Всадник для дракона - Александра Лисина

Утро было прекрасным — теплым, солнечным и наполненным каким-то невероятным, звенящим счастьем, от которого смеялась душа. Шумел за окном лес, тихонько плескались волны, а ласковый ветер игриво теребил прозрачные занавески.

Закутавшись в простыню, я подошла к окну и, щурясь от бьющего снаружи яркого света, с улыбкой посмотрела на цветущую перед домом лужайку. Еще вчера ее не было — я помню, как дракон нес меня сюда на руках. А сегодня она уже расцвела буйными красками, поразительно точно отражая то, что творилось сейчас со мной.

— Доброе утро, Пламя, — жарко дохнули мне в затылок. И знакомые руки с нежностью обвили меня со спины, даря ощущение безграничного покоя и защищенности.

Я улыбнулась, зажмурившись от удовольствия, прижалась к нему и прошептала:

— Здравствуй, моя любовь…

Он уходил, я знаю — проснуться новым утром мне довелось без него, но с того времени, как он покинул спальню, я ни на секунду не ощущала себя в одиночестве. Пылающий в наших душах огонь был прекрасен. И неистов настолько, что ночью я едва не сгорела дотла.

— Вчера ты хотела меня о чем-то спросить, — напомнил дракон, щекоча горячим дыханием мое ухо.

Я смутилась.

— Да. Но в твои планы мои вопросы никак не вписывались. А потом я забыла.

— Так в чем же дело? — мурлыкнул он, придвигаясь ближе. — Давай задавай… пока мои планы не изменились снова.

Я рассмеялась.

— Да глупый вопрос, как всегда… Когда ты снял с меня магическую метку? Помню, я клялась. Но вчера, когда мы разговаривали с твоим отцом, ее уже не было.

Дракон шумно выдохнул, а потом поймал мою руку и коснулся губами открытой ладони.

— Я снял ее, когда впервые обратился. Мне показалось это неправильным. Да и Рэн настоял.

Я наморщила лоб, пытаясь припомнить, когда это было, но так и не смогла.

— Я сказал тебе тогда, что ты свободна, — шепнул он, осторожно сжав мои пальцы. — Ты не поняла, но не отказалась и дальше ко мне приходить.

И вот тогда я наконец сообразила — там, на крыше, когда я была возмущена его показным равнодушием и тем, что лорд-директор ни слова не сказал, что сожалеет… он сделал намного больше, чем я могла ожидать. Он меня попросту отпустил. И с тех пор все, что я делала, все, что ему отдавала, было сделано добровольно. С желанием помочь. Меня никто не заставлял, и это грело ему душу.

Какое-то время мы просто молчали, глядя на шумящее за окном лето. Он, прижавшись ко мне щекой, задумчиво перебирал мои пальцы, я рассеянно гладила его ладонь. А потом потерлась щекой о его висок и снова спросила:

— Куда ты сегодня ходил?

— Дела кое-какие решал, — улыбнулся дракон.

Не открывая глаз, я протянула руку и зарылась в его серебристые, по-прежнему сверкающие инеем пряди, которые едва ли не впервые были распущены полностью.

— Что за дела?

— Несущественные мелочи. — Он бережно поцеловал меня в шею. — К моему огромному сожалению, Школа не перестанет работать, даже если ее директор немножко сошел с ума.

— Ой! — испуганно вздрогнула я и, замерев на мгновение, стремительно развернулась, едва не уронив намокшую простыню. А потом увидела серый мундир лорда-директора, застегнутый наглухо, выглядывающий из-под него воротник ослепительно белой рубахи, и неожиданно вспомнила: — У меня же сегодня занятие! Господи!

При мысли о том, что я бессовестно проспала и впервые за полгода опоздала на урок, меня ощутимо тряхнуло.

— Мр-р… — проурчал Кай, словно не заметив моих испуганно расширенных глаз, уверенно привлек меня к себе, с нежностью целуя шею, губы — все, до чего мог дотянуться. — Какие глупости. Подумаешь, пару дней прогуляешь.

— Какое «прогуляешь»? — ужаснулась я, безуспешно попытавшись вырваться. — У меня же новый цикл! Класс! Я должна быть там!

Дракон даже глаз не открыл. Только пренебрежительно фыркнул: