Час перед рассветом - Анастасия Сычёва

Впрочем, продолжать эту странную беседу мне не хотелось, и я перевела ее в другое русло.

— Вы уже во второй раз говорите, что мастер был и вашим учителем. Вы учились в его школе?

Он не мог не обратить внимание на резкую смену темы, однако никак это не откомментировал, а кивнул.

— Да, примерно пятьдесят лет назад. Он взял меня сразу на фиолетовый уровень, поскольку к тому моменту я уже закончил Атенрай и хорошо владел мечом.

— И до какого уровня вы доучились? — Любопытство в голосе мне скрыть не удалось.

— До коричневого. Дальнейшее обучение становилось уже слишком специфическим, а мне не было необходимости учиться на наемного убийцу. Что-то подсказывало мне, что эти знания мне в жизни не очень понадобятся. Как вы думаете?

Я против воли рассмеялась, а потом удивленно спросила:

— Как же вам удавалось одновременно учиться и управлять страной? Ведь пятьдесят лет назад вы уже правили.

— О, это было нелегко, — заверил он меня, снова улыбнувшись. — Приходилось ежедневно создавать порталы, чтобы переноситься из Бэллимора в Госфорд и обратно. Но мне повезло, что я архивампир. В противном случае было бы сложнее.

Боги, неужели я начинаю получать удовольствие от общения с ним? Это же абсурд, нелепость…

Честно говоря, не знаю, какие еще обороты мог принять наш разговор, но тут Эр объявил привал. С облегчением я спешилась, радуясь тому, что нас прервали, поскольку не понимала происходящего.

Вечер наступил, когда до Госфорда оставалось буквально несколько часов пути. Тем не менее мы решили не пытаться доехать в потемках, а остановились на ночевку в очередном лесочке. Тогда же Фрост обратился к архивампиру с предложением не сопровождать нас вплоть до ворот школы. Мол, ехать осталось всего ничего, и мы сами прекрасно доберемся. Адриана долго уговаривать не пришлось — видимо, представил себе, что будет, если он приедет с нами, и ему придется обязательно встречаться с представителями власти в Госфорде и тратить на них свое драгоценное время. Поэтому тем же вечером он попрощался со всеми, недолго переговорил о чем-то с Оттилией и пожелал ей удачной учебы. Напоследок он повернулся ко мне:

— Удачи вам, Эржебета.

Я присела в реверансе:

— Всего хорошего, ваше величество.

Архивампир, не сходя с места, создал портал и исчез в темном пламени, а я невольно выдохнула. Слава богам, все обошлось. Надеюсь, в следующий раз мы увидимся очень нескоро, поскольку эти встречи требуют от меня слишком большой сосредоточенности и контроля над ситуацией. Причем, кажется, не я одна так думала.

— Наконец-то это закончилось, — буркнул Кейн. — Крайне неприятный тип.

— А чего ты хотел? — философски пожал плечами Фрост. — От темного, да еще и архивампира!

— Нас тут вообще-то трое темных и всего двое светлых, — подал со своего места голос Эр. — Так что вы там поаккуратнее с высказываниями о темных.

Я мысленно подготовилась к выяснению отношений, но вместо этого Фрост мирно произнес:

— Я лишь хотел сказать, что архивампиры всем действуют на нервы, и мы не исключение. С этим-то ты согласен?

— Абсолютно, — согласился Эр.

— Чем он вам не угодил? — удивился Дирк. — Мне как раз он показался достаточно адекватным. Если бы не он, Эржебету бы убили.

Я поморщилась при напоминании, что теперь обязана вампиру, а Эр пояснил:

— Не забывай, что он сделал это только потому, что дал слово Грейсону. Если бы не обещание, ему было бы наплевать и на Эржебету, и на нас всех. Архивампиры все такие — они слишком сильны, слишком могущественны и ко всем остальным относятся, как к пыли под ногами. Да, Адриан Вереантерский отличается от остальных — он с большим вниманием относится к тем, кто его окружает. Но делает это не из человечности, не от любви к ближнему, а оттого, что слишком рационален и предпочитает контролировать все вокруг.

Я быстро взглянула в сторону Оттилии, ожидая, что она начнет вступаться за своего дорогого монарха, но она, казалось, вообще не слушала разговора ребят. Тем временем Гарт поинтересовался:

— Тебе-то откуда это известно? Вы были знакомы раньше?

— Не я. Брат, — ответил Эр.

Но их дальнейшего разговора я не слышала, поскольку ко мне подсела Оттилия и тихо спросила:

— Эржебета, не подумай, что я лезу не в свое дело, но о чем вы с Адрианом вчера говорили во время пути?

— А то ты со своим вампирским слухом не слышала, — хмыкнула я.

К моему удивлению, вампирша серьезно ответила:

— Не слышала. Он поставил вчера вокруг вас полог тишины.

Секунду я удивленно смотрела на нее, а потом пожала плечами:

— Да ни о чем. Обсуждали обучение в Госфорде. А что?

Оттилия замялась, а потом вздохнула:

— Он явно тобой заинтересовался. Хотела тебя предупредить, чтобы ты не влюблялась в него.

— Что? — Я неверяще приоткрыла рот, а потом рассмеялась. — Оттилия, это смешно!

— Нет! — сердито возразила она. — Эржебета, пойми, наш король — он… известный сердцеед. Когда он хочет, легко может вскружить голову любой женщине и так же легко разбить ей сердце. Не увлекайся им, это очень плохая идея.

По правде сказать, я растерялась. Оттилия, кажется, всерьез волновалась обо мне и ждала моего ответа. Я поспешила успокоить ее:

— Оттилия, не беспокойся. Не хочу тебя обидеть, но это предположение абсурдно. И Адриан мне не нравится. Я благодарна ему за спасение моей жизни, но он не вызывает у меня никаких сильных чувств.

То есть вызывает, еще как, но эти чувства далеки от романтических. Оттилию мой ответ успокоил, и она, улыбнувшись, вернулась к готовке ужина, а я задумчиво подбросила в огонь еще несколько веток. Предположить, что я могу влюбиться в Адриана Вереантерского… Нелепость. Да и не думаю, что он действительно мной заинтересовался. Он не мог не обратить внимания на мою наглость, это верно, но не больше. На кой демон я ему сдалась?

За ужином разговоры стихли. В какой-то момент я ощутила жуткую усталость, и сил хватало только на то, чтобы не заснуть во время еды. Наверное, это суматоха последних дней так утомила, причем не меня одну — я слышала, как и остальные с трудом подавляли зевки. Так что впервые за всю поездку сразу после ужина мы легли спать, даже не тратя время на посиделки у костра. Перед тем как провалиться в сон, я успела подумать, как это странно, что одинаковую усталость ощутили все одновременно, а затем отключилась.

Проснулась оттого, что кто-то не слишком вежливо тряс меня за плечо. Сон слетел мгновенно, я села и сразу поняла, что у нас крупные неприятности.

Небо было совсем темным, до утра было еще далеко. Костер догорал, и в неярком освещении я увидела, что на поляне были чужие — десять фигур в дорожной одежде с обнаженным оружием. Все ребята уже проснулись, но были вынуждены сидеть молча и не двигаться — к их шеям были приставлены клинки. Двое чужаков быстро обыскивали наши вещи. Тот, который разбудил меня, теперь стоял за моей спиной, и еще один стоял напротив меня. Поскольку никто из них пока не угрожал мне оружием, я медленно поднялась на ноги, взглядом отыскивая перевязь с сардами. Увидела ее у ног стоявшего напротив. Неудобно, не добраться.