Пересекая границы - Оксана Панкеева

— А что он сказал тебе? — тут же спросила Камилла Трезон. — Подожди, Алиса, потом возмутишься. Мне интересно, каков же был честный ответ.

— Он сказал, что такая женщина действительно была, но король никогда с ним не откровенничал на эту тему. Он даже знает ее имя, но мне не скажет, потому что это все равно ничем мне не поможет, а король может расстроиться. И еще сказал, что ни одна из нас такой не станет, как бы ни старалась, потому что класс не получишь за красивые глаза.

— Он тебе фиалок за уши насовал, — зло огрызнулась графиня Монкар. — А ты и поверила. То-то ты до сих пор к нему ходишь, все пытаешься раскрутить его на подробности. А он тебя использует, как подстилку последнюю.

— От подстилки слышу, — ехидно отозвалась Эльвира Люменталь. — Уж кто бы говорил! Тоже мне, христианка-послушница нашлась! Украшение рыцарской раздевалки! А к Жаку я хожу просто потрахаться в свое удовольствие, потому что мне с ним понравилось. Он действительно ласковый и с ним весело. Если бы он не носился так со своей больной на голову подружкой, я бы, пожалуй, его окрутила. Он в сто раз лучше, чем его величество.

— Мда? — Камилла критически осмотрела палочку от леденца и рассеяно бросила на пол. — А мне не понравилось. Размазня он, твой Жак. И маловат у него, как на мой взгляд. Вот король свое штурмовое копье как засадит, так и поймешь, что такое мужик… Но дело вкуса, конечно. А что ты мнешься? Устрани его подружку и окручивай.

— Не тот случай, — качнула головой Эльвира. — Да и не хочу. И никому не советую. Но впрочем, дело ваше. А скажи, Алиса, ты знаешь, за что тебя король отставил?

— А что, твой ненаглядный Жак тебе и это сказал? Так поделись, а то я до сих пор голову ломаю.

— Нет, он сказал, что не знает, но точно не из-за того, что ты с ним спала. А мне просто любопытно…

— Давайте о деле, — напомнила маркиза Ванчир.

— О деле… — графиня Монкар сосредоточенно нахмурилась. — Прежде всего, я не собираюсь никого подставлять и ни от кого из присутствующих избавляться. Просто потому, что мне корона не светит, как и большинству. В конце концов, даже нормальная принцесса любого королевского дома будет лучше, чем придурочная переселенка, которая покупает себе пистолеты. Король и так не вполне нормальный, а под ее влиянием вовсе рехнется. А чтобы на нас не пало подозрение, надо просто хорошо все обдумать и организовать. И еще хочу добавить, что в присутствии Эльвиры я ничего обговаривать не буду, иначе она завтра же расскажет все Жаку.

— Очень надо, — оттопырила губку Эльвира. — Да на здоровье, обговаривайте, сколько влезет, я могу и уйти, чтобы вас не смущать.

И, гордо выпрямившись, покинула беседку, где заседали придворные красавицы.

— Маргарита! Дорогая, я пришел! — Кантор дернул за шнурок выключателя и оглядел комнату. Что-то ему не понравилось в этой комнате, но он сразу не понял, что именно. Он прикрыл дверь и заглянул в комнату Саэты. И понял, что ему не понравилось. Тишина. Даже когда человек спит, можно услышать его присутствие. А Саэты не было. Кантор на всякий случай окликнул ее пару раз, прошелся по комнате, оглядывая мебель, вещи и обстановку, и заметил листок бумаги на трюмо. Сначала он подумал, что подруга разобиделась и побежала на поиски самостоятельно, и быстро пробежал глазами записку.

«Дон Альварадо, простите меня, я покидаю вас. Наш брак был ошибкой, в которой я жестоко раскаиваюсь. Богатство не может принести счастья, к сожалению я поняла это слишком поздно. Не ищите меня, я уезжаю навсегда, чтобы начать новую жизнь с человеком, которого я люблю. Простите и прощайте. Маргарита».

