Небо после бури - Саба Тахир

К моему удивлению, армия Меченосцев не слишком велика. Когда Аиш пал, мне казалось, что его осаждали тысяч сто солдат. Но Керис удалось захватить большую часть страны Кочевников малочисленным войском – и десяти тысяч не наберется.

– Триста из них – Маски, – объясняет Элиас командирам подразделений – он сам отобрал каждого для нашей первой миссии. Мы стоим на вершине небольшого холма, торчащего среди пустыни между Таибом и Аишем. Отсюда до лагеря Меченосцев не больше полумили, и видно, как в лунном свете поблескивает серебро.

– Именно Маски сторожат внешний периметр лагеря, – продолжает Элиас. – С ними я разберусь сам. По моему сигналу…

Он еще раз повторяет инструкции, и Кочевники возбужденно перешептываются – им не терпится совершить этот налет. Я схожу с ума от тревоги за своих друзей: за Афию и Джибрана, за младшего сына Мамы Рилы, Шана, и воинов племени Саиф; за молчаливого Сахиба, дядю Аубарит, залдара ее племени.

Все остальные, кому удалось уцелеть после нападения на Аиш, в том числе Мама Рила и Аубарит, прячутся в хитросплетении пещер и подземных ходов в нескольких милях к северу. И сегодня мы не можем проиграть это сражение. Мы должны победить – ради них. Ради племен Таиб и Нур – Керис расправится с ними, если мы ее не остановим.

Я смотрю на ночное небо, озаренное светом костров вражеского лагеря, и говорю себе: «Десять тысяч – это не так уж много».

Но сотня воинов – а именно столько есть у нас – это гораздо меньше.

«Не отвлекайся, Лайя». Элиас и мне дал задание на сегодня, но у меня есть еще одна цель. Князь Тьмы тоже может оказаться там. А где джинн, там и его оружие.

Заметив боковым зрением золотое сияние, я непроизвольно сжимаю кулаки. Одна мысль о ней вызывает у меня приступ раздражения. Я незаметно отхожу подальше от остальных, чтобы никто не услышал наш разговор.

– Ну? – спрашиваю я.

– Князь Тьмы находится в лагере вместе с Керис, – сообщает Рехмат. – Мне кажется, тебе не стоит искать его, Лайя. В этих краях ты встретишь кеханни. Лучше ищи истории.

Я пыталась, вот только ни одна сказительница не пожелала даже разговаривать со мной. Стоило мне завести речь о Князе Тьмы, как они сразу же уходили. Лишь у Мамы Рилы хватило смелости ответить:

«Мы черпаем свои истории из сверхъестественных, порой страшных источников, Лайя».

Мы сидели в ее кибитке, освещенной теплым светом лампы, но при этих словах воздух словно превратился в лед.

«Песни сказительницы – не просто слова. Это магия. Они могут быть смертоносны, как яд. Произнеси их вслух, и ты умрешь. Женщина, которую ты встретила в Маринне, кеханни племени Сулуд, знала об этом. Поэтому и не нашла в себе мужества сразу рассказать тебе историю Князя Тьмы. И рэйфы убили ее именно поэтому. Я боюсь слов, которые нужны тебе, Лайя, – прошептала Мама. – Я слишком люблю жизнь».

– Если эта история отнимет жизни еще одной кеханни, – говорю я Рехмат, – тогда она того не стоит.

– Черной косы недостаточно для того, чтобы победить Князя Тьмы.

– Лайя! Лайя!

Афия толкает меня в бок, и другие тоже смотрят в мою сторону. Элиас сверлит меня глазами, скрестив руки на груди и наклонив голову. Я чувствую, что краснею под его взглядом.

До меня доходит, что они повторяют план операции.

– Моя задача – уничтожить запасы продовольствия. Остаться незамеченной.

Несмотря на мое предупреждение, Элиас ведет себя все так же отстраненно и, когда все явно ждут от него каких-то вдохновляющих слов, он просто кивает.

– Итак, начинаем в полночь. Можно тебя на минуту? – зовет он меня, и мы отходим в сторону.

– В лагере могут оказаться и джинны, – хмуро говорит он, не глядя мне в глаза. – Когда я предложил тебе это задание, мне показалось, что тебе не хочется использовать свою магию. Ты сумеешь остаться невидимой?

Все верно. Когда я узнала, кто такая Рехмат, мне стало казаться, что я больше не контролирую эту силу, не чувствую ее так, как раньше. Как будто она принадлежит не мне, а кому-то другому.

– Все будет в порядке.

– Придерживайся плана.

– Элиас, неужели ты беспокоишься обо мне.

– Ловец Душ, – поправляет он меня голосом центуриона из Блэклифа, и мне хочется его стукнуть. – Твои навыки очень важны для успеха наших будущих операций, Лайя. Проберись в лагерь, сделай свою работу и сразу же уходи. Не отвлекайся ни на что.