Секретарь старшего принца 7 - Любовь Свадьбина

Получилось иначе. Кариту начинает казаться, что Линарэн и тот раньше Элора первенцем обзаведётся — ради эксперимента.

Карит задумывается и о Линарэне, его совместных экспериментах с демонессой… В общем, думает о чём угодно, кроме ненавистного бюджета.

«Может, Арену это отправить? — Карит уныло взирает на листы перед собой. — Пусть бы занялся, считать можно и у денеи под боком… Вместе могут посчитать… Идея даже отличная: пока считают, Валерия посидит в подземелье, как приличная драконесса. Или хотя бы в башне. Главное — на месте будет сидеть».

— Так и сделаю! — Карит не может сдержать улыбку, руки довольно потирает.

Вытащив из ящика стола конверт, запихивает в него ненавистный бюджетный план в трёх вариантах (да министры над ним издеваются!) и уже собирается заклеить, когда его словно наотмашь ударяет тревожный сигнал из телепортационного зала. Того самого, куда должна вернуться команда из Киндеона, Элор и его… нестандартная избранная.

Защитные чары таким образом должны среагировать на кровь. Вскочив (кресло отлетает в сторону), Карит взывает к телепортационному заклинанию. Золотое пламя вспыхивает, перемещение на такое небольшое расстояние почти неощутимо, просто огонь опадает, а вокруг уже не золотой кабинет, а мрачный зал, стены, пол и потолок которого заполнены металлом печатей.

Гвардейцы, дежурящие здесь, вытягиваются по стойке смирно.

Никого больше нет. Но защитные чары подсказывают: телепортация из Киндеона сюда была, и отсюда после этого телепортировались. Это мог сделать только Элор. Но к чему такая спешка? И если бы не срабатывание триггера крови, Карит подумал бы о самом приятном из недавно нафантазированных вариантов. Впрочем, кровь бывает не только от боевых ран…

— Что случилось? — император находит взглядом старшего из караульных и теперь обращает внимание на его несколько обескураженный вид.

— Его высо… величество Элоранарр вернулся с… э-э… кем-то на руках, — неуверенно поясняет гвардеец. — Они прибыли вдвоём. И была кровь. Они куда-то телепортировались.

«Что-то Дарион последнее время сдаёт: поставил тут какую-то размазню, а вдруг был бы прорыв чужаков вместо наших?» — но эта мысль мимолётна, потому что Карит сосредотачивается на другом: Элор вернулся с кем-то на руках. Если бы кем-то был член команды, которого он хочет доставить к целителю, — гвардейцы бы это поняли. Избранную свою, даже притворяющуюся мужчиной, Элор бы в непризнанном мире не оставил. И абы кого на руки не взял… Неужели свершилось? Неужели Элор нашёл свою избранную?

— И как выглядел этот кто-то на руках моего сына? — вопрошает Карит, поочерёдно оглядывая смущённые лица гвардейцев.

За всех отвечает старший:

— Кажется, это была девушка.

— Кажется? — язвительно уточняет Карит.

— Ну… э-э… его величество Элоранарр прикрывал, но… э… я видел грудь. Женскую. Одну. Но мне могло показаться.

«Ну, если бы я внезапно увидел у Бешеного пса женскую грудь, я бы тоже усомнился в своём зрении», — подумывает Карит, что не мешает ему проявить строгость к подчинённому:

— Вы — лучшие из лучших. Вы поставлены здесь следить за нашей безопасностью. Мимо вас муха пролететь не должна, а ты не можешь понять, померещилась тебе женская грудь или нет. Кстати, цвет волос какой был у этой… девушки.

— Серебристый, — выдыхает ещё более смущённый гвардеец.

— Она не показалась тебе знакомой? — перекатываясь с пятку на носок, продолжает допытываться Карит, ведь ему надо понять, можно уже объявлять о пополнении семьи без опасения выдать свою осведомлённость Элору или ещё нельзя.

Гвардеец опускает взгляд, зябко подёргивает плечами:

— На Беш… на графа Халэнна похож… грудь мне, наверное, показалась. Свет падал неудачно. — Он встряхивает головой. — Тень двусмысленно легла…

«Так они мне всю легенду, что это охрана Риэль увидела, поломают», — Карит хищно улыбается:

— Сходи к целителю Велларру, зрение проверь.

Густые брови медведеоборотня складываются домиком:

— Пожалуйста, не надо к целителю Велларру. У меня всё хорошо со зрением. Никакой груди не было!

— Он не кусается.

— Пожалуйста, не надо.

— Это приказ!

Судорожно вздохнув, понурившись, гвардеец направляется к выходу. Ноги чуть не волочит по полу, лицо… как на похоронах.

Дождавшись, когда он исчезнет за дверью, Карит разворачивается к следующему караульному и уточняет:

— Так была женская грудь или нет?

Тот бросает короткий взгляд на двери и сипло отзывается:

— Была… кажется.

Прикрыв глаза, Карит вздыхает и разворачивается к следующему гвардейцу. Тому хватает и взгляда, чтобы отчеканить:

— Я видел только спину его величества Элоранарра, светлую макушку и ноги. Неизвестно кого.

Гвардеец застывает с каменным выражением лица.

Карит вздыхает и касается метки, связывающей его с сыном.

«Элор, что произошло?.. Что там случилось?.. Где твои спутники?.. Кто ранен?» — последний вопрос интересует Карита больше всего, но он благоразумно помещает его в конец списка, чтобы не вызвать лишних подозрений. Последнее время приходится слишком уж беспокоиться о своих словах: Элор может и не ловит всё прямо на лету, но имеет неприятное (или приятное — зависит от обстоятельств) свойство молниеносно складывать пазл, когда собирает достаточное количество деталей, и реагировать на это неожиданно. Причём даже если деталей не хватает, картинку Элор увидит целиком: так не знает, не знает, а потом случайная фраза — и всё у него сложится. С неизвестными последствиями для участников «заговора».

«Элор… Элор, ты в порядке?» — Карит старательно изображает ничего не ведающего родителя, хотя начинает беспокоиться: Бешеным псом просто так не назовут, избранная у Элора — тяжёлый случай. Да и чувство вины Карита гложет: сначала Элору дополнительные отборы бессмысленно было устраивать из-за того, что всех подходящих девушек вырезали, а потом, после исчезновения Ланабет, Карит использовал заряды артефакта для своих отборов. Пусть по совету лже-Заранеи, пусть из желания унять страшную боль потери, но если бы не это, Элор мог бы получить избранную раньше. Другую. Или Риэль Сирин до того, как она превратилась в Бешеного пса.

«Элор, ты не ранен?.. Элор, если ты сейчас не ответишь, я тебя через метку призову», — последняя угроза на взгляд Карита самая действенная: если Элор в сознании, он должен отозваться, чтобы его от избранной не оттянули. Или заблокировать метку, что тоже будет означать его вменяемость. А если избранная с ним что-нибудь сотворила — то притянуть Элора сюда просто надо.

Связь метки приносит окрашенный мрачным волнением ответ Элора: «Вытаскивайте остальных из Киндеона, нас раскрыли. Меня не дёргайте. Я… избранную нашёл. Правильно говорят, что драконы под носом своим ничего не видят».