Общий враг - Павел Мамонтов

– А что изменится, ведьма? Мы сделали уже самое главное, скоро тебя сожгут и по ветру рассеют.

– Оши-иба-аешься, Ви-итя. Вы подошли к самому логову хозяина, здесь его сила вдесятеро больше. Скоро вы почувствуете это.

Жучок на моём затылке превратился в многоножку, рыскающую в волосах. Я вспомнил все уроки Сэнсэя, сконцентрировал внутреннюю энергию, но на вид старался казаться расслабленным.

– И за этим ты ко мне прибежала, ведьма? Сказать, какие вы сильные, что скоро вы нас разобьёте? Ой, я не могу, сейчас умру от страха.

– Зря смеёшься, Ви-итя, скоро ты сам во всём убедишься. Почувствуешь его силу.

– Не пугай меня, ведьма. Я уже видел вашу силу там, в крепости, – насмешливо сказал я. – А помнишь как я тебя сделал в Спортзале, гордость свою не потеряла, когда драпала?

– Замолчи, – прошипела Ольга. – Ты не знаешь, как меня из-за тебя наказали.

Тут я искренне удивился: эта обвиняет меня, что я не дал себя убить, после того как она убила моего друга, а вместо этого победил её. Вот бывают же… существа. Ведь раньше она была человеком… наверное. А «многоножка» на затылке всё злее впивалась мне в кожу.

– Надо же, ведьма, – сказал я удивлённо, – может, мне ещё и извиниться перед тобой. Кстати, кто был тот урод, которого я вырубил у крепости источников, как он себя чувствует?

– О, ты столкнулся с самим хозяином единства. Эгрегора по-вашему. За то, что ты сделал, должна сказать тебе спасибо. Хозяин почувствовал твою силу и стал мягче ко мне относиться, хотя раньше очень корил за то поражение в Спортзале.

– А чего он сам не явился?

Опять смех.

– Вы с ним ско-оро встретитесь.

– Трусит твой хозяин. Ну пускай только сунется к нам, мы его отправим обратно в преисподнюю, или откуда он к нам явился.

– Напуска-аешь на себя храбрость, Ви-итя. Напра-асноо.

– Ну почему же?

С трудом различимое в белом свечении личико нахмурилось.

– Не получается? – ласково спросил я.

Маска удивления на мраморном лице.

Я рванулся, оттолкнувшись лопатками от земли, распрямился, как пружина, и схватил светящуюся фигуру. Схватил не только руками, но и внутренней силой. Ведьма завизжала. В руки впились тысячи игл, как если бы их надолго связали, а потом ослабили путы. Я стиснул зубы, зашипел, превозмогая боль. Очертания женщины смазались, фигура превратилась в белый столб. У меня было ощущение, что я пытаюсь удержать водяной поток, гейзер, бьющий из земли, дёргающийся из стороны в сторону. Тело словно пронзило электрическим разрядом, по одежде и волосам побежали искры. Я постарался плотнее прижать к себе извивающийся, как огромная змея, белый столб. Меня снова ударил сильный разряд тока, я отлетел в сторону, раздался громкий треск и женский крик.

Придя в себя, я с трудом поднял голову, тело ломило так, будто меня боевыми жестами били всю тренировку. Над тем местом, где я пару минут назад боролся с ведьмой, висела прозрачная дымка. Ко мне подбежал Гаврик, помог подняться. Дал попить из своей фляги, к моему удивлению, там оказалось белое вино, правда разбавленное.

– Что случилось, командир?

– Старая знакомая приходила, – ответил я, отхлёбывая вино, и рассказал, что произошло. – Как думаешь, я убил её?

– Вряд ли, – ответил маг, водя надо мной руками. – Цел, командир. Повезло тебе крупно, могло насмерть убить.

– Ты меня недооцениваешь, – сказал я и подмигнул ему – не он ли ещё недавно говорил мне, что уроки Сэнсэя изрядно повлияли на меня.

– Витя, что делать-то нам? – спросил, подойдя ко мне, мой заместитель. Он обратился по имени, а не как обычно – командир. Это значит, он очень взволнован.

Я посмотрел на Загорного, улыбнулся.

– А ничего, Сашок. Если бы они могли нам что-то серьёзное сделать, то уже сделали бы, причем по-тихому. Так что пока спим, а утром уходим. До наших осталось всего ничего.