Похищенная с Земли - Мелина Боярова

Отчего-то счастливые моменты пролетают так быстро, что не успеваешь в полной мере насладиться ими. Может, оно и к лучшему? Будь они бесконечными, разве стали бы их так ценить? Я только и успела, что накупаться вдоволь, да блаженно вытянуться на песочке, как меня выдернуло в реальность.

— Ого! — в изумлении завертела головой. А тут было, чему удивляться. Яйцеобразное ложе, наполненное прозрачным гелем, из которого только голова и торчала. Сама я в комбинезоне из тонкой эластичной ткани плаваю в этом киселе, а к телу отовсюду тянутся серебристые жгуты. Они проникают под кожу и ощущаются продолжением меня. — Любопытненько! Марго, что это такое?

— Центр управления! — передо мной соткалась женская фигурка, подозрительно знакомой внешности. Одета девушка в черный латексный комбез с вырезом на груди, накрашена вызывающе и... мда, из-под синих прядок выбиваются остроконечный ушки.

— Марго? — уточнила на всякий случай, и ехидная улыбочка, заигравшая на лице, послужила лучшим доказательством. — Ммм, ярко выглядишь. — Сама бы так никогда не вырядилась. Да и красилась так в последний раз лет двадцать назад. Ага, на школьную дискотеку. Когда мама увидела, уши надрала, они потом неделю горели.

— Ага, — улыбнулась шальной улыбкой, — как я тебе, Ри? — покрутилась, призывно виляя задницей. Гм, редко, когда увидишь себя со стороны. Тем более, в роли распутной девицы. Но, если не придираться, то Маргоша права, я очень даже ничего. И ушки эти забавно сморятся. Грай точно бы оценил.

Примерно это и озвучила симбионту. Маргоша надула губки, сделала вид, что обиделась, а после исчезла. Ненадолго, правда.

— З-зараза! — теперь голограмма выглядела Ритой Минкиной еще до похищения. В растянутых джинсах, обтягивающей футболке и с мышиным пучком волос на голове. Этакая сдобная булочка, которую перетянули в нескольких местах.

— Что, не нравится? — и вызов в горящем взгляде.

— Нет, — призналась со вздохом, — запустила я тогда себя. Ладно, это в прошлом. Расскажи, как дела? Чего натворить успела?

— Почему сразу натворить? — голограмма мигнула, меняя облик, и вот уже Марго в деловом темно-синем костюме, белой рубашечке, через вырез которой видна аппетитная ложбинка. Волосы прилизаны и убраны в строгую улитку, на переносице очки в роговой оправе. Деловая леди! Ну-ну! — Докладываю! Четыре боевые «Сигмы» под нашим контролем. Пришлось попотеть, чтобы разобраться с идентификационным кодом. Не будь мы связаны с эноем, ничего бы не получилось. Правда, тут одна проблемка вылезла, — поморщилась, — пока мы находимся на Даркуэле, то пользуемся всем, до чего сможем дотянуться. Но покинуть планету уже не получится, — виновато шмыгнула носом. — «Сигмы» же и собьют.

— А как же та станция, которую пираты захватили? — скептически вскинула бровь. Ни за что не поверю, что Маргоша уже не просчитала этот вариант.

— Ты о «:Сигме-К3»? Вот, сама смотри, — чуть сместилась в сторону, а в воздухе развернулся тактический экран, на котором я с трудом узнала орбитальную станцию. Вроде бы немаленькая станция, два километра в диаметре, но ее с лихвой закрывала черная туша гигантского корабля, растянувшегося на десять километров. Эту глыбу если целиком рассматривать, то в уменьшенном вчетверо масштабе.

— Эт-то что?

— «Санхой» по прозвищу «Крушитель», супердредноут ирсайской империи, — симбионт подсветил название корабля, нанесенное на корпус.

— И давно он тут? — сглотнула, впечатлившись видом пушек, матовые дула которых нацелились на планету.

— Вспышка гиперперехода зафиксирована шесть часов назад. За это время дредноут достиг станции и заглушил двигатели. Дредноуты медлительны и неповоротливы, но, если уж вышли на позицию, победа будет за ними. Такой запросто продавит оборону «Сигм». Броня у него толстая, проблем с боеприпасами, подозреваю, что и нет, в отличие от нас.

— И как же с такими махинами воюют? Вот, не верю, что у древних не было подобных кораблей. Значит, и способ разделаться с ними существовал. Что будем делать, Марго?

— А нужно ли воевать? — округлила глазки. — Посидим тихо, благо место для этого есть, с голоду тоже не помрем. Глядишь, надоест ирсаям, возьмут и улетят.