Загадка тауматургии - Виктор Борзов

— Конечно, — встал с дивана Сэмюэль и захромал к выходу.

Когда дрожащая рука опустилась на холодную ручку, из-за спины послышалось:

— Это же вы убили Андреа Синкова?

Сердце пропустило удар. Парень застыл как вкопанный. Широко раскрыл глаза и медленно повернул голову. Стоило взглянуть на лицо Германа, тот ухмыльнулся, как довольный ребенок. Настоящая улыбка. Впервые за разговор.

— Шучу! — неожиданно воскликнул он. — Не воспринимайте всерьез.

Сэмюэль захлопнул за собой дверь и захромал прочь.

▪ ▪ ▪

Ночью парню приснилась переговорка. Безлюдная комнатка с диванами казалась темницей. Четыре стены из металлических листов давили на рассудок, а тусклая лампа мигала и потрескивала.

Сэмюэль сидел на диване и ждал. Ствол Подделки обыденно прикасался к левому виску, а указательный палец обводил «спусковой» болт.

Расширение комнаты закончилось провалом. Квадратная переговорка не выросла ни в ширину, ни в длину. Нахождение лицом к лицу с феей тревожило парня. Да, прикосновение прерывало сон. Но Сэмюэль все равно волновался.

Связь кольнула тонкой иглой в грудь. Сначала он даже подумал, что показалось. Настолько слаб был укол.

Парень встал и дохромал до хлипкой двери. Распахнул ее также как в прошлый раз — отходя в сторону.

Сегодня Амелию сопровождал Майлд. Когда юноша шагнул в комнатку, Сэмюэль спешно отступил и направил Подделку в висок. Медленно вернулся на диван.

— Здравствуйте, мистер Берислави, — поприветствовал Майлд, осматривая переговорку.

— Прив, — махнула Сэмюэлю фея. — Вижу, ты внял моим наставлениям!

Она широко улыбнулась, тыкая пальцем в рабочий стол.

— Правда, само место какое-то скудное. Где великие просторы? Высокие потолки и живописные узоры? В тебе не хватает духа торжества, Сэмюэль!

— Плевать, — отмахнулся парень.

Амелия заняла диван напротив, Майлд сел за один из боковых.

— Перед разговором, — начал юноша, поднимая руку. — Хотелось бы узнать, что происходит.

— Ты о чем? — покосился Сэмюэль.

— Обо всем. Вчера Зак был напуган. Он что-то говорил про дерево.

— Это...

— Это был вестник, — перебила Амелия. Парень бросил раздраженный взгляд на фею. — Сэмюэля преследуют вестники. Он — обреченный.

— Впервые слышу о таком, — пожал плечами Майлд.

— Да, я тоже, — поддержал Сэмюэль. Андреа называл его точно также, но парень понятия не имел, что это значило.

— У знаний есть цена, — потерла она палец об палец. — Желаешь знать — плати.

— Теперь о вашем разговоре, — сказал юноша. — Амелия, ты отголосок или фея?

Амелия приподняла бровь.

— С чего ты взял?

— Зак сказал, что вы говорили про рогокошку и какой-то ошейник. Речь шла про тело?

Сэмюэль обменялся взглядом с феей. Она улыбнулась.

— Я — отголосок. Когда-то давно меня обманули, и теперь я скитаюсь по Закулисью.

— Это многое объясняет, — протянул Майлд и скрестил руки на груди.

— Вернемся к сделке, — откашлялся Сэмюэль. — В прошлый раз нас прервали. Я согласен пообещать, что не будут накладывать никаких ограничений на любые сознательные действия.

Перед сном он тщательно обдумал обещание. Парень не знал связывающих формул. Но одно ограничение, ошейник — как его назвала Амелия — он наложит.

— Думаю, сойдет, — приложила она палец к подбородку и закрыла глаза. — Но нужно еще одно. Пообещай, что в течение полугода переселишь меня в человеческое тело без любых ограничений. Желательно молодой и красивой особы.

Сэмюэль задумался. Это не входило в задумку. В мыслях парня он призывал фею, получал от нее знания для исцеления и после изгонял. Но второе обещание привязывало его к Амелии на полгода и...

— Время не ждет, Сэмюэль! — постучала фея по столу указательным пальцем.

— Что? — удивился он.

— Сегодня наша последняя встреча, — объяснила Амелия. — Ты не соглашаешься сейчас, и мы больше никогда не встретимся.

— Почему? — подался вперед Сэмюэль. — Мы так не договаривались!

— За тобой по пятам следуют вестники. Приходить сюда во второй раз — авантюра. В третий — глупость, — развела Амелия руки в стороны. — Тебе нужно исцеление? Чудесно! Я могу дать знания. Вот же я! Просто дай эти два обещания и я вся твоя! Ты не понимаешь моей цены. Я прожила очень, очень, очень долго. И знаю много всего. Поэтому решайся! Два обещания — выгодная цена за мои знания.

— Почему я должен верить, что ты поделишься этими знаниями со мной? — спросил парень. — В отличие от меня, тебя ничего не обязывает.

— Можешь верить, а можешь — нет, — пожала она плечами. — Я согласилась на вторую встречу только из-за этого.

Она указала пальцем на желтый шарф, который укрывал шею Сэмюэля.