Вождь из сумерек - Николай Ярославцев

– Ясное дело. Самому бы ноги унести… И что дальше происходило со злополучным камнем?

– Случайно или нет, но однажды один из принцев, большой любитель всевозможных путешествий и приключений, нашел его. Камень лежал на дне глубокой пропасти. Едва принц приблизился к ней, вверх ударил ослепительно яркий свет, наполненный силой и чудовищной мощью. Много сил и времени понадобилось принцу и его дружине, чтобы спуститься вниз. Но еще больше – чтобы подняться на поверхность.

– Охота пуще неволи, – кивнул Стас, не обращая внимания на обиженное лицо эльфа.

– В свой замок он вернулся один. И ослепший. Шел, ведомый силой камня. Что стало с его дружиной – не знает никто и по сей день.

Во взгляде Стаса снова появилось сомнение.

Рэд не стал его разубеждать.

– Может, и в самом деле сказка. С того времени минуло столько человеческих эпох… Многое забылось, а многое просто хотели забыть.

– А что стало с принцем?

– Принц Дельбар заперся в своем замке и больше никто и никогда не видел его. Но прошло совсем немного времени, и в царстве темных эльфов, – а именно так оно стало называться после того, как вернулся ослепший принц… Нет, Слав! Говорить об этом не хочу. Последствия тебе уже известны.

Стас снова кивнул:

– Я понимаю. Не стоит бередить рану. И все же… только без обиды, похоже на сказку, в которой я – в роли искателя сказочного алмаза. Стоит только заполучить таинственный камень, и все сразу вернется на круги своя.

– Или пойдет по следующему кругу, – невесело усмехнулся эльф. – Никто не знает силы камня. Он может дарить счастье, а может утопить весь мир в горе, обратить в прах все живущее в нем.

– И все же, Рэд, ты не ответил, что сталось с темным принцем. Как его, говоришь, зовут?

– Принц Дельбар.

– Да, Дельбар. Жив ли, а если жив, то где?

– На этот вопрос может ответить только сам принц Дельбар.

– Значит, здесь! – решительно отрубил Стас. – И он сам, и его злополучный камень. Там! – и махнул в сторону Сумерек. – И думается мне, что твой принц прет к нему. Тем лучше. Пойдем на перехват. Или ты думаешь иначе?

Рэд вернул кольцо на место и легко коснулся камня пальцем.

– Мой перстень молчит уже много дней. Значит, он подошел очень близко к опасности.

– Или…

– Нет! Принц не может погибнуть. Я бы это ощутил. Да и кольцо теплое.

Стас вздохнул.

– Ну вот. Все как всегда. И ничего нового. Все уже было. Все есть и все будет, как было. Суета сует и всяческая суета. Не нами сказано. Остается только повторять вслед за великими. И скучно, и грустно… А почему твои черноглазенькие братишки так пакостно выглядят? Тебя вон – хоть сейчас в президентский полк правофланговым ставь. А они, эти самые черноглазые, мало чем от орков отличаются.

– Ах, ты про этих, про рельгов? – Рэд невесело рассмеялся. – Так это не эльфы. Или почти не эльфы. Во время оное темные эльфы решили, что семья и дети отнимают время от созидательного труда и отказались от браков. Уповая на почти бессмертную жизнь.

– Но пришло время, опомнились и…

– Ну, нет! До общечеловеческих или эльфийских эмоций они опуститься себе позволить не могли. Два семени могут слиться в одно и вне материнской утробы.

– Так вот зачем им наши девушки! – Стас с ненавистью ударил кулаком по столу. – Мир однажды уже проходил через это.

– Да, они, как и вандорги – плод их научных изысканий. Не вполне удавшихся.

– На генном уровне? Или проклятый камень?

Эльф не ответил. Может, не понял, а может, отвечать не захотел. Да кто его знает, почему вдруг замолчал, поглаживая свое кольцо, и без того неразговорчивый эльф.

Так и не сказав больше в этот вечер ни слова друг другу, разошлись по своим углам.