Нон Лон Дон - Чайна Мьевилль

– Ачто потом? – спросила Диба.- Что ты мне предлагаешь, молчать по телефону, что ли?

– Ну поговори… только быстро. Это все твоя глупая затея.

Было как-то жутко шагать по этим совершенно тихим улицам. Диба поймала себя на том, что она даже ступать старается как-то уж очень мягко, чтобы шагов не было слышно.

– Ну так и где твой телефон? – прошептала она.

– Понятия не имею,- ответила Книга.- Давайте-ка быстрей выбираться отсюда.

– Замолчи,- зашипела Диба.- Я обязательно должна позвонить. Так что давай-ка пробегись по своему оглавлению и найди мне телефон.

Они проблуждали по улочкам и закоулкам Болтовильных земель почти до самого заката, полагаясь, во-первых, на дедуктивный метод, который, правда, не исключает проб и ошибок, а во-вторых, на мудрые указания непрерывно хныкающей Книги.

– Я тут ни при чем,- плачущим голосом жаловалась она.- Я, что ли, выстроила дурацкий лабиринт вокруг телефонной будки… это все он… вот и ищи теперь…

Они все блуждали и блуждали, и народу на улицах становилось все меньше, пока они совсем не опустели. Наконец наши путешественники оказались на одной очень странной улочке. Дома здесь стояли не каждый сам по себе, а шли сплошными террасами, а крыши их наверху чем дальше, тем ближе смыкались карнизами, пока улица не превратилась в некое подобие тоннеля. Они свернули за угол – и там то лее самое. Свернули еще раз – и опять все такой же тоннель.

Повороты становились все чаще, улицы все короче и тесней. Повернуть обратно? А что дальше? Нет, уж если идти, так до конца. Диба и ее товарищи все шли и шли: здесь коротенький тупичок, там спиральный спуск, тут глухая улочка, а телефона нет как нет.

– Постойте! Вспомнила! – вдруг воскликнула Книга.- У меня же где-то есть карта этого лабиринта! Где же она, дайте подумать… Поищите-ка где-то в районе триста шестидесятой страницы!

Действительно, как раз на странице триста шестьдесят обнаружился план лабиринта, столь невероятно запутанного, что на первый взгляд казалось, что это не план, а рисунок человеческого мозга. Под ним печатными буквами стояло только одно слово: БАЛАБИРИНТ.

– Ничего не могу понять,- сказала Диба, разглядывая эту головоломку в свете уличного фонаря и блуждающих звезд. -Нет, тут только пьяный может разобраться.

– Сейчас разберешься,- ответила Книга- Все очень просто! Видишь вход? Поставь туда палец. Теперь двигай, как я скажу. Да не дави так на страницу, мне щекотно. Готова? Теперь пошла: налево, налево, направо, налево, налево, направо, направо, налево и снова направо. Стоп. Мы находимся там, где сейчас твой палец.

– Как это ты все запомнила? – удивился Хеми.

– Я как-никак Книга,- самодовольно ответила Книга,- а у всякой книги хорошая память. Так, теперь отметь это место. Мягче. У тебя есть карандаш? А теперь ищи дорогу от этого места к центру. Найди центр. Нашла? Теперь ближайшую к нему дорогу. Есть? Двигай по ней пальцем.

Несмотря на то что Хеми тоже помогал, Диба несколько раз сбивалась и начинала все сначала, но Книга терпеливо повторяла свои указания. И в конце концов, общими усилиями

они все-таки провели извилистую ли-

нию к самому центру лабиринта.

Потом с раскрытой Книгой в ру-

II ках они двинулись по этому марш-^ руту. Диба не отрывала пальца от

Щ; плана, а Книга поправляла ее, ес-§!§?: ли они поворачивали не туда.

Наконец они свернули в ка-

кую-то улочку в самом центре |^|^ Болтовильного лабиринта и ока-|Щ| запись в тупичке. А там стояла

красная телефонная, будка!