального капитала и получения прибыли.

– Опять твоя экономика. Раз уж ты упомянул про неё, расскажи мне ещё раз про эти самые банки.

Две недели мои эфиопы изображали из себя ансамбль народной песни и пляски. По ночам гудели тамтамы, играли лютни, а конные отряды практиковались в стрельбе пращами по стенам. Сей цирковой бред сивой кобылы мог по праву считаться планом действий по многоцелевой маскировке. Во-первых, под прикрытием шумовой завесы негросапёры медленно, но верно рыли подкоп. Изготовление металлического инструмента на мануфактуре себя полностью оправдало. Во-вторых, велась моральная атака на арабов. Немного портился сон, а главное – исподволь подрывалась боевая готовность. Мало кто будет ждать решительных действий от клоунов, непрестанно поющих под стенами. В-третьих, закладывалась психологическая мина. Когда сработают заряды под стенами, сразу включится ассоциация с колдовством. А многодневные изгаляния под стенами запомнятся как колдовские ритуалы.

Самым сложным было протолкнуть план на военном совете. Первым порывом многих командирских душ было пожурить малолетнего принца и посоветовать ему заняться чем-то полезным, вроде игры в солдатики (естественно, в максимально корректной форме), но, к счастью, когда некоторые горячие головы стали клеймить мой коварный план и предлагать немедленный штурм Таджуры, слово взял рас Бахыр. Сей умудрённый полководец не только донёс до «молодого» поколения военачальников всю глупость неподготовленной атаки на крепость, но и раскрыл доселе неизвестные мне глубины амхарского языка. Особенно меня впечатлили обвинения в религиозном поклонении продуктам пищеварения… Впрочем, полной победы моего плана не получилось, так как большинство расов не осознали необходимости выделения войск для участия в клоунаде, а негус нагаст не счёл необходимым применить власть. Таким образом, первую пару дней, пока я не нашёл общий язык с ычеге, за всё войско отдувался мой полк. У Текле, оказывается, есть чувство юмора, и он проникся идеей перспективного глума над арабами. Чёрные православные колдуны – это сила!

По сравнению с тем, сколько нервов я потратил на убеждение воевод (со времён Великого Аксума наши деды воевали именно так!), практические сложности были на удивление малы. Ну вывели на свет языческий культ духов природы, ну и что? Но наконец сегодня – последний день клоунады. Прошлой ночью сапёрные работы подошли к концу. Мины заложены, фитили выведены и неоднократно продублированы. Причём заложили не абы как, а по идеям направленного взрыва. По идеям – потому что я не подрывник и ничего детально не рассчитывал. Но всё лучше, чем тупо закладывать бочонок или ящик. Завтра – штурм. И не только…

– Берхан, Сэйфэ. Работаем по плану «Иерихонский осёл». Берём всех ветеранов и лучших из новобранцев. Смотри, чтобы все отоспались, так как начинаем в полночь.

– Принц, а может, не стоит? Вдруг негус разгневается?

– Стоит, Сэйфэ, стоит. Отец что сказал? Делай что хочешь, только под ногами не мешайся. Главное, чтобы со стенами проблем не было. – Я гнусно ухмыльнулся.

– Но ведь ты не говорил негусу, что именно хочешь сделать!

– Вот именно! В этом весь сок. Мы же не хотим стоять в очереди, как бедные родственники.

Мои офицеры улыбнулись сравнению.

– Кстати, отцы-командиры, если когда-нибудь поймаю вас на попытке также развести меня – сгною. Среди своих – никаких хитрозадостей.

– Принц, но разве негус не свой?

– Свой, конечно. Но есть свои – и свои. Мы все – эфиопы. У нас одна цель – величие и процветание нашего народа. Но вот мы, из Хайка, – это новый путь нашей страны. Мы – ядро, вокруг которого должна переродиться остальная страна. А в окружении негуса слишком много тех, кому старые обычаи и личное благополучие куда дороже будущего Эфиопии. Так что они тоже свои, но… не совсем. Кто-то, и я надеюсь, что их будет большинство, примет наш путь.

– А остальные?

– На заслуженный отдых. Или на свалку истории. Кто что заслужил. Но уже после моего воцарения. А это, надеюсь, будет не скоро. Дай Бог долгих лет негусу нагасту.

Бойцы понимающе переглянулись. Некоторые события стоит не только не торопить, но и отдалять. Впрочем, этим увлекаться тоже не надо. Делай что должно, и будь что будет. Умные люди японцы.

– Берхан, координация штурма обеспечена?

– Да, принц. С рассветом команды сапёров подорвут стену там и там. – Он указал пальцем на планируемые места атаки. – Третья команда будет в резерве, на всякий случай… Я немного обеспокоен тем, что из моей группы никого не будет. Всё-таки с маскхалатами мы тренировались намного больше новобранцев.

– Знаю. Но план мы обсуждали вместе. Сам понимаешь, что каждый из твоих – наперечёт. Сэйфэ, что по твоей части?

Полковник тряхнул головой.

– Принц, ты вместе с памятью, похоже, потерял и страх и рассудок. Но мне это даже нравится. Или сдохнем, или станем героями. Со щитом или на щите.

– Спартанец выискался на мою голову. Кто не рискует, тот не пьёт ш… э… спиритус.

Бравый полковник вдруг сморщился.

– Принц, я тогда лучше рисковать не буду. Спиритус пьют только самоубийцы.

– Правильно, нечего эту гадость пить. Пусть арабы пьют. Но по делу?

– По делу вопросов нет. План ясен, пути выполнения видны. Только…

– Что?

– Принц, ты, главное, около полуночи в сортир не ходи, а то будет неожиданная вылазка врагов – и все наши планы пойдут ишаку под хвост!

– … – прошипел я под хохот бойцов. – И насколько эта шуточка разошлась?

Сэйфэ потупился, а вместо него мне ответил Берхан:

– Ну… обычно, когда наши замечают, что ты пошёл оправиться, то полковник командует строиться для отражения атаки.

– Да врёт он всё! – вспылил Сэйфэ. – Один раз только тренировка совпала с твоим походом… ну, туда. Совпала, я сказал!

Берхан только хмыкнул.

– Суеверные вы мои. – Я демонстративно закатил глаза. – И с этими людьми мне предстоит строить светлое будущее.

– А светлое будущее – это как?

– Построим – увидишь, Берхан. Сейчас главное – операция «Иерихонский осёл». Будем отвлекаться, не избежать песца.