Инквизитор. И аз воздам - Надежда Попова

– Гипотетический распространитель сплетни не нанес ущерба ни Официуму, ни Конгрегации, ни лично кому-либо из ее служителей, – заметил Гайер, – и ваши собратья, майстер Гессе, рассудительные и чуткие люди. Посему, сдается мне, в случае гипотетических претензий вполне можно было бы обойтись извинениями и покаянием. Хотя, разумеется, в былые времена гипотетического шутника ожидала бы куда более… гм… неприятная и не гипотетическая судьба.

– Да, – с нарочито сожалеющим вздохом подтвердил Курт. – Славные были времена.

– От тех времен в распоряжении Конгрегации остался один инструмент кары – штраф, – мягко напомнил делец. – И в том гипотетическом случае, когда осознания собственной неправоты и принесенных извинений недостаточно, им всегда можно воспользоваться.

– Разумно, – согласился Курт, подняв глаза к небу, где сгустившиеся серые облака уже сбились в плотную пелену с редкими разрывами. – Ваше гостеприимство, господа Гайеры, доставило мне искреннее удовольствие, но мне бы не хотелось им злоупотреблять слишком долго, а именно так, того и гляди, случится: похоже, намечается дождь. И, судя по внезапной духоте, – с грозой. Полагаю, нам лучше покинуть ваш замок, дабы не застрять здесь неведомо на сколько… У кого есть ключ от дома Юниусов?

– У моего управляющего… – отозвался хозяин замка с легкой растерянностью, с каковой, впрочем, тут же совладал. – Больше ни у кого. По крайней мере, я ключей от своей недвижимости у себя в сундуке не храню, и зачем бы Витте давать один из них кому бы то ни было – не представляю… О, нет же! – спохватился Гайер, оборвав сам себя на полуслове. – Не совсем так. Ключ был однажды дан майстеру Хальсу, когда он проверял слухи о призраке Катерины Юниус. Насколько мне известно, после обследования дома майстер инквизитор его вернул.

– А пропавший Георг Штаудт не просил дать ему ключ? Ваш управляющий доложил бы вам об этом, если б таковая просьба была?

– Разумеется! Но ее не было. Однако, – с уже нескрываемым беспокойством поинтересовался Гайер, – к чему эти вопросы, майстер Гессе? Вы же не хотите сказать, я надеюсь, что в дом кто-то проник и нанес вред моей собственности?

– Нет, – вскользь улыбнулся Курт, поднимаясь. – Искать на сей раз настоящего взломщика ни вам, ни магистрату не придется: дом целехонек и никем не тронут. Всего лишь пытаюсь узнать события того дня, когда нашего служителя видели в Бамберге в последний раз… Благодарю вас за проявленное радушие, господин Гайер, и за чрезвычайно интересную беседу. Надеюсь, вы не откажетесь эту беседу продолжить, если возникнет необходимость?

– Разве это возможно – отказать в просьбе человеку со Знаком? – любезно улыбнулся тот, и Гайер-младший скривил губы, словно только что прожевал нечто невыносимо кислое.

– Кажется, они не были так уж довольны беседой, – заметила Нессель, когда Гайерсвёрт остался далеко за спиной. – И на радушных хозяев не особенно похожи… И, по-моему, ты зря потратил время: ничего нового они не сказали, да?

– Ну, отчего же, – отозвался Курт, снова бросив взгляд в небо, где невдалеке, отчетливо и почти физически ощутимо, разнесся глухой громовой раскат. – Кое-что я все-таки выяснил.

– Что? Что он сочинил историю, после которой его боятся даже бамбергские преступники? Это с твоим делом не связано. Или что не он нанял тех людей, которые убивали старейшин местных преступников? Даже если это правда, то…

– Это неправда, – тихо возразил Курт, и ведьма запнулась, глядя на него выжидающе. – Неправда, – повторил он, – может, Гайер еще каким-то образом связан с событиями в неблагополучных кварталах, но в любом случае: о незваных гостях-наемниках он знал до того, как об этом сказал ему я.

– С чего ты взял?

– Адельхайда не подозревала Гайеров в этом, – пояснил Курт все так же негромко. – И мне таких предположений не высказывала. Она вообще не знала о том, что происходило среди местного отребья: была не в курсе не только участия посторонних в той резне, но и самой резни тоже. А следственно, и в своих беседах с Гайерами этой темы поднимать не могла.

– И ты думаешь – это их рук дело?

– Я лишь сказал ему, что произошедшее в среде бамбергских низов – странно. И всё. Не уточнял, что я имею в виду, не намекал на то, что мне известно об участии в той резне кого-то, не имеющего отношения к местным преступникам. Я просто не стал разубеждать его в том, что Адельхайда успела что-то особенное рассказать мне перед своей гибелью, – что-то, связанное с той историей. И тем не менее – он отчего-то завел речь именно о наемниках, хотя на них в моих словах не было и намека. Словом, сам его разговор с Адельхайдой об этом выдуман Гайером от начала до конца.

– И что ты будешь делать теперь? – обеспокоенно спросила Нессель. – Что это может значить – что они убили того парня в доме, что связаны с убийством пропавшего инквизитора?

– Не знаю, – вздохнул Курт. – Когда я спросил Гайера о ключе – он был искренне обескуражен вопросом и явно не понял, почему я этим интересуюсь. Стало быть, он не провоцировал Штаудта на осмотр дома, не давал ему ключа, он вообще не знал, что тот осматривал дом, а ведь именно после этого inspector и исчез. Если б его смерть совпала по времени с резней в неблагополучных кварталах – я бы предположил, что он угодил под горячую руку наемников Гайера, и тот, испугавшись кары, уничтожил или спрятал тело. Но наемники ушли давно.

– А они – единственное, что связывает смерть вашего служителя и странные события в городе…

– Осталось лишь понять – primo: как именно связывает, и secundo: в чем связь между странностями в этих кварталах и странностями в прочем городе – неведомые грешки судьи, внезапный скачок преступлений светского и сверхобычного толка…

– Ты думаешь, она вообще есть, эта связь? Быть может, совпадение?

– Многовато совпадений в этом деле, – недовольно покривился Курт. – А я этого не люблю…

– У тебя есть какое-то объяснение, – уверенно произнесла Нессель и вздрогнула, когда в небе громыхнуло снова – на сей раз совсем близко. – Ты что-то придумал, да?

– «Придумал», – повторил он. – Хорошо сказано. Вот поэтому я пока не стану говорить о том, какие выводы сделал: я мог это просто придумать. Я могу ошибаться.

– Все говорят, что ты никогда не ошибаешься.

– Врут, – отрезал Курт, продемонстрировав руку, затянутую в черную перчатку: – Вот она, одна из моих ошибок. И есть много других, которых просто никто не видел.

– Смотри… – вдруг понизив голос, проронила ведьма, кивком головы указав вперед. – По-моему, что-то случилось.

Курт на миг приостановился, глядя на Кристофера Хальса; инквизитор приближался стремительно, почти бегом, не глядя по сторонам и под ноги, а завидев Курта, ускорил шаг.

– Гессе, – поприветствовал он коротко, безмолвно кивнув в сторону Нессель. – Я смогу тебя найти в «Ножке» через час-другой?

– Гроза собирается, – пожал плечами Курт. – И поскольку у меня, кажется, нет неотложных причин бегать под дождем по городу – да, сможешь. Что-то случилось?