Принцессы бывают разные - Анна Гринь

– Ты как? – Эврида опустилась на диванчик рядом со мной.

Я изобразила болезненный вздох и печально воззрилась на джирганниру.

– Все так плохо? – перепугалась она.

Я вздохнула еще громче и натянула плед на голову.

– Ализа… – Лошадница подсела ближе и погладила меня по торчащему из-под пледа локтю. – Не переживай.

– Как тут не переживать?

Очередной вздох вышел настолько мученическим, что я даже сама заслушалась.

– Я уверена, такого больше не повториться, – попробовала утешить Эврида. – Закари не позволит.

– Повторится, и еще не раз, – предрекла я замогильным шепотом. – И с каждым разом стервятников будет все больше и больше…

– Стервятников? – переспросила лошадница.

– А как их еще назвать?

– Ну… – Эврида замешкалась, а я откинула плед на колени и негодующе подхватила с десяток визиток, что лежали у меня на животе. – Как еще назвать всех этих дамочек, что, прознав о случившемся, рвутся сюда, желая справиться о моем здоровье, хотя больше это похоже…

– На что? – уже веселее спросила Эврида, сообразив, что переживаю я вовсе не из-за нападения на карету.

Пусть так думает. Ей совсем не нужно знать правду. Как и мне то, что она на самом деле думает.

Король Джон неторопливо переложил бумаги из одной стопки в другую и осмотрел собравшихся в кабинете.

– Я отменил указ о наследовании, – сухо объявил он. – Вскоре об этом сообщат всем. Это было неверное решение, повлекшее за собой печальные последствия.

Принцы промолчали, а глава тайной службы одобрительно хмыкнул:

– Давно пора.

Лорду Вуду его величество доверял и прощал многие вольности. Вот и теперь король даже не глянул на старого друга, а обратился к Дункану:

– Ты уже все оформил?

– Да. – Старший принц недовольно поморщился.

– В чем дело? – уловив эмоции сына, уточнил его величество.

– Храмовники дали позволение расторгнуть союз, скрепленный в главном храме богини, но наложили на меня наказание.

Собравшиеся в кабинете мужчины помолчали.

– Сколько? – затем спросил Эвес.

– Половину срока, что мы с Абенией были женаты.

Зак присвистнул и закашлялся:

– Жестковато, вам не кажется? Ты ведь оказался жертвой.

– Они тайно голосовали, и кто-то один наложил вето, – сообщил лорд Вуд, – хотя брат Эрей призывал их быть милостивыми.

Дункан пожал плечами и встал, отойдя к окну. На замковой стене уже зажглись вечерние огни, и в темноте можно было разглядеть черные силуэты стражников, замерших на своих постах.

– Возможно, позже получится их переубедить.

Зак подивился наивности Эвеса, но смолчал.

– Пока мы продолжаем гадать, кто именно замыслил дурное, ничего не выйдет, – вздохнул король, – и это означает, что в ближайшее время снова жениться Дункан не сможет. Что ж… – меняя тему, пробормотал его величество, – что с покушением?

Лорд Вуд зашуршал бумагами в папке и сухо зачитал:

– Ко дну кареты прикрепили небольшой ящик, в котором находились две взрывоопасные жидкости в разных сосудах, вероятно, соединенных трубкой. Во время тряски жидкости выплескивались и текли по трубкам, пока не смешались, образовав взрывоопасное…

Вдруг дверь в кабинет распахнулась и внутрь не вошел, а, скорее, ввалился человек. Стражники пытались его задержать, но он отмахивался от них, задевая по лицам широкими полами плаща.

– Оставьте меня! – вскричал он, и только теперь Закари узнал его. – Я все равно скажу!

Лицо брата Маркуса перекосило от ужаса и страха, храмовник хватал губами воздух и то начинал кричать на стражников, то беззвучно что-то шептал.

Несколько секунд король наблюдал за происходящим, а после встал, обошел стол и отодвинул пустой стул со словами:

– Садитесь, брат Маркус, и расскажите нам.

Храмовник быстро-быстро закивал, отбросил назад капюшон и, тяжело ступая, приблизился к его величеству. Руки брата Маркуса дрожали, и, опустившись на стул, он нервно вцепился в сиденье, чтобы хоть немного успокоиться.

Лорд Вуд сделал стражникам знак, и те удалились, плотно прикрыв за собой дверь.

– Так что же? – садясь на свое место, спросил король Джон.

– Это не я, – сдавленным шепотом произнес брат Маркус и спрятал лицо в ладонях.

Зак встал, прошел к столику, где отец держал бренди, и щедро плеснул напиток в широкий бокал. Дункан и Эвес глянули на брата с одинаковым неодобрением, но промолчали.

– Это не он, – спокойно подтвердил третий принц, поставил алкоголь перед храмовником и сел на свое место.

– Вы мне верите? – переполошившись, брат Маркус подпрыгнул на стуле, глухо ударив ладонями снизу о столешницу.

– Конечно, – за всех ответил Закари и успокаивающе похлопал храмовника по плечу.

– Видимо… – осторожно начал Эвес.

– Вас кто-то подставил? – спросил Дункан. – Произошедшее уж слишком… указывает на вас, брат Маркус.

Храмовник постарался успокоиться и глотнуть бренди, но его руки все еще дрожали, и он расплескал половину жидкости на стол из дорогого черного дуба, прежде чем поднес к губам.

Зак задумчиво постучал подушечками пальцев по губам и быстро скосил взгляд, заметив, как линию света под дверью пересекла тень и не двинулась дальше, а замерла на месте. Еще несколько секунд понаблюдав за темной полоской, Леож вслушался в сбивчивый рассказ брата Маркуса:

– Это не я. Зачем? Зачем мне это?

Король сдержанно кивал, соглашаясь. Никто из собравшихся даже и не думал обвинять перепуганного храмовника.

«Все попытки нападения были слишком осторожными, умелыми и продуманными, чтобы сейчас вот так легко поверить в виновность брата Маркуса, – заправив прядь за ухо, подумал Зак, прищурившись. – Все указывает именно на него, а значит, слишком топорно. Слишком явно».