— Что за идиотизм? — сам себя спросил Кантор, оторопело уставившись на бредовый текст записки. Не сошла же Саэта с ума, в самом деле? Или это просто дурацкая шутка? А куда она на самом деле подевалась? Он открыл шкаф и оглядел вещи. Вещи на месте, ушла, в чем была. Потом залез в чемодан и достал небольшой ящичек с оружием, спрятанный под слоем белья. Ну, уж это был полный маразм. Саэта не могла уйти без оружия. Если только она действительно ушла сама. А если ее кто-то ушел, на кой она написала эту бредовую записку?

Кантор еще раз посмотрел на записку, и с ужасом осознал, что не имеет понятия, кто ее писал на самом деле. Он никогда не видел почерк своей напарницы. Как-то не обменивались они письмами. Вопрос только, знал ли об этом кто-нибудь еще?

Он вернулся в свою комнату, открыл небольшой секретер, в котором хранились особо ценные вещи, и осмотрел содержимое. Похоже, ничего не пропало… Да что происходит, в самом деле!

Он достал из секретера начатую бутылку, закурил сигару, сел на кровать и начал думать, периодически прикладываясь к бутылке для стимуляции мыслительного процесса. Ситуация получалась настолько идиотская, что без бутылки было не разобраться.

Итак, если сразу отбросить вариант, что боец Саэта основательно подвинулась рассудком и сбежала с трепетным поэтом, что у нас остается?

Вариант первый. Она отправилась в какой-то самостоятельный поиск. Полная чушь. Она бы вооружилась до зубов, выходя ночью на развеселые улицы Лютеции, это во-первых. И во-вторых, не оставила бы такой дурацкой записки. Саэта, конечно, может пошутить, но не в таких вещах. Во всем, что касается работы, она всегда очень и очень серьезна. Значит этот вариант тоже можно отбросить. Не вышла бы Саэта без оружия, если бы она выходила сама. Значит, остается вариант второй.

— Поздравляю вас, дон Альварадо, — сам себе сказал Кантор, со вздохом прикладываясь к бутылке. — Пока вы шлялись по злачным местам и пялились на голых баб, у вас украли жену.

Этот вариант давал приемлемое объяснение всему, даже нелепой записке. Разумеется, сама Саэта в здравом уме такого бы не написала. Это написал кто-то другой, не имевший понятия о том, кто они на самом деле и как нелепо будет выглядеть попытка убедить дона Альварадо, что его молодая жена сбежала с другим мужчиной. Но зачем кому-то понадобилось похищать иностранную туристку, молодую и привлекательную, но замужнюю и занимающую достаточно высокое положение в обществе, да еще из люкса шикарного отеля? Мероприятие опасное и дорогостоящее, обычные работорговцы не будут так напрягаться ради очередной добычи, в городе хватает женщин и попроще, и покрасивее, и гораздо доступнее. Они ходят по улицам одни, живут в дешевых отелях и пансионах, где до них никому нет дела. Рядом с ними нет ревнивого мужа-мистралийца с грозным взором, готового по два раза в день драться за честь супруги. Значит, маловероятно, что Саэта стала добычей торговцев женщинами, поставщиков живого товара в публичные дома всего континента и даже в гаремы восточных владык. Маловероятно, но все же… может быть и так. Да, конечно, работорговцы предпочитают добычу попроще, но в случае конкретного заказа клиенту доставят хоть мистралийскую аристократку, хоть хинскую принцессу, хоть молодую самку тролля. А хоть и самца, вопрос только в цене… Есть еще вариант, что Саэту могли похитить ради выкупа, но… это вряд ли. Тогда бы его ожидала совсем другая записка. Так что, остается одно. Кому-то безумно понравилась молодая мистралийка, и этот кто-то заплатил хорошие денежки, чтобы ее похитили и доставили в его распоряжение… Скверно, ой как скверно!.. Стоит клиенту попытаться реализовать свои эротические фантазии, и Саэта засветится, как праздничный фонарик. И что самое паршивое, разочарованный клиент и не подумает вернуть негодную покупку законному владельцу. Девушку либо продадут какому-нибудь извращенцу — любителю экзотики, как уникальный экземпляр, либо убьют за ненадобностью. Надо что-то делать, и срочно. Не тряхнуть ли монсира Бишо, приятеля-советчика, который так вовремя потащил его в этот притон с голыми танцовщицами и заставил бросить жену без присмотра? Или все-таки начать с обслуги отеля? Бишо можно хоть до утра по злачным местам вылавливать, а обслуга, по крайней мере, на месте…