Долина драконов. Книга третья. Магическая сделка - Елена Звездная

Я, обладающая жемчужиной от воздушника, удивленно моргнула, потому что да — в университете были драконы. И я их даже сейчас превосходно видела — среди расходившихся по башням студентов они свободно передвигались в мантиях цвета разных стихий и под качественной человеческой личиной. Но мне даже беглого взгляда хватило для того, чтобы обнаружить по меньшей мере шестерых представителей крылатого народа, которые превосходно себя ощущали в рядах искренне ненавидящих их магов.

— В кабинете магистра двоих поймали, — продолжил делиться со мной информацией старик.

И мне стало как-то очень нехорошо.

— Д-двоих? — переспросила, сжимая учебники.

— Милада! — окликнул заметивший меня Светозар.

Ветер и Лина остановились, развернулись и теперь тоже смотрели на меня.

— Не переживай, деточка, разберемся, магистр Валентайн и не с такими драконами разбирался, — коварно хихикнул маг. — Иди, иди давай, занятия уже начинаются.

Иди? Ирэнарн прямо сказал, чтобы я оставалась со студентами, и предполагалось, что студенты в здание университета не войдут, но, оглядевшись, я увидела неожиданное — они расходились по башням! Они шли туда, куда идти вообще не стоило, потому что стены Университета Стихийных Сил не так безопасны, как хотелось бы!

И что-то мне подсказывало: общее собрание, назначенное, видимо, для спасения студентов, отменили по вине двух вполне конкретных драконов, которые вляпались в очередные неприятности. Не удивлена. Гаррат сначала делает, а потом думает, но древний?!

— Милада, — Светозар подошел, взял за руку, переплетя наши пальцы, что мне совсем не понравилось, — идем, лекция начинается.

Отняла ладонь и отступила на шаг, демонстративно показав, что вольностей не позволю. Светозар скрипнул зубами, глянул на Ветра и Лину, и те, переглянувшись, поторопились вслед за остальными студентами, в отличие от алмаза нашего факультета.

— Милада! — парень попытался приблизиться, но, едва я отступила еще на шаг, пошел ва-банк и заявил: — Ты мне нравишься.

— Я замужем, — напомнила, нервно кусая губы.

Действительно нервничала. Ирэнарн приказал не приближаться к университету вообще, а к кабинету Валентайна в частности, но что, если они сейчас пытают древнего и Гаррата. На мне Страж, мне не страшен огонь даже Правящего дракона, в момент если мне или Владыке будет угрожать смертельная опасность появится Ирэнарн, но что с древним?

В сердце уродливой темной кляксой медленно заползал страх, а в ушах звучали слова Асур-Ррата: «К проклятым спящим! Я вытворил, я и исправлю!»

— Милада, я — начал было Светозар.

— Извини, — голос дрогнул, — я, наверное, схожу к магистру Валентайну, — проговорила, наконец.

И, отступив, решительно развернулась и торопливо почти побежала в административный корпус. Только бы успеть!

* * *

Шла, все убыстряя шаг. Меня тут, кажется, все уже знали — секретари, встречающиеся по дороге, кивали приветственно, секретарь нашего факультета стихии Земли вообще поделилась конфеткой и сказала, чтобы я зашла после лекций, она мне учебники из библиотеки взяла, я рассеянно кивала, идя к единственной и в то же время безумно пугающей цели — кабинету ректора.

Подойдя к массивным дверям, резко выдохнула, даже не зная, что говорить буду, разве что могу в качестве предлога отчитаться по поводу разлитого в доме зелья, и постучала.

— Миладушка, девочка, входи, — раздалось над дверью.

Судя по голосу, настроен магистр был ко мне по-доброму, но меня все равно охватило какое-то плохое предчувствие, правда, это не помешало потянуть дверцу на себя, и войти в кабинет ректора.

И поняла, что предчувствие не обмануло, — помимо радушно улыбнувшегося мне магистра Валентайна в кабинете сидел Воронир.

Мы увидели друг друга одновременно. Видимо, Воронир просто не понял, какую «Миладу» имеет в виду ректор, имя-то распространенное, но, едва я вошла, он повернул голову, и мы оба застыли.

Я — испуганным, сжавшимся от ужаса зайцем, а вот он — медленно расправляющим кольца разъяренным удавом.

— ТЫ! — прогремело так, что башня пошатнулась. — ТЫ!!! — хриплый рык.

Я от ужаса не смогла даже пошевелиться. И не знаю, показалось или нет, но Воронир, даже учитывая, что он был в ярости, выглядел каким-то неправильным. Дерганным. Нервным. Бешеным. Неудержимым. Неестественно быстрым!

Воронир подскочил, от чего его черные вороного цвета волосы взметнулись и рассыпались по плечам, крылья внушительного орлиного носа трепетали от гнева, воздух вырывался со свистом сквозь стиснутые зубы.

— Ты! — Он двинулся ко мне, отшвыривая стулья и кадку с цветком с пути и более всего напоминая сейчас горный обвал — неудержимый, каменный, убийственный.

— Ты! — Рука его метнулась вперед, пальцы сжали шею.

У меня не было сил даже пошевелиться. Обмерев от ужаса, я смотрела на магистра Воронира огромными испуганными глазами и лишь вскрикнула, едва он схватил меня.

Но это дало какой-то совершенно неправильный результат.

— Ты… — вдруг как-то совершенно иначе произнес магистр, с неожиданным интересом рассматривая меня, — хм… такие глазищи.

И хватка на моей шее ослабла.

А я сквозь грохот испуганного сердца услышала явно не в первый раз сказанное:

— Владимир, угомонись!

Но в синих глазах Воронира только просыпалось что-то темное, липкое, жуткое, пугающее гораздо сильнее, чем страх смерти, что-то… неправильное. И это ощущение неправильности как-то мигом напомнило профессора Нарски, когда на ней был агрессивный, меняющий ее поведение артефакт, но мне хватило одного взгляда, чтобы понять — на Воронире не было никаких украшений. Ничего. Но с ним точно что-то было не так!

— Так вот о каком изумруде шла речь, — задумчиво разглядывая меня, произнес магистр, и его большой палец коснулся моей нижней губы, проведя по ней с сильным нажимом.

Это движение заставило содрогнуться и вывело из ступора.

— Что… что вы делаете? — испуганно прошептала я.

— Оцениваю, — холодно отозвался Воронир и пояснил: — Оцениваю степень притягательности изумруда.

Отшатнувшись, я больно ударилась о мгновенно закрывшуюся дверь.

— Владимир, хватит, я сказал! — подскочил с дивана Валентайн.

В его глазах я увидела те же сомнения в нормальности магистра, что охватили и меня.

Но Воронира наши сомнения не трогали, он, продолжая вести себя столь же неадекватно, обернувшись к отцу, со странной интонацией произнес:

— Показать фокус?

— Если только он не связан с попыткой заняться актом размножения, — едко ответил Валентайн и уже серьезно приказал: — Владимир, не трогай девочку!