Воин Пустоши - Алексей Бобл

— Упустил и сендера лишился! Моего сендера! Скоко людей в нем было?!

— Пятеро, — ответил Дерюга. Черная мотоциклетка, проехав между последними ямами, увеличила скорость. «Панч» тяжело покачивался, Бритва, вцепившись в руль, приподнялся, выглядывая в щель, и часто облизывал сухие серые губы.

— Пятеро! И машина!

— Это неизбежные потери, хозяин.

— Чего-о?!!

— Неизбежные, говорю, — ровным голосом повторил Дерюга. — Ты сам посуди — мы ж гонимся за ними. Они по нас стреляют, пулемет там у них. Эти… препятствия всякие на пути. Не может быть, чтоб такое дело — и без потерь. Я и говорю: неизбежные…

Макота так сжал микрофон, что тот треснул. Вдохнул, с шипением втягивая воздух между сжатыми зубами, и медленно-медленно выдохнул. Машина беглецов резво катила далеко впереди вдоль сухого русла, приближаясь к повороту, за которым была приземистая широкая гора с плоской вершиной.

— И что ты делать дальше будешь, Дерюга? — спросил Макота подозрительно спокойным голосом.

«Панч» проехал между последними ямами, и Бритва сразу дал газу. Все остальные машины каравана ехали впереди.

Черный микрофон молчал. Атаман подождал, пока самоход не разгонится, и сказал:

— Отвечай!

— Столовая гора там, видишь? — прозвучало в ответ. — Там шакаленка и возьмем.

— Как?

— Окружим его. На вершину по склону с разных сторон подняться можно.

— Как ты его окружишь?!

— Хозяин, ты ж видишь: они не шибко быстро жмут. Не разгоняются, вроде не хотят, чтоб мы их из виду упустили. Раньше толком у нас их обогнать не получалось, потому что вокруг дороги эта… непроходимость сплошная. Еле-еле Аглай и Миха смогли.

Аглаем звали водилу черной мотоциклетки, а Миха управлял сендером, свалившимся в яму.

— Слышишь меня, хозяин?

— Слышу, дальше говори!

— Так я и говорю: раньше мы обогнать их не могли, потому что только на дороге этой и разгонишься. А щас — глянь, что вокруг.

Атаман глянул. По левую руку было поле, там и сям из земли торчали ржавые железяки, остатки древней кирпичной кладки и бетонных плит, а справа был крутой берег, ведущий в сухое русло. С обеих сторон местность позволяла развить приличную скорость. Впереди русло и шедшая вдоль него дорога плавно поворачивали, и за поворотом, где росли деревья с пышным кустарником, высилась гора.

— Ну и че? Хошь сказать, теперь их обогнать можно?

— Ну да! И на гору с разных сторон выскочить. Надо только поворота дождаться, чтоб не разглядели они, что у нас машины по сторонам разъезжаются. Ты скажи Бритве, чтоб он дальше прямиком за ними рулил, сзади их подпирал, а мы с братвой окружим… Ты не сомневайся, на вершине их возьмем, никуда не денутся.

* * *

— Так может пора уже? — спросил Белорус, ткнув пальцем в рацию. — Где там друзья твои?

— Они мне не друзья, — ответил Туран. — И сейчас рано, гора их закрывает. Вызову их, когда на вершине будем.

— Это если они там, — заметил Белорус. — А если нет? Мы ж не знаем этого… Если нету их — нам точно конец. Крючок, эй! Где там бандюки?

— Не вижу, — донеслось сзади.

Они как раз проехали заросший деревьями и высоким кустарником поворот, и машины преследователей исчезли из виду. Зато до склона Столовой горы оставалось всего ничего. Да и склон небольшой — гора эта смахивала больше на крупный холм.

— С вершины мы место, куда едем, увидеть должны? — уточнил Белорус, и Туран кивнул.

— Да. Я вызову небоходов, а вы приготовьтесь.

— Да мы и так ко всему готовы!

Машина качнулась, когда начался склон, и покатила в гору. Откинувшись на сиденье, Тим поднял пистолет стволом к небу. Крючок сказал:

— У меня предпоследний магазин.

В дорогу они взяли много патронов, но путь из Крыма до Дворца неблизкий, трижды на машину нападали кетчеры, и приходилось отстреливаться.

— Ну, так не пали в белый свет, прицельно бей, — буркнул Тим, зная, что Крючок так и делал. Ситуация не нравилась Белорусу: бандитов слишком много, они слишком близко, а получилось ли у Макс заинтересовать небоходов — неизвестно.

Где там, кстати, бандитские машины? Сунув пистолет в кобуру и ухватившись за спинку сиденья, Белорус начал привставать, чтобы оглядеть дорогу позади, но тут они достигли вершины.

Она поросла травой и мелким кустарником. Немного увеличив скорость, Туран потянул микрофон и сказал Белорусу:

— Включай. Ты все помнишь?

— Да уж помню. — Усевшись ровнее, тот включил рацию и стал медленно крутить ручку настройки.

— Говорит Туран Джай! — громко произнес Туран в микрофон. — Туран на связи! Меня слышно? Говорит Туран Джай!

Он монотонно повторял слова, шипение и свист лились из динамика, машина катила дальше, черная резина подминала траву, а впереди над краем медленно выпячивалось что-то темное, с узкой вершиной.

— Это, что ли, и есть Железная гора твоя? — спросил Белорус.

— Да, это она. Говорит Туран Джай!

— Недалеко осталось… О, а это чего?

Заслышав сквозь помехи неразборчивый голос, Белорус немного прокрутил верньер в обратную сторону. Еще чуть-чуть…

Голос донесся вновь:

— Говорит Карабан Чиора! Рой Небесных Шмелей! Кто на связи?!

— Это Туран Джай! — повторил Туран. — Я еду на встречу с вами, но…

— Слева! — вскрикнул Белорус.

Из-за края вершины вылетела черная мотоциклетка, и сразу за ней — две машины.

И тут же еще три показались справа — с двух сторон они понеслись к беглецам, расходясь веером, чтоб окружить.

— Гони! — взревел Белорус.

Туран так вдавил газ, что их швырнуло на спинки сидений.

Но было поздно — бандиты приближались слишком быстро, беглецы не успевали проскочить. Увидев надвигающийся слева сендер, Туран ударил по тормозам, и тут же в борт справа врезалась другая машина. Но зато третья проскочила мимо прямо перед капотом — и столкнулась с черной мотоциклеткой. Водитель успел свернуть, и удар опрокинул ее набок. Коляска задралась к небу, из нее вылетел в ворохе смятых одеял Дерюга. Он покатился по земле, еще одна машина едва не наехала на него, резко повернула, и Дерюга оказался под ней, прокатившись между колесами. Три оставшиеся машины с ревом пронеслись мимо и начали поворачивать.

Когда сзади вскрикнул Крючок, а из капота повалил дым, Туран вскочил. Их догнали, он не успел связаться с небоходами — все срывалось! Туран вскинул гравипушку. Белорус, выстрелив дважды, полез назад, чтобы помочь Крючку, которому смятый борт зажал ногу, но лопоухий оттолкнул его и дал очередь в грудь прыгнувшего на багажник бандита. Того отбросило назад, Крючок повел стволом, накрыв пулями вставшую неподалеку машину, резко повернулся и выпустил остаток в другую. Пока он перезаряжал, Белорус опустошал магазин своего пистолета.