И останется только пепел - Ребекка Шеффер

– Не слишком долго. Какое отношение это имеет к делу?

Левески пожал плечами.

– Ну, это страна, в которой у МПДСС нет власти…

– И? – Ните не нравилось направление его мысли.

– Просто размышляю. – Детектив сменил тему, но казалось, что так просто он этого не оставит. – Ты слышала или видела что-нибудь подозрительное до того, как женщина погналась за тобой?

– Нет.

Левески вздохнул и покрутил ручку в руках. Затем вынул из папки несколько листов.

– Ты знаешь, что такое даркнет?

Нита помедлила.

– Там нехорошие люди покупают незаконные вещи.

– Да, включая части тел сверхъестественных существ. – Левески посмотрел на Куиспе. – Мне сообщили, что там также размещено видео с тобой, которое снял твой бывший похититель.

Нита поджала губы.

– Я слышала об этом.

Левески подтолкнул бумаги вперед. Это были распечатки сделки на черном рынке: продажи и покупки местонахождения Ниты. Там под рейтингом просмотров нашлась и угроза от Ниты.

«Вы охотитесь на меня, а я охочусь на вас. В Перу или в Канаде я сожгу вас».

– Видишь верхнее сообщение от пользователя Скальпель?

– Вижу, – голос Ниты звучал ровно; она вжала ладони в холодный стол, чтобы никто не увидел, как дрожат ее руки.

– Отметка времени говорит о том, что убийца – автор поста. – Левески провел языком по зубам. – Одно тело, найденное в холле, похоже, принадлежит строительному инспектору. Она оказалась не в том месте и не в то время. И мы опознали три других тела, лежавших вместе, как известных участников группировки черного рынка, базирующейся в Буффало.

Нита сильнее стиснула челюсти. Плохо, очень плохо.

– Вот как?

– Мне кажется, что этих нескольких охотников заманили в то место и убили.

Нита не отрывала от него взгляд.

– Не могу сказать, что мне их жалко. Они хотели меня убить.

Левески прищурился.

– Очень верно подмечено. У тебя множество мотивов, чтобы желать им смерти.

Нита приподняла бровь, спокойная как удав, хотя внутри все кричало.

– Вы намекаете, что я убила этих мужчин?

Он постучал по листам бумаги.

– Многое указывает на то, что Скальпель – это ты. Говорят, он взорвал Рынок смерти в Перу и убил этих людей здесь, в Торонто.

Пальцы Ниты сжались в кулаки.

– Вы обвиняете меня на основании комментариев какого-то анонимного интернет-пользователя? Это может быть кто угодно.

– Значит, ты не Скальпель?

– Конечно, нет. – Нита сглотнула и повернулась к Куиспе. – Вы не можете просто сидеть здесь и позволять ему меня обвинять.

Куиспе поджала губы.

– У него хорошие аргументы. Мы обсуждали это до того, как вошли сюда.

– Но вы же не верите, что это сделала я, верно?

Куиспе вздохнула.

– Я не знаю, Нита. Меня накачали наркотиками и увезли сегодня утром во время попытки похищения Фабрисио. За пределами МПДСС только ты знала, что он приедет сегодня.

Кулаки Ниты сжались у нее на коленях. У них ничего не было на нее, только домыслы.

Но вдруг домыслов достаточно? Что, если ее засняла камера? В аэропорту? Дорожная камера? По спине Ниты струился пот и собирался под мышками. Она дышала слишком часто. И поздновато поняла, что молчит очень долго. Что бы в данном случае сказал невиновный человек?

– Вы в порядке? – спросила она Куиспе, пытаясь казаться обеспокоенной; у нее не очень получилось. – А как Фабрисио?

– Мы оба в порядке, но пропал водитель. – Куиспе в упор смотрела на Ниту. – Фабрисио решил, что больше не верит в защиту МПДСС, и ушел.

– О.

Итак, Фабрисио оставался рядом достаточно долго, чтобы убедиться, что Куиспе очнулась, прежде чем проинформировать ее о своем уходе. Это имело смысл – он не хотел, чтобы его считали пропавшим без вести и разыскивали через МПДСС.

Нита откашлялась.

– И никто из вас не разглядел нападавших?

– Нет. – Это явно расстраивало Куиспе. – Не разглядели. Сейчас мы просматриваем записи с камер видеонаблюдения.

– Очень любопытно, что мы обнаружим на пленках. – Взгляд Левески скользнул по Ните. – Или кого обнаружим.

Нита сглотнула.

– Вы правда считаете, будто я имею к этому какое-то отношение? Вы не можете обвинять меня во всем плохом, что произошло в Торонто!

Детектив улыбнулся.

– Никто тебя не обвиняет, Нита. Мы просто обсуждаем.

Обсуждаем. Да, конечно.

Взгляд Ниты метался между ними двумя, внутри нарастала паника. Она чувствовала себя в ловушке, как животное в клетке. Они все знали. Она думала, что очень умная, и теперь сидит здесь, и последствия ее действий смотрят ей прямо в лицо. Ее арестуют и посадят в тюрьму.

Стены, казалось, пульсировали вокруг нее, сжимаясь. Она находилась в клетке, как тогда на рынке, и ее хотели навсегда посадить в другую клетку. Нита никогда не выберется из тюрьмы, учитывая ее преступления. Даже если выживет, что вызывало сомнения.

На ее лбу выступили капельки пота, молчание затягивалось. Затем Куиспе спросила:

– Ты ничего не хочешь нам рассказать, Нита?

У Ниты перехватило дыхание, она взглянула на камеру, которая все записывала.

Как ей отсюда выбраться?

А потом распахнулась дверь, и на пороге появилась ее мать. Волосы были распущены, красные пряди перемежались с черными, и казалось, будто по волосам течет кровь.

– Всем здравствуйте. Что я пропустила?