Принцессы бывают разные - Анна Гринь

– Ваше высочество…

– Все будет хорошо, Тинна, – прервала я тираду служанки. – Прямо сейчас никто не собирается на нас нападать.

Этим я немного успокоила камеристку, но не слишком. Хорошо хоть она не знает, что я задумала! Как и не знает о том, что за коробку я засунула под сиденье, пока она не видела.

– Еще и зверька с собой потащили… – под нос пробормотала Тинна и заглянула в корзину рядом с собой.

Ежику наша вылазка нравилась, он ни разу не свернулся в клубок, таращился на нас умными глазками-бусинками и поводил носиком, принюхиваясь.

Из замка мы выехали с очень определенной целью, к которой никто не смог бы придраться, а вот дальнейшие визиты – это уже мое дело. Главное – вести себя уверенно и в соответствии с моим статусом, тогда ни один, даже очень сомневающийся стражник не станет мне препятствовать.

Начали с самого важного для меня адресочка, хотя служанка всячески отговаривала. Но кто ж меня остановит? Правда, выяснять адрес пришлось стражникам, и только один из десятка опрошенных прохожих, странно на нас посматривая, указал направление. Сообщать о визите заранее я не стала, и в доме леди Бастр мы появились настолько внезапно для этой особы, что ей пришлось встречать нас в чуть помятом и растрепанном виде.

– Доброе утро, Эмили. – Честно признаться, я не ожидала, что увижу именно принцессу, но совпадение немного объяснило, почему никто мне так ничего и не рассказал о загадочной дарительнице ежа. – Или мне нужно называть тебя леди Бастр?

Только теперь я внимательно осмотрела гостиную, куда меня проводили. Дом стоял не в центре, на отшибе, и заметно выделялся своей неухоженностью, так что не удивительным для меня было такое же безразличие хозяйки и к внутреннему убранству. Дорогая мебель, ковры, шторы… Все нуждалось в починке и замене. Лет тридцать назад.

Обычно такие дома бывают у разорившихся дворян или купцов, что забрасывают их на десятилетия, а потом решают продать.

– Зачем тебе понадобился дом в Стакрине, если ты можешь жить в замке? – не желая садиться на сомнительной чистоты диван, я обошла комнату по периметру, краешком глаза посматривая на Эмили. Несмотря на наспех собранные в прическу волосы и темные круги под глазами, она выглядела красавицей в этих руинах.

– Что тебе надо? – презрительно бросила блондинка и впилась в меня злым взглядом.

– Да вот, – терять уверенность в себе не хотелось, так что я быстро отбросила в сторону лишние эмоции, – решила рассказать, как поживает твой ежик.

Эмили не взглянула на корзинку в руках Тинны, явно продолжая мысленно насаживать меня на вилку.

– За что ты меня ненавидишь? – спросила я, поняв, что завязать нормальную беседу не удастся. – Что я тебе такого сделала?

Эмили не ответила, только отошла к занавешенному темными гардинами окну и села в кресло, всем своим видом и позой напоминая разозленную ворону.

– Попробую угадать, – эту партию мне, судя по всему, предстояло отыграть в одиночку, да еще и додумывать многое на ходу. – Начнем с того, что ты постоянно тянула деньги из брата. Это очень удобно, когда собственный отец не желает оплачивать твои долги, а Дункан и Эвес советуют взять себя в руки. Вряд ли Зак давал тебе что-то, но долги оплачивал. А потом… Ты не могла сама сделать выводы, хоть брат тебе и отказал, когда вы встретились в Берси. Кто тебе сказал? Кто тебя надоумил?

Эмили фыркнула и презрительно бросила:

– О чем ты?

– Ненависть не возникает просто так, из воздуха и одного отказа. – Я обошла комнату, потрогала рассохшуюся раму, картины в которой не было, и продолжила: – А вот отыскать в словах Зака что-то, что подтвердило чужие…

Я не смотрела на Эмили, но почувствовала, как она вздрогнула.

Неужели, адово пекло, я угадала? Тогда!.. Тогда надо попробовать узнать все, что только можно!

– Кто именно сказал тебе, что с моим появлением брат перестанет за тебя платить? – не теряя чуть насмешливого тона, спросила я. – Да так, что ты поверила.

Тинна, стоя у самых дверей, до хруста сжала ручку корзины и тихо-тихо пробормотала что-то. Я обогнула Эмили по широкой дуге и, приблизившись к служанке, потребовала:

– Повтори.

Тинна невнятно пробормотала ту же фразу, но я по губам прочла ее слова и вздрогнула.

– Значит, – я снова повернулась к Эмили, – вот как. А кто еще?.. Сколько еще людей приходило сюда, и скольким из них помогал храмовник? И Абению ты называла своей подругой только из-за маленькой общей тайны?

Эмили зло оскалилась и подхватила с диванчика пыльную подушку, собираясь ею в меня запустить.

– Хорошо-хорошо, – меня трясло от страха и отвращения, но позволить принцессе это заметить я не имела права, – ухожу. Но я и так уже все поняла.

На пороге дома мы с Тинной очутились быстрее, чем если бы за нами сам черт гнался.

– И надо ж было вам сюда ехать, – тихо пробормотала служанка мне в спину, не ожидая, что я услышу. Но я не только услышала, но и ответила:

– Да, ты права. Мне не надо было здесь появляться. Как можно так глупить, если достаточно просто спросить слуг. Правильные вопросы – вот что мне нужно было.

– Пойдемте скорее, – позвала камеристка. – Я опасаюсь за вас.

– А как я боюсь, Тинна… – Я кивнула камеристке, не скрывая страха.

– Почему? – спросила служанка, придерживая меня под локоть на лестнице.

– Я не собиралась лезть в осиное гнездо, – честно ответила я. – У меня в планах была встреча с одной дамой, решившей мне навредить. А тут такое…

– Если мы быстро уйдем, то никто не узнает, – предположила Тинна.

– Паук плел свою сеть много лет, старательно затягивая узелки на шеях своих жертв. – Я заметила на перчатке пятнышко и попыталась его оттереть, но лишь сильнее размазала. – Паук уверен в себе. Он протянул ниточки, связал многих… Он уже знает, что я приходила сюда.

– Паук? – удивилась камеристка.

– Тот самый человек, который все задумал, – с неестественной улыбкой отозвалась я, глядя перед собой.

– Где наша карета? – нахмурилась Тинна и шагнула вперед, но я остановила ее.

– Не отходите от меня, – велела я.

– Почему?

Я не ответила, только стянула перчатку, показывая кольцо. Камень в нем тускло светился.

– Потому что нам угрожает опасность.

– Но… – Тинна указала на подъехавшую карету.

Если не присматриваться, то все выглядело точно так же: пара стражников впереди и позади, кучер, пара лакеев. Ничего примечательного.

– Это не наши люди, – беззвучно прошептала камеристка, прижимая к груди корзинку с ежиком. – Может, попытаемся…

– Нет. – Я покачала головой и, продолжая неестественно улыбаться, сказала: – Пока мы делаем вид, что не догадались, нас не будут трогать. Особенно если